Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну»




НазваниеИсследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну»
страница5/15
Дата конвертации26.02.2013
Размер2.69 Mb.
ТипИсследование
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
ГЛАВА III. ИНТЕГРАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ ДОМИНИРУЮЩИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ АКТОРОВ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ




3.1. Формирование предпосылок консолидации трансформирующегося общества как направление деятельности правящей элиты93


В связи с тем, что трансформация политической системы современного российского общества не вполне укладывается в теоретические рамки, заданные западной консолидологией, в отечественной политической науке продолжается поиск подходов к анализу консолидационных процессов на постсоветском пространстве. Дифференцированные позиции ученых относительно источников и уровней, характера и стадиальности консолидационных процессов в России объединяет понимание того, что обеспечивающая необратимость демократических преобразований, консолидация демократии и структурирующих ее политических институтов формируется развитием ряда других процессов.

Так, подход, который условно можно назвать «поведенческим» (Д.В. Гончаров) отталкивается от понимания нормативного консенсуса как «необходимого условия функционирования политической системы, которая на современном этапе развития все больше опирается на механизмы соревновательной мобилизации, открывающей гражданам доступ к новым формам социализации, новым структурам статусов и ролей»94. Применяя данный подход к анализу трансформации политической системы в современной России, можно отметить складывание модели нормативного консенсуса особого типа, характерной для обществ, в которых нормативная структура только формируется или претерпела дезинтеграцию. В этой модели процесс коммуникации между обществом и властью посредством политической мобилизации в большей степени подвержен влиянию ситуационных факторов.

Разработчики «идеологического» подхода (В.Н. Кузнецов, М.А. Нугаев, Р.М. Нугаев, М.Ю. Попов)95 в качестве важнейшего фактора консолидации общества рассматривают формирование идеологии, представляющей собой относительно устойчивую артикулированную совокупность понятых и принятых личных, общественных, государственных и цивилизационных целей, идеалов, ценностей и интересов. Исходя из этого отсутствие государственной объединительной идеологии воспринимается как реальная угроза обострения социального напряжения в российском обществе, увеличения вероятности отхода власти от демократических преобразований.

«Социологический» подход оперирует таким понятием, как солидаризация, под которой понимается объединение граждан на основе общенациональных интересов. Выделяя типы консолидации в трансформирующейся России, В. Ядов96 указывает на преобладание так называемой «негативной» («оборонительной», направленной против кого-то) над «конструктивно-наступательной» (мотивирующейся стремлением общими усилиями выйти из кризисного состояния) солидаризацией.

Помимо этого, рассматриваемый подход базируется на представлении о многоуровневости процесса солидаризации и дифференцированности консолидации власти и консолидации общества. И если первый уровень консолидации в России был связан с формированием вертикали власти, обеспечением устойчивого политического большинства, созданием партии власти, то второй – с унификацией мировоззренческих установок и норм политического поведения. Именно последнее обстоятельство свидетельствует, по мнению Н.М. Великой97, «о достижении российским обществом этапа консолидации-адаптации, выражающейся в массовом осознании невозможности реставрации прежней политической системы. Вместе с тем, консолидация носит смешанный, негативно-позитивный характер, так как стабилизация отношения к новым институтам не подкрепляется процессами социальной интеграции. Поэтому реализация следующих этапов консолидации общества (консолидация-идентификация, консолидация-трансформация) является затруднительной».

Обозначенные позиции дополняет «элитистский», или «технологический» подход, авторы которого исследуют процесс консолидации как результат использования правящими элитами определенных политических технологий (В.К. Левашов, А.А. Яковлев)98. При этом в качестве основных механизмов консолидации выделяются: высокий уровень доверия к Президенту, функционирование партии власти, компромисс социальных и либеральных консерваторов, деятельность государственной бюрократии.

Особое место в анализе внутриэлитной консолидации принадлежит работам О.В. Гаман-Голутвиной99, раскрывающим особенности механизма обмена ресурсами, при котором внутриэлитная консолидация обеспечивается взаимной поддержкой региональных элит и партии власти. Вместе с тем автор считает внутриэлитную консолидацию в регионах РФ крайне неустойчивой (базовым основанием внутриэлитной консолидации выступает сплочение вокруг руководителей местной исполнительной власти), отмечая при этом слабую внутреннюю сплоченность региональной элиты во взаимодействии с центром.

Еще один подход к пониманию политической консолидации был предложен Е.А. Агеевой. В его основе лежит комплексное и процессное понимание консолидации, предполагающей достижение определенности политического режима, легитимности власти, адаптивности политической системы к изменениям внутри и вне нее. Согласно основным положениям данного подхода, «все процессы по поводу получения, удержания и использования власти должны быть системным образом институционализированны (структурированы). Консолидация в этом случае осуществляется посредством совместных усилий государства, политических партий, общественных объединений, по поводу принятия и реализации демократических правил. К политическим мероприятиям, создающим условия для необратимости демократических преобразований, исследователь относит: налаживание партнерских отношений между основными политическими субъектами, межэтническое согласие, децентрализацию власти с одновременным повышением доверия между уровнями и ветвями власти, превращение государства в гаранта демократического обновления, установление плюрализма суждений»100.

