Конкурс на лучшую работу по русской истории




Скачать 273.25 Kb.
НазваниеКонкурс на лучшую работу по русской истории
страница1/3
Дата конвертации20.02.2013
Размер273.25 Kb.
ТипКонкурс
  1   2   3
VI Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории

«Наследие предков – молодым. 2010»

Номинация «Переломные точки русской истории»

«Всеобщее закрепощение»
как основа социальных преобразований Петра Первого.


Вятчина М.В.


Государство, как мы знаем, подобно единой системе, т.е. является целым организмом, в котором любые качественные изменения в одном из элементов должны вызвать аналогичные сдвиги и в остальных. Как следствие, это влечет изменение всей системы в целом. Русское государство в XVII веке как система в своем развитии еще не достигло предела. Более того, налицо были кризисные явления, отмечаемые всеми историками: упадок служилого города, несоответствие прежней структуры населения изменениям, вызванным отменой местничества в 1682 г. Анализ документов показывает стремление правительства уже тогда к объединению разрозненных групп служилых в единое сословие. Очевидно, что добиться этого лишь соединением сведений о дворянских родах в одной родословной книге было невозможно. Для этого и требовалось изменить как тип всю систему деления служилых людей на чины и законодательно закрепить равенство вотчины и поместья, что, в свою очередь, повлекло бы за собой изменение функций и организации органов управления. Это и соответствует содержанию реформ Петра Первого. В историографии доминирует утверждение, что петровские преобразования были подготовлены всем предшествующим развитием страны. Но именно то обстоятельство, что переход системы в новое качество был невозможен без резкого скачка , т.е. без качественного изменения1, как доказывает А.Б.Каменский, и является одним из свидетельств того, что «последовательность», не соответствуя идущим процессам, не могла стать источником сдвигов.

Перед русским правительством стояла задача не просто выработать иные механизмы и формы управления, соответствующие новому характеру страны как обширного многонационального государства, но и такие, которые бы позволили не потерять присоединенные территории, в несколько раз превышающие начальную территорию собственно Московской Руси. Это и были одни из задач, решение которых требовало радикальной реформы. Причем логика развития страны, конкретные обстоятельства международного положения того времени и характерные для эпохи представления о критериях могущества государства требовали продолжения завоевательной политики. Доктрина обороны, как и связанная с ней идеология изоляционизма, таким образом, изживала себя – появилась необходимость в поиске новых теоретических обоснований и общественных теорий.

Какими бы противоположными ни были оценки, все мыслители неизменно сходятся в глубинности и значимости этих реформ, затронувших все сферы общественной жизни. Такое влияние соответствует определению социальной политики, предлагаемому нам словарем, где трактуется, что это часть общей государственной политики, связанной с воздействием на условия жизни населения, его основных слоев, групп и категорий. Сюда включается также регулирование доходов, занятости, социального обеспечения, образования, здравоохранения и т.п. Далее обратимся к значению слова «политика», что есть искусство управления государством. Важнейшим следствием петровских преобразований было, по существу, изменение социальной структуры русского общества, которое было вызвано, во-первых, прагматической необходимостью – в данном случае реорганизацией и подготовкой боеспособной армии, во-вторых, назревшим кризисом всей государственной системы. При этом представляется возможным рассмотреть реализацию идеи «общего блага» в рамках теории всеобщего закрепощения утвердившихся сословий.

Далее нужно условиться о понятийном аппарате. Термины сословие и класс часто употреблялись представителями государственной школы (С.М.Соловьев, Б.Н.Чичерин, В.О.Ключевский, П.Н.Милюков и др.) в смысле больших социальных групп. Их концепция о всеобщем закрепощении сословий в XVI – XVIII вв. и раскрепощении в XVIII- XIX вв. подразумевала существование сословий до начала этих процессов. Вместе с тем понятие сословие использовалось в более узком смысле, как группа подданных, отличающихся своим юридическим положением. В данном сообщении как синонимы могут использоваться слова «сословие», «чин», «состояние». Однако термин «класс» кажется несколько неуместным, поскольку классовое деление применительно к индустриальному обществу, которого на тот момент Российское государство не имело.

Совокупный анализ трудов сторонников самых различных концепций сословной по­литики власти заставляет признать курс Петра на мобилизацию социальных групп и введение, выражаясь официальным языком начала XVIII столе­тия, "всеобщей службы" в интересах "регулярного государства", отождествляемых самодержавием с "общим благом".


«Надлежит знать народ,
как оным управлять…» (Петр I)


Социальная картина Российского государства к концу XVII века

По утверждению Б.Н.Миронова, «Московское государство являлось государством бесклассовым и бессословным»2, так как существовавшие в то время социальные группы не соответствуют признакам этих категорий. Во-первых, различие между социальными группами было скорее фактическим, чем юридическим. Во-вторых, различались не столько права, сколько обязанности перед государством: для одних личное служение, для других - уплата налогов и несение повинностей, третьи вообще не несли ни государевой службы, ни государственного тягла, питаясь поденной работой и именем Христовым. Соответственно общество разделялось на три состояния: служилые чины, тяглые люди (чины земские), нетяглые люди.

Между служилыми людьми отсутствовало единство и равенство, доказательством чему служат местнические споры, отмененные лишь в 1681 г. Принадлежность к служилым людям определялось нахождением на придворной, военной или гражданской службе, а не наличием потомственных прав. Привилегии также гарантировались только фактом службы.

Признаками тяглого состояния были уплата государственных налогов и выполнение повинностей, а также прикрепление к посадской или крестьянской общине. Широко распространенными были переходы из одной категории в другую в связи с переменой занятий и имущественного состояния.

Внутри нетяглых людей, включавших как лично свободных гулящих людей, так и зависимых холопов, также трудно усмотреть единство.

Итак, обязанности по отношению к государству, большая или меньшая имущественная состоятельность, виды имущества и занятий были отличительными признаками различных разрядов служилых, тяглых и нетяглых людей. Вместе с тем участие в работе представительного учреждения, а также наследственность социального статуса, фактическое различие в правах, наличие корпоративных организаций (например, община у крестьян) говорят о начале консолидации социальных групп в сословия3. В принятых на земских соборах актах и грамотах XVII в., указывались «чины», присутствовавшие на заседаниях. Такая устойчивость номенклатуры может свидетельствовать о перерастании «чиновного» строя в сословный, тем не менее, постоянная дробность этих групп свидетельствует о значительной отдаленности завершения процесса.

Уложение 1649 г. явилось важным рубежом в развитии сословного строя в России. Если до этого времени отдельные социальные группы различались преимущественно обязанностями, то с этого момента и закрепленными в законе правами. Уложение представило им преимущества, т.е. привилегии, в постоянное и наследственное обладание с целью закрепить за ними постоянные государственные обязанности и постоянное место жительства. Все служилые люди получили исключительное право иметь в собственности землю, а потомственные служилые люди (служилые по отечеству) – владеть крепостными. Духовенство получило право на религиозную деятельность. Посадским присвоено право на занятия торговлей, ремеслом и промышленностью в черте города, а у крестьян осталось право на земледельческий труд, хотя и посадским не запрещалось заниматься сельским хозяйством. Поэтому Б.Н. Миронов делает вывод, что «права, полученные отдельными социальными группами в XVII в., стали в XVIII в. важным фактором превращения их в сословия»4.

Вторым фактором можно назвать понятие чиновной чести. В зависимости от положения в обществе человек мог рассчитывать на определенную материальную компенсацию за «бесчестье». Этот штраф, давая оценку социальной значимости чинов, устанавливал их иерархию, что способствовало развитию мысли о сословной чести как средстве защиты интересов данной группы.

Третьим фактором служило ограничение вертикальной мобильности, наследственное прикрепление социальных групп к занятию, службе, месту жительства. Так происходил процесс перехода прав в наследственные. В царствование Петра Первого за сословиями была окончательно закреплена обязанность служить государству. Так в общественном сознании четко складывается четырехчленная сословная парадигма5, ранжируясь с точки зрения престижа и предпочтительности сословия следующим образом: дворянство – духовенство – городское сословие – крестьянство.