Использование наиболее широкого понимания процесса консолидации для анализа трансформации политической системы современной России позволяет выявить несоответствие многих из параметров ее развития условиям и механизмам системы многоуровневой интеграции (консолидация режима, внутриэлитная консолидация, консолидация общества и т.д.). Очевидно, что Россия находится только в начале пути к многоуровневой консолидации. Поиск способов ее осуществления на данный момент делает возможным применение скорее «элитисткого» (показатель - интегративные возможности партии власти), «социологического» (показатель – особенности консолидации-адаптации общества), «идеологического» (показатель – идеологическое обеспечение Президентом режимной консолидации) и «поведенческого» (показатель – состояние нормативного консенсуса по поводу основных демократических правил и процедур) подходов, опираясь на основные положения которых, мы попытаемся проанализировать особенности формирования предпосылок консолидации трансформирующегося общества как направления деятельности правящей элиты современной России.

На наш взгляд, специфика трансформации политической системы современной России заключается в том, что режим плебисцитарной демократии с сильной исполнительной властью, стремящийся не допустить собственной фрагментации, в решении проблемы формирования предпосылок консолидации общества на ценностном и поведенческом уровнях опирается на институт «партии власти» и высокий уровень легитимности национального лидера. Исходя из этого, исследование предпосылок консолидации трансформирующегося общества включает в себя, во-первых, анализ эволюции политических ориентаций и ценностных предпочтений «партии власти»; во-вторых, изучение программных документов и выступлений главы государства; в-третьих, выявление соответствия приоритетов правящей элиты с доминирующими ценностными ориентациями и поведенческими стратегиями массовых групп.

Относительно высокий консолидационный потенциал партии «Единая Россия» объясняется, на наш взгляд, следующими обстоятельствами. Во-первых, ее ценностные ориентации оказались востребованными значительной по масштабу и дифференцированной по составу центристской частью общества, к основным характеристикам которой можно отнести: антизападные настроения, гибридные представления о необходимости «твердой власти» и сохранения основных элементов демократии и рынка, государственничество. Во-вторых, представители партии достигли как определенного уровня внутрипартийной идентификации, так и относительной стабилизации идеологических предпочтений, выражающейся в принятии доктрины «нового консерватизма». Используя методику изучения когнитивных, нормативных, итерперсональных и стилистических установок элит, мы выяснили, что система политических предпочтений и ценностных ориентаций экспертов региональных отделений партии «Единая Россия», действующих в Тульской, Липецкой, Орловской областях, является одной из самых целостных и непротиворечивых.

Система когнитивных установок экспертов демонстрирует взаимосвязь между негативным отношением большинства к экономическому и политическому опыту советского периода развития (за исключение одобрения прочной внешнеполитической позиции (60 %)) и позитивной оценкой процессов становления демократии и рынка. При этом рыночные ориентации подкрепляются антипатерналистическими представлениями о необходимости стимулирования негосударственных инициатив и ответственности каждого за свое положение (70 %). Единственная позиция, дифференцирующая экспертов на две равные части (по 50 %), касается вопроса о присутствии государства в экономике. Тем не менее, рыночная ориентация является достаточно устойчивой, о чем свидетельствует мнение опрошенных относительно предпочтительной системы социального обеспечения категорий граждан, не способных самостоятельно поддерживать необходимый уровень качества жизни (40 % считают возможным опираться на негосударственные источники финансирования, 50 % разделяют идею сохранения статуса государства в этой сфере). Более того, рассматривая проблему финансирования различных отраслей социальной сферы, большинство экспертов считают, что их функционирование может осуществляться с помощью частных организаций (исключение составляют только высшее образование и пенсионное обеспечение).

Нормативные установки экспертов с одной стороны, по-прежнему сочетают элементы различных идеологий, но, с другой стороны взаимно уравновешивают друг друга. Так, представления о будущем России включают в себя дихотомичные позиции: «сильное централизованное государство»/ «демократическая политическая система»/«власть закона», «авторитет на международной арене»/«партнерские отношения во внешней политике», «развитая рыночная экономика»/«социальное благополучие». Подчеркнем также, что именно у экспертов партии «Единая Россия» в меньшей степени, чем у представителей других партийных групп, выражена ориентация на необходимость в процессе управления так называемой «сильной руки» (только 10 %). Следовательно, нормативные представления экспертов не только предельно оптимистичны, но и дистанцированны от негативного опыта советской системы и болезненного переходного периода 90-х гг. ХХ в. Данная особенность проявляет себя и в интерперсональных установках, раскрывающихся в оценках качеств советской и новой элиты. В поведении последней, с точки зрения экспертов, в большей степени выражены такие качества, как компетентность, ответственность, умение принимать нестандартные решения.

Стилистические установки отражают иерархию ценностных ориентаций заложенных в программных заявления лидеров и документах политической партии. Для исследования данного показателя мы использовали программу (TextAnalyst v2.01), позволяющую проводить семантический анализ текстов и выявлять взаимосвязи между используемыми в нем категориями. В результате данного исследования мы определили, что основными смыслообразующими категориями, с которыми в наибольшей степени взаимосвязаны другие понятия, являются: «укрепление страны» (вес семантической связи – 72 при максимуме - 100), «поддержка граждан», «качество жизни», «обеспечение безопасности», «поддержка курса Президента» (54), - прил. 3, табл. 19. Такой социально ориентированный, но, по сути, консервативный курс находит массовую поддержку. Согласно результатам всероссийского опроса, проведенного ФОМ в феврале 2007 г.101, доля респондентов, признающих совпадение целей «Единой России» и интересов граждан выросла по сравнению с 2005 г. на 7 % и составила 35 %.

Второй уровень ценностной иерархии составляют такие категории, как «здоровье», «экономический рост», «достаток», «бизнес» (вес семантической связи - 38). Именно на этом уровне отражаются рыночные ориентации и либеральные приоритеты. Третий уровень образуют с разной степенью идеологически нагруженные: «духовность», «культура», «держава», «гражданское согласие», «демократия», «суверенитет», «модернизация». Этот уровень условно можно назвать «традиционалистским», закрепляющим ценности, обладающие универсальным значением для россиян. Однако неоднородность этому уровню придают такие компоненты, как «демократия» и «модернизация». Вместе с тем, уровни ценностной иерархии четко структурированы: консервативный слой, либеральный и, наконец, преимущественно традиционные универсальные ценности. Возможно, такая многослойность идеологической доктрины объясняет тот факт, что у россиян нет четкого представления относительно целей, ценностей и приоритетов партии (содержательно на вопрос относительно особенностей идеологии «Единой России» ответили только 24 % опрошенных). Примерно половина ответивших (12 %) связывают лозунги и обещания партии с улучшением жизни в стране в целом («достойную жизнь людям»; «работать на благо народа» – 5 % от всех опрошенных), с повышением пенсий и зарплат, ростом благосостояния граждан («детские пособия и зарплата вовремя выплачиваются и в будущем их увеличат»; «обещание повысить зарплаты бюджетникам и пенсии», «улучшение благосостояния граждан России» – 4 %), с решением других конкретных социальных проблем («доступное жилье молодым семьям, ветеранам»; «забота о матерях и детях»; «обеспечить работой» – 4 %). Идея «суверенной демократии» осталась за рамками общественного внимания.

В программных документах партии102 идеологическая доктрина «суверенной демократии» противопоставляется «олигархическому» режиму 90-х гг. ХХ в. и рассматривается в следующих проекциях: обеспечение независимости и верховенства государственной власти; сохранение статуса ведущего мирового актора; признание универсальных демократических ценностей при понимании многообразия национальных моделей их реализации. В статье «Национализация будущего» заместитель главы Администрации Президента РФ В.Ю. Сурков определяет суверенную демократию как образ политической жизни общества, при котором власти, их органы и действия выбираются, формируются и направляются исключительно российской нацией во всем ее многообразии и целостности ради достижения материального благосостояния, свободы и справедливости всеми гражданами, социальными группами и народами, ее образующими.

С одной стороны, исследуемая идеологическая доктрина внутренне дихотомична, так как сочетает в себе приоритеты предельной самостоятельности («реального суверенитета» - выражение А. Кокошина) и интегрированности в глобальный мир. С другой стороны, суверенитет понимается, прежде всего, как свобода и конкурентоспособность открытого общества. Представляется, что, несмотря на сложный внутриэлитарный дискурс, с помощью которого раскрывается основное содержание данной концепции, она, безусловно, обладает определенным консолидационным потенциалом103. Во-первых, синтезирует идеологические основания, которые едва ли не на протяжении всей истории России раскалывали ее социальное пространство (суверенитет и демократия трактуются как взаимоподдерживающие друг друга конструкции). Во-вторых, апеллирует к «гражданскому» пониманию нации, что крайне важно в условиях многосоставной (во всех смыслах) России. В-третьих, возвращает демократии позитивный, и, самое главное - инструментальный смысл (демократия - не цель, а способ организации власти, тогда как социальными приоритетами выступают материальное благосостояние, свобода и справедливость). В-четвертых, понятия «демократия» и «сильное государство» не только не противопоставляются, но и рассматриваются как взаимообусловленные (так же как свобода личности не дистанцируется от свободы государства). В-пятых, концепция не претендует на формирование особой модели демократии, а представляет собой новый этап трансформации политической системы, при котором режим суверенной демократии постепенно сменит плебисцитарную демократию. В-шестых, идеология «суверенной демократии» включает в себя традиционно важные для российского общества социальные, экономические, геополитические, духовные эквиваленты («мировая держава», «справедливость для каждого и для России в мире», «великая история России» и т.д.). Тем не менее, консолидационный потенциал, заложенный в данной идеологии так и не получил реального воплощения.

В целом эволюция идеологических установок «Единая Россия» (1999 – 2008 гг.) складывалась из следующих ценностно разнонаправленных этапов становления этой партии:

I этап (1999 г.) – образование межрегионального движения «Единство» не сопровождалось артикулированием политической программы и идеологии (предвыборные установки отражали государственническо-патриотические категории и обещания проводить патерналистскую политику);

II этап (май 2000 г.) – документы учредительного съезда партии «Единство» помимо государственно-патриотических установок содержали категории как либерального, так и консервативного характера (либеральный консерватизм);

III этап (октябрь 2000 г.) – в принятой на II съезде партии Программе наблюдается усиление либеральной и демократической составляющих идеологических установок партии, при сохранении прежних ценностных ориентаций;

IV этап (2001 г.) – создание объединенной партии («Единство» + «Отечество» + «Вся Россия») сопровождалось центристским позиционированием и сохранением комплекса либеральных и консервативных установок при некотором преобладании последних;

V этап (2003 г.) – ценностно-нормативный комплекс стабилизировался (в предвыборной программе сохранились ранее сформулированные установки, соответствующие положению «правого центра»);

VI этап (апрель 2005 г.) – внутрипартийное ценностное размежевание (появление «левого» и «правого» крыла), ставшее следствием делегитимации (уже в 2003 г. почти 40 % россиян указывали на то, что цели «Единой России» не соответствуют их интересам) в результате неудачных и непопулярных реформ в социальной сфере. Таким образом, даже относительно стабилизировавшаяся программа «Единой России» не позволяет определить идеологическую ориентацию партии (в отличие от четко выраженного либерального консерватизма «Единства»)104;

VII этап (декабрь 2006 г.) – центральное положение в системе политических предпочтений занимает идея «суверенной демократии» (VII Съезд партии в Екатеринбурге). Закрепление структурированной системы ценностных ориентаций, сочетающей консервативные, либеральные и традиционные (универсальные) элементы;

VIII этап (2007 г.) - система ценностей в большей мере соответствует позиции «левого центра», что продиктовано конкуренцией со «Справедливой Россией». Большую значимость, чем модернизация ценностного предложения, приобретает мобилизация общества («Единая Россия – партия Путина»).

Необходимо отметить, что декларируемая ценностная идентичность российских партий, как правило, не совпадает с реальным положением отстаиваемых ими идеологических установок в политическом спектре страны. Проиллюстрировать данное утверждение можно на следующем примере. Классификация партий, строящаяся на дифференциации их ценностно-нормативных комплексов, была предложена Д. Ноланом, по мнению которого, политическое поле в любой стране можно представить в виде пространства (квадрата), разделенного на четыре части, отражающие следующие позиции:

-отвергаются все свободы (партии авторитарного типа);

-признаются все свободы (либертарианские);

-отвергаются персональные, но признаются экономические свободы («правые», консервативные партии);

-отвергаются экономические, но признаются персональные свободы («левые», либеральные партии)105.

Партии с нечетко выраженным мнением попадают в 5-ую область (в центральную зону): либо они выступают за ограничение ряда экономических и персональных свобод, а в отношении остальных – за поддержку, либо не высказывают определенных оценок ни по одному вопросу, касающемуся разного рода свобод («модераторы»). Используя данные критерии анализа применительно к оценке ценностного размежевания российских политических партий, позиционирующих себя по отношению друг к другу в качестве идеологических оппонентов, мы пришли к следующим заключениям.

Экономические и персональные права и свободы в процентном соотношении ко всем иным представленным в программных документах партии ценностям составляют: 45 и 50 % соответственно. Следовательно, согласно классификации Д. Нолана, ценностная система «Единой России» в большей степени соответствует позиции «чистого» модератора. Однако, по мнению ряда исследователей, центризм, сформированный на дистанцировании от всех иных идеологий, и не предлагающий дезинтегрированному и дезориентированному обществу определенных ценностей и смыслов, вряд ли может претендовать на консолидацию социума, тем более что эволюция идеологических установок «Единой России» все более приближает ее к либеральному консерватизму106.

Влияние идеологических доминант «Единой России» на процесс внутренней консолидации партийной элиты в целом и коалиционную динамику в частности также является неоднозначным. Очевидно, что для образования коалиций важным условием выступает идеологическая совместимость партий (консенсус относительно политических программ). По мнению А.Н. Щербака, в российском контексте значимость данного фактора еще больше усиливается, так как «институциональные условия (отсутствие необходимости кооперироваться для поддержки правительства или оппозиции ему) лишают партии стимулов к поиску поддержки в «соседних» идеологических семьях»107. С одной стороны, происходящее в России коалиционное взаимодействие принимает форму строительства крупных партий на «базе партийных семей» (имеется в виду тенденция объединения центристских сил вокруг «Единой России»). С другой стороны, в обозначенных условиях политическая борьба разворачивается не между идеологическими «семьями» (левые – правые и т. п.), а внутри них (т. е. конкурируют не идеи, а разного рода ресурсные возможности партий). Более того, все объединения «Единства» с теми или иными политическими организациями («Единство» - «Народный депутат» (НД); «Единство» - НДР; «Единство» - ОВР – «Российские регионы» (РР) – НД), можно отнести к типу коалиции «с доминирующим участником», которая подразумевает поглощение меньших партнеров и укрепление собственной монополии в соответствующем партийном секторе.

Возникает закономерный вопрос о возможностях политической консолидации в условиях многопартийности. Нам близка позиция, согласно которой «политическая консолидация возможна при наличии альтернатив, способствующих сознательному согласию различных групп индивидов по поводу поддержки того или иного политического курса и открывающих для политических партий перспективы создания программ с учетом интересов различных слоев населения»108. Представляется, что именно на современном этапе развития в России складываются предпосылки необходимые для этого. Так, впервые за всю историю постсоветского существования политической системы происходит формирование альтернативной «партии власти» политической силы, обладающей достаточным потенциалом влияния и при этом не стремящейся разрушить сложившийся политический порядок. Речь идет о создании партии «Справедливая Россия», сформировавшейся в конце 2006 г. путем объединения Российской партии ЖИЗНИ, Политической партии «Родина» и Российской партии пенсионеров.

В «Манифесте» (первичном программном документе), принятом на VII Съезде политической партии «Родина», закреплены ценностные ориентации, в наибольшей мере соответствующие положениям социально-демократической идеологии. Первый уровень ценностной иерархии политической партии «Справедливая Россия» составляют такие преимущественно интегрирующие российское общество категории, как «справедливость», «труд», «закон», «культура». Второй уровень включает в себя также приоритетные для большинства россиян ценности «права человека» и «безопасность». Интересно, что, как и в программных документах партии «Единая Россия» (2006 г.), в данном случае третий уровень образуют ценности, отражающие традиционалистские идеологические предпочтения граждан («сила», «защита», «суверенитет», «солидарность», «государственность», «традиции»). Несмотря на то, что программные документы партии находятся в стадии формирования, уже на первом этапе своего становления идеологическая позиция партии «Справедливая Россия» выглядит достаточно однородной и даже целостной.

Этот вывод подтверждают данные экспертного опроса, согласно которым когнитивные политические установки представителей партии характеризуются взаимосвязью между негативным отношением к советскому прошлому (количество экспертов, поддерживающих эту позицию колеблется в пределах 60 – 100 % в зависимости от рассматриваемого аспекта развития) и позитивными оценками настоящего развития (большинство опрошенных одобряют становление рыночной экономики (60 %) и формирование демократической политической системы (100 %)). Однако, в отличие от представителей партии «Единая Россия», эксперты данной группы выражают уверенность в необходимости увеличения доли государственной собственности и повышении социальной ответственности государства перед гражданами (по 60 % соответственно).

Нормативные установки сочетают централистские (90 %), державнические (80 %) и вместе с тем рыночные ориентации (70 %). При этом, отмечая значимость сильной системы социальной защиты, эксперты не связывают ее функционирование исключительно с деятельностью государственных структур. По их мнению, большинство отраслей социальной сферы должны финансироваться и государственными и частными организациями на паритетных началах, либо только частными компаниями (исключение составляет лишь пенсионное обеспечение). Следовательно, регулируемый рынок и социально ответственный бизнес, дееспособное и эффективное государство являются важнейшими политическими приоритетами партии. Данная позиция дополняется оптимистическим прогнозом развития России, будущее которой связывается экспертами с демократией (70 %), правовым государством (90 %), экономическим процветанием (90 %), социальным благополучием (100 %), решением национальных проблем (90 %) и закреплением авторитета в мировой политической системе (80 %).

Тем не менее, по данным ФОМ (февраль 2007 г.)109, на открытый вопрос: «С какими лозунгами, призывами, обещаниями ассоциируется у Вас деятельность партии «Справедливая Россия»?», – смогли дать содержательные ответы только 15 % опрошенных, остальные затруднились с ответом или заявили, что у них нет никаких ассоциаций. В представлении примерно половины тех, кто все же смог ответить на вопрос (8 % по выборке в целом), лозунги и обещания этой партии связаны с социальной защитой населения и решением социальных проблем: «достойная зарплата, пенсия»; «за достойную жизнь для людей»; «обещают повысить пенсию в два раза»; «защищают наши интересы»; «обещание все сделать для народа»; «улучшить образование, улучшить медобслуживание».

Вопреки оппозиционному по отношению к «партии власти» имиджу «Справедливой России», почти половина россиян считают ее «пропрезидентской» силой, полагая, что эта партия поддерживает политику В. Путина полностью (22 %) или частично (24 %). Возможно, поэтому у 18 % участников опроса сформировалось положительное отношение к ее деятельности; более трети россиян (39 %) выражают уверенность в том, что «Справедливая Россия» сможет преодолеть 7 %-ный барьер на выборах в Государственную Думу РФ в 2007 г.; 24 % допускают лично для себя возможность проголосовать за эту партию (преимущественно жители мегаполисов, кроме Москвы).

Вместе с тем, обращает на себя внимание тот факт, что две партии, претендующие на системообразующий статус («Единая Россия» и «Справедливая Россия») и дифференцированные по идеологическим предпочтениям (неоконсерватизм, ориентированный на правый электоральный сегмент/социал-демократия ориентированная на левый электоральный сегмент), в своей деятельности опираются на один и тот же ресурс – высокий уровень лояльности населения по отношению к главе государства. Данное обстоятельство еще раз подтверждает то, что режим плебисцитарной демократии – это в большей степени режим стабилизации. Позитивной, на наш взгляд, является ориентированность рассматриваемых партий на ценности преимущественно интегрирующие, а не раскалывающие российское общество.

Еще одним важнейшим каналом ретрансляции ценностей политической системы, формирующим предпосылки для ценностной консолидации общества, являются программные документы и выступления главы государства. На рубеже 1999 и 2000 гг. В. Путин впервые публикует статью программного содержания110, в которой предлагает свое видение проблемы преодоления разобщенности общества. Официальный вариант интеграции российского общества включал в себя следующие компоненты: во-первых, выработку долгосрочной стратегии возрождения и расцвета России, которая опиралась бы на все положительное, что было создано в ходе рыночных и демократических реформ, и осуществлялась исключительно эволюционными, постепенными, взвешенными методами. Во-вторых, преодоление раскола через достижение общественного согласия по таким коренным вопросам, как цели, ценности, рубежи развития. В-третьих, попытку органически соединить универсальные принципы рыночной экономики и демократии с реалиями России. При этом опорными точками консолидации общества согласно данной программе выступают:

-начавшийся процесс усвоения наднациональных, общечеловеческих ценностей, возвышающихся над социальными, групповыми, этническими интересами;

-исконные, традиционные ценности россиян (патриотизм, державность, государственность, социальная солидарность).

Таким образом, терминальный компонент программы составила новая российская идея - сплав общечеловеческих и ментальных ценностей россиян, тогда как инструментальный компонент базировался на сумме сильной государственной власти и эффективной экономики (крепкое государство для россиянина является источником и гарантом порядка, инициатором и главной движущей силой любых перемен). Обращает на себя внимание тот факт, что понимание сильной государственной власти как демократического, правового, дееспособного федеративного государства соответствовало восприятию большинством населения демократии как сильного социально ориентированного государства.

Несмотря на латентный характер и смешанную структуру самоидентификации (сочетает либеральные, консервативные и социал-демократические положения и ценности), позитивным является отход от идей, активно дифференцирующих общество (копирование западных образцов развития, «удаление» государства из социально-экономической сферы) и акцентирование на идеях преимущественно интегративной направленности (порядок, обеспечение законности, стабильность, возрождение, прогрессивное и поступательное развитие). Ключевым моментом выступает определение государства координатором экономических и социальных сил страны (напомним, что именно этот вопрос являлся основным в идеологическом размежевании российских партий). Представленная Президентом программа претерпела значительную эволюцию, в которой можно выделить несколько этапов (попытка периодизации ценностной парадигмы развития государства и общества была реализована нами посредством контент- и интент-анализа программных документов Президента (с 2000 по 2007 гг.)).

Перечень представленных в ежегодных посланиях Президента РФ Федеральному Собранию РФ (далее – послание) ценностных ориентаций можно разделить на традиционные (преимущественно терминальные) и условно модернизационные (преимущественно инструментальные) компоненты. Первую группу в 2000 г. составили такие ценности, как «достаток» (занимает 4-ое место в иерархии), «справедливость», «патриотизм», «порядок» (5-, 6- и 7-ые места соответственно). Тогда как в группу модернизационных ценностей вошли понятия общесоциального содержания - «демократия», «закон», «свобода» (1-, 2- и 3-е места соответственно) и ориентации, имеющие индивидуалистскую направленность, - «достоинство», «права человека», «собственность» (8-, 9- и 10-ые места соответственно), - прил. 3, табл. 20. Таким образом, в 2000 г. фактически обществу был предложен игнорировавшийся или четко не обозначаемый прежде инструментарий преобразований: демократия - в политической сфере; права человека и достоинство – в социальной сфере; собственность и закон – в экономической сфере.

При этом среди превалирующих в послании Президента инструментальных ценностей доминируют те из них, как мы выяснили ранее, которые дифференцируют российский социум. Таким образом, если терминальная (традиционная) ценностная составляющая рассматриваемого документа в большей степени адресована обществу, то его инструментальная часть (модернизационная и либеральная) ориентирована, прежде всего, на элитные круги. Объясняется это обстоятельство тем, что анализируемый период является начальным этапом становления нового режима, в течение которого воспроизводились многие социокультурные нормы, заложенные прежней системой власти. Так, контент-анализ ежегодных посланий Президента РФ Федеральному Собранию РФ (с 1996 по 1999 гг.) позволил сделать следующие заключения.

Во-первых, соотношение ценностных ориентаций, декларируемое президентом В. Путиным в 2000 г., в целом отражало вектор изменений ценностно-нормативного комплекса, закрепленного в программных посланиях президента Б. Ельцина. На протяжении с 1996 по 1999 гг. наблюдалась тенденция сокращения, и даже упрощения терминальной (традиционной) составляющей программ. В послании 1996 г. можно выделить три основных компонента: традиционный («держава», «порядок», «мир», «достаток»), модернизационный («успех», «закон», «права человека», «достоинство», «свобода») и витальный («стабильность», «безопасность», «защита»).

Во-вторых, в 1997 г. структура ценностных ориентаций в послании несколько меняется, хотя обозначенная тенденция по-прежнему сохраняется. В группе традиционных ценностей на смену понятию «мир» приходит «справедливость», модернизационные ценности ограничиваются понятиями «успех» и «закон», остаются практически неизменными позиции понятий, отражающих витальные потребности общества. Вместе с тем появляется новый компонент, который условно можно назвать «силовым» («твердость», «ответственность», «сила»), призванным компенсировать дефицит определенных качеств правящей элиты.

В-третьих, в Послании 1999 г. также наличествует структура из четырех вышеуказанных компонентов, однако существенно изменяется состав и соотношение традиционных и модернизационных ценностных групп. Абстрактные «справедливость» и «держава» хотя и остаются в дискурсе, но уже не занимают лидирующие позиции в ценностной иерархии. В посткризисный год в традиционную составляющую послания вошли только две ценности предельно конкретного содержания – «порядок» и «достаток», тогда как модернизационная часть была существенно расширена за счет либеральных категорий преимущественно терминального характера («успех», «демократия», «закон», «достоинство», «терпимость»), - прил. 3, табл. 21.

Итак, по сравнению с предыдущим периодом (1996 – 1999 гг.), послание Президента в 2000 г., в целом отражающее преемственность с ценностными ориентирами, заложенными ранее, отличается, с одной стороны, большей опорой на традиционные для российского массового сознания идеи, а с другой стороны, для него характерна большая направленность на артикуляцию инструментальной составляющей политической программы. Однако, по сути, это послание представляло собой «пилотажный проект» (своего рода пробу сил), программу, констатирующую параметры прошлого, а не будущего развития страны. Принципиально новым, по отношению к посланиям, продекларированным Б. Ельциным, было акцентирование внимания общественности на такой идеологически окрашенной и ассоциировавшейся с «левыми» ценности, как «патриотизм».

Затем последовал этап «стабилизации» (2001 – 2002 гг.), так как набор ценностей, предлагаемых обществу в посланиях Президента, практически дублировал содержание аналогичных программных документов в 1997 – 1999 гг. Заметим, что, не предложив обществу ничего нового в плане ценностных ориентаций, новый режим стабилизировался на идеологических основаниях, выработанных прежней политической системой. Подтверждением этому является тот факт, что традиционный пласт посланий в обозначенный период был представлен ценностями «порядок» и «достаток» (в 2001 г. 2-ое и 6-ое места в иерархии; в 2002 г. 2-ое и 4-ое места соответственно). Кроме того, в ценностно-нормативный комплекс посланий были возвращены витальный («стабильность» в 2001 г. и «безопасность» в 2002 г.) и силовой («защита» и «твердость») компоненты (прил. 3, табл. 20).

Наиболее значительные изменения коснулись модернизационной основы посланий. Во-первых, резко сокращается число упоминаний таких дифференцирующих общество ценностей, как «демократия» и «свобода». Во-вторых, помимо прочих либеральных понятий акцент делается на инструментально нагруженной категории «собственность» (4-ое место в 2001 г. и 6-ое место в 2002 г.). Следовательно, в политическом дискурсе избегаются ценности, в наибольшей степени неоднозначно понимаемые различными слоями общества и артикулируются те из них, которые связаны с реальными, ощущаемыми на партикулярном уровне, результатами преобразований.

Следующий период (2003 – 2004 гг.) можно назвать этапом «корректировки». Во-первых, в равновесное состояние приводятся традиционный и модернизационный компоненты посланий. Первый из обозначенных компонентов несколько расширяется за счет таких категорий, как «патриотизм» (3-е место в 2003 г.) и «справедливость» (8-ое место в 2004 г.). При этом последняя из анализируемых категорий наряду с ценностями «достаток» и «порядок» действительно занимает высокие статусные позиции в общей ценностной иерархии россиян (в 2003 г. 28, 37 и 21 % соответственно). Во-вторых, в перечень модернизационных ценностей возвращаются «демократия» (9-ое место в 2003 г. и 6-ое место в 2004 г.) и «свобода» (2-ое место в 2004 г.). При этом существенно снижается значимость ценностей, образующих «силовую» составляющую посланий (в 2003 г. обозначенная составляющая была представлена только одной позицией – «сила»; в 2004 г. ценностей данного порядка нет среди десятка понятий, лидирующих в иерархии), - прил. 3, табл. 20.

Позитивным является то, что в 2003 – 2004 гг. в программных заявлениях Президента РФ присутствуют компоненты, которые условно можно назвать «социальными» ценностными ориентациями. В послании 2003 г. достаточно высокие статусные позиции заняли ценности «здоровье» (4-ое место) и «труд» (7-ое место в послании; 9-ое место (25 %) в иерархии россиян). В 2004 г. ситуация мало изменилась: 7-ое и 9-ое места принадлежат ценностям «здоровье» и «семья» соответственно. При этом понятие «семья» считают самым важным (по данным 2003 г.) 46 % россиян.

Следует отметить, что эволюция ценностных ориентаций, выраженных в посланиях Президента РФ, характеризуется не столько взаимозависимостью традиционной и модернизационной составляющих, сколько взаимообусловленностью структуры и содержания силового (реже витального) и модернизационного компонентов. Так, отказ от либеральной/ демократической риторики, как правило, сопровождается расширением присутствия в рассматриваемых документах силового или витального (в последние годы социального) компонентов. Результаты всероссийских опросов свидетельствуют о том, что в граждане в качестве приоритетных «для себя» чаще выбирали ценности витальной (в августе 2003 г. «безопасность» в качестве важнейшей ценности выбрали 43 %; «стабильность» - 25 %) и модернизационной («права человека» - 34 %; «закон» 31 %) групп. Тогда как в политической плоскости предпочтение латентно отдавалось «силовым» ценностным ориентациям (например, по данным ФОМ, в 2000 г., отвечая на вопрос о том, какие из понятий в качестве наиболее важных выбрал бы В. Путин, 13 % россиян выбрали позицию «твердость», 9 % - «защита» и 7 % - «сила»).

Период 2005 – 2007 гг. можно назвать этапом формирования новой идеологической доктрины. В 2005 г. ценностные приоритеты, обозначенные в послании Президента, приобрели системность и структурированность. Первый уровень иерархии составили модернистские «свобода», «демократия», «права человека» (1-, 2-, 4-ые места соответственно), которые, тем не менее, уравновешиваются такой традиционной ценностью, как «справедливость» (3-е место). По сравнению с предыдущим годом, ориентации «силового» блока послания («закон», «безопасность», «защита») увеличивают свою значимость и представляют собой второй уровень ценностной иерархии. Тогда как на третьем уровне располагаются инструментальные и одновременно «достижительные» ценности материального достатка, собственности и успеха. Однако, несмотря на внутреннюю целостность, обозначенная иерархия не в полной мере совпадала с запросами большинства граждан (ценности безопасности и материального достатка были для них гораздо более значимыми, чем политические права и свободы).

В 2006 - 2007 гг. идеологическая доктрина «суверенной демократии» уже сформулирована, и это находит отражение в изменении текста послания. Во-первых, основной акцент сделан на анализе глобальных тенденций развития мировой системы. Исходя из этого, в качестве особенно значимых категорий позиционируются такие, как «мировая система» (1-ое место), «национальная безопасность» (3-е место), «мировые державы» (что соответствует идеям большей открытости, но сохранения идентичности, большей включенности в мировые процессы, но обеспечения суверенитета). Сближение с ценностными предпочтениями россиян произошло также благодаря высоким статусным позициям и расширению перечня приоритетов социального блока («семья» (2-ое место), «труд» (6-ое место), «здоровье» (8-ое место)). Как и в 2005 г., третий, в наибольшей степени структурированный уровень составили либеральные инструментальные ценности: «бизнес», «права человека», «собственность», «ответственность».

Интент-анализ посланий Президента РФ Федеральному Собранию РФ позволяет применить к текстам последних типологию политических установок, предложенную Р. Патнэмом. Данная типология особенно важна для настоящего исследования, так как делает возможным применение интент-анализа111 программных документов элит на основе использования таких интенциональных категорий, как «Мы» (стилистические политические установки), «Они» (интерперсональные политические установки) и «Ситуация» (когнитивные и нормативные политические установки). Использование обозначенного комплекса методов позволило выделить тенденцию доминирования стилистических (интенционная категория «Мы») установок над всеми другими (в 2000 – 2004 гг. «самопрезентация» преобладала над иными интенциями президента, закрепленными в его программных заявлениях) (прил. 3, табл. 22). Данная ситуация была особенно характерна для послания 2000 г. (стилистические установки составили более 50 % от общего числа интенций) и связана с необходимостью позиционирования нового политического лидера страны. Специфика рассматриваемого документа заключается в равенстве положения в иерархии интерперсональных (интенционная категория «Они») и когнитивных (интенционная категория «Ситуация) установок.

В целом по сравнению с посланиями 1996 – 1999 гг., интенциональная категория «Они» не только уступила позиции в иерархии (например, в послании 1996 г. интерперсональные установки были преобладающими), но и изменилась содержательно. Если в период функционирования режима Б. Ельцина категория «Они» предполагала, прежде всего, идеологических оппонентов (в 1996 – 1999 г. превалировали такие интенции, как «обвинение», «критика», «дискредитация» и другие), то на этапе становления режима В. Путина «Они» - это чаще всего внешнеполитические партнеры и оппоненты.

Следовательно, у нового режима не возникает потребности позиционировать себя относительно «других» участников политической борьбы. Об этом свидетельствует тот факт, что в последующие годы значение интерперсональных установок по отношению к стилистическим будет постепенно уменьшаться (от 15 % упоминаний в 2000 г. до 9 % в 2005 г.). Таким образом, исследуемый документ может претендовать на внутреннюю консолидацию только тех элементов элиты, которые в качестве основы для своей идентификации избрали ориентацию на действующего президента. Самопрезентация президента строится от когнитивного образа ситуации в стране (в 2000 г. 8,1 % интенций в послании относились к анализу ситуации, выраженному в отрицательных оценках; в 2001 г. – 22,3 %). Наиболее существенные изменения наблюдаются в посланиях за 2002 – 2004 гг., однако касаются они не столько структуры политических установок, сколько содержания интенциональных категорий.

Во-первых, наметилась тенденция увеличения числа положительных и нейтральных (оценивание и информирование) упоминаний «ситуации» в стране (в 2002 г. - 4,9 % от общего числа интенций, входящих в категорию «Ситуация», носили положительный характер; в 2003 г. увеличивается значимость категорий, составляющих когнитивный слой политических установок, – 14,8 %). В 2004 г. наличествует своего рода противопоставление нормативных (представления о том, как должна функционировать политическая система) и когнитивных (знания о том, как она (ПСО) функционирует на практике) установок. Так, число упоминаний нормативной интенции «анализ ситуации» со знаком «минус» совпало с количеством понятий, составляющих когнитивную установку «информация» (8,1 и 9 % соответственно). До этого момента нормативные политические установки преобладали над когнитивными, т. е. терминальные представления о «должном» не подкреплялись информацией об инструментах преодоления проблем. Следовательно, разрыв между терминальными и инструментальными ценностными ориентациями характерен не только для массового сознания, но проявляет себя и на уровне элит.

Во-вторых, в 