Концепция «общего блага»

XVI- XVII вв. в Европе – время так называемой «военной революции», когда создаются армии с преобладанием пехоты и артиллерии. Ученый М.Робертс, который ввел этот термин в 1956 г. отмечал, что «военная революция»6 имела серьезные политические, социальные и культурные последствия. Так произошло понижение значения старого дворянства, его привилегии оказались под вопросом. Часть его вовсе покинула государственную службу, другая перешла на гражданскую или в армию. «Военная революция» сопровождалась централизацией власти в руках монарха, использовавшего армию для решения внутренних проблем. Также ее чертами являются демилитаризация аристократии, уничтожение частных армий. Это вело к нарушению баланса сил между аристократией и монархом в пользу последнего. Итогом стало формирование абсолютистских режимов. Иные военные нужды вызвали значительное увеличение числа государственных учреждений, усиление контроля государства за подданными и, как результат, - изменения в общественной жизни.

Создание регулярной армии – важная задача государства, которую осветили военные неудачи конца XVII века. Для этого требовались не только современная промышленность, но и реорганизация всей системы государственной службы, следовательно – изменения в социальной структуре, политике налогообложения, системе управления. И все же стоит ли говорить о структурном кризисе? Но в том-то и дело, что сложившаяся государственная система была не способна адекватно ответить на вызовы времени, что и означало ее кризис.

Можно говорить о социальных изменениях как следствии всего комплекса реформ, но немало было сделано реформатором и с целью преобразования именно социальной структуры, реализации грандиозного замысла «произведения подданного всероссийского народа»7.

Медушевский отмечает, что перестройка структуры правящего класса, включающего постепенно все более широкие социальные элементы, проходила по ряду направлений. Во-первых, ускорилось отделение дворянства от остальной массы населения, превращение его в привилегированный класс – сословие и противопоставление его зависимым группам. Во-вторых, шла перегруппировка внутри правящего класса, которая привела к отсечению демократических элементов и нивелировке прав членов привилегированного сословия за счет ликвидации привилегий бояр. Наконец, «на основе выделения из правящего класса его верхушки, оформилась социальная опора абсолютизма»8.

Лотман приводит интересную мысль о фундаменте деятельности государя. «Идея порядка «регулярного государства» вовсе не была внушена Петру I путешествием в Голландию или вычитана у Пуффендорфа – это был вопль земли, которая еще не залечила раны «бунташного века» и одновременно не могла себе представить, во что обойдется ей эта «регулярность»…»9. Конечно, весьма литературное высказывание, однако в нем прослеживается глубокая логика исторического процесса. Психология служилого сословия была основой самосознания дворянина XVIII в. Именно через службу сознавал он себя частью сословия. Петр всячески стимулировал это чувство – и личным примером, и рядом законодательных актов. Вершиной их явилась Табель о рангах, вырабатывавшаяся в течение ряда лет при постоянном и активном участии самого правителя и опубликованная в 1722 г. Но и сама табель была реализацией более общего принципа новой государственности – «регулярности».

Однако идеал регулярного государства, конечно, никогда не мог быть и не был реализован. «Регулярность» постоянно размывалась живой жизнью, не мирящейся с механическим единообразием, к тому же она получила перерождение в бюрократическую реальность, ставшую одной из основных зол и вместе с тем основной чертой русской жизни.

Движение века разрывалось от противоречий: регулярное государство нуждалось в исполнителях, а не в инициаторах и ценило исполнительность выше, чем инициативу. Эта сторона эпохи была уже заложена в петровском «правильном» государстве. Однако она противоречила ее же потребности в сознательной инициативе. Свой идеал «апология исполнительства» нашла в прусской идее дисциплины, а утопическое воплощение – в государственной фантастике Павла I, считавшего себя в этом преемником Петра, но из противоречивого целого петровского века он избрал только «регулярность». Законодательство Петра «отличалось не только регламентарным характером, но и публицистическим свойством»10. Указы, составленные царем, легко определить из общего потока актов благодаря наличию в них слов типа «дабы», «для того», «так как», за которыми следовало разъяснение, т.е. изъяснительных конструкций причинно-следственного характера. Однако недостаток разума у подданных для самостоятельного исполнения указаний следовало компенсировать страхом, для чего была разработана система репрессий – отсюда почти каждый указ, инструкция, регламент заканчиваются угрозой применения насилия.

Б.А. Каменский отмечает особенности, характерные для всех реформ Петра I с самого начала11: масштабность, распространение новшеств на разные сферы жизни и одновременно очевидная бессистемность, отсутствие какого-либо плана, представлений о необходимой последовательности действий. Многие решения принимались под влиянием момента, конкретных обстоятельств. Все меры носили прагматический характер и были направлены на скорейшее решение актуальных в тот момент проблем комплектования армии, ее финансового обеспечения.

Идеал рационального и справедливого государства, присущий Петру, на практике привел, однако, к созданию полицейского государства по образцу западноевропейских абсолютистских монархий. При отсутствии каких-либо институтов социального контроля государство не было связано ничем в ходе осуществления рационализации и модернизации, которые поэтому неизбежно приобрели принудительный, навязанный характер реформ сверху. Это создает определенную психологию, для которой свойственно апеллировать к государству как к единому органу и инициатору совершенствования общества.

Рассмотрим идейные основы основополагающего учения эпохи. Человек, обнаружив законы регулирования природы, основываясь на этом знании, считал возможным использовать свои силы для максимального увеличения ресурсов как в материальной, так и в культурной сферах. Рост продуктивных возможностей должен был сперва принести пользу государству и его правителям, а затем постепенно увеличить благосостояние и процветание почти всех членов общества. Достичь этого можно было с помощью образовательной элиты администраторов под руководством государя, который воспитывает население для продуктивной работы через регулярную и плановую деятельность центральной власти. Петр переписывался и с Г.В.Лейбницем, способствовал переводу на русский язык сочинений Пуффендорфа. На основе этих идей и принципов постепенно сложилось и его представление о служении отечеству как высшей ценности для монарха и гражданина, и усердно пропагандировавшаяся на протяжении всего царствования идея «общего блага», «народной пользы как цели такого служения». Именно служение отечеству, государству стало смыслом и сутью жизни и Петра-царя, и Петра-человека, всю деятельность которого пронизывали практицизм и рационализм.

Н.И. Павленко делает вывод, что «общее благо» - «фикция века, за которой скрывалась необходимость каждого подданного в зависимости от сословной принадлежности неукоснительно выполнять обязанности, возложенные на него государством»12. Как девиз правления монархов «общее благо» не сходило со страниц указов на протяжении всего столетия, но, чем ближе к нашему времени, тем в большей степени оно эволюционировало в одном определенном направлении: «общее благо» подданных трансформировалось в реальное благо для государства, приобретя смысл «государственного интереса» и «государственной пользы».

Всеобщность крепостничества и его причины

Для осмысления данного вопроса обратимся к определению: крепостное право – это совокупность юридических норм, закреплявших личную зависимость человека от его господина.

В дореволюционной историографии происхождение крепостного права связывалось с потребностью государства в прикреплении населения к определенному месту жительства и социальной группе с целью облегчения контроля над сбором налогов и выполнением повинностей. Государственные соображения и потребности, в первую очередь, в стабильности и порядке, являлись главным фактором как процесса закрепощения, так и раскрепощения. В советский период большое внимание уделялось вопросу закрепощения крестьян и посадского населения, т.е. тяглой категории, а ликвидация крепостничества увязывалась с кризисом феодальных способов эксплуатации и развитием капиталистических отношений. В то же время в западной науке доминирует точка зрения о всеобщем закрепощении, а крепостное право применяется к положению крестьян. Отмена крепостного права объясняется потребностями государства, в частности военными нуждами, предотвращением социальных волнений, культурными факторами. Интересно, что для отечественной науки крепостное право является главной причиной отсталости от европейских стран, а для зарубежных исследователей – следствием отсталости.

Понятие «крепостное право» исторически варьируется от мягкой формы до полной всеобъемлющей формы зависимости человека от его господина. Миронов выдвигает следующие признаки крепостной зависимости в конкретно-исторических обстоятельствах Российского государства XVIII – XIX вв.13:

1) внеэкономическая, личная зависимость от господина: отдельного лица, корпорации, государства;

2) прикрепление к месту жительства;

3) прикрепление к сословию;

4) ограничение в правах на владение собственностью и на совершение гражданских сделок;

5) ограничение в выборе занятий и профессии;

6) социальная незащищенность: возможность лишиться достоинства, чести, имущества и подвергнуться наказаниям без суда, по воле господина.

Итак, крепостничество могло существовать как государственное, корпоративное или частное в зависимости от того, кто являлся субъектом крепостнических отношений – государство, корпорация или отдельный человек.

Исходя из вышеизложенных положений, можно сказать, что в России в начале XVIII века были закрепощены все, кроме царя, причем некоторые на нескольких уровнях: помещичий крестьянин – государством, дворянином и сельской общиной; казенный крестьянин – казной и общиной; горожанин – государством и посадской общиной; священник – государством и епископом; лишь дворянин был закрепощен одним только государством.

Назовем несколько факторов, объясняющих такое глубокое закрепощение общества. Первый – традиционный характер русской государственности и патриархальный характер верховной власти. Сохраняла силу презумпция принадлежности всей земли царю как верховному ее собственнику. В царствование Петра мы встречаемся с многочисленными случаями, когда государь распоряжался не только земельной, но и движимой корпоративной или личной собственностью своих подданных, а также их трудом. В 1700 г. – широко известный приказ снять с церквей колокола и перелить их на пушки. В 1714 г. – запрет строить каменные дома по всей стране, кроме Петербурга. Для коронации Екатерины I были конфискованы лучшие лошади у петербургского купечества. Вспомним первые акты по комплектованию армии, социальной базой для чего было избрано холопство, связанное, по сути, договорами с теми, которые и сами являлись «холопами» - но уже государства. В условиях неразвитости института частной собственности власть считала себя вправе отменить договор между холопом и его господином, тем самым подтверждая свой верховный суверенитет над всеми подданными.

Второй фактор носит военно-политический характер. Повышение «тягла», необходимое для укрепления боевой мощи, наталкивалось на постоянные бегства, так что только прикрепление могло удержать население на одном месте.

Добавим также, что натуральная оплата служилых людей в форме пожалования за службу земель с крестьянами была необходимой мерой в условиях неразвитости рыночных отношений, недостатка в казне денежных средств. Существует и немало версий о «склонности» русского человека к поклонению, однако опустим здесь рассуждения о менталитете.

В итоге заключить, что «всеобщность крепостнических отношений, приоритет общества над личностью, подавление индивидуализма не являлись следствием имманентной склонности Российского государства к принуждению, а объективно порождались совокупностью фактов»14. Крепостные отношения регулировались нормами, ограничиваясь традицией, обычаем, стариной. Частное крепостничество, как и государственное, базировалось на официальном праве, поэтому применимо сочетание «крепостное право». Корпоративное в большей мере основывалось на обычае, поэтому Миронов называет его «крепостным обычаем».

  1   2   3

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2008»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым. 2008»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2005»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым. 2005»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2007»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым. 2007»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым». 2006»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым». 2006»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым». 2006»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым». 2006»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым. 2007»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым. 2007»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым». 2006»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым». 2006»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков молодым». 2006»
Всероссийский конкурс на лучшую работу по русской истории «Наследие предков – молодым». 2006»

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории
«интеллигентоведение». Проблема изучения прошлого и настоящего русской культуры действительно тесно связана с пониманием феномена...

Конкурс на лучшую работу по русской истории iconКонкурс на лучшую работу по русской истории
Ii. Общая характеристика воркутлага в системе Государственного Управления Лагерей СССР


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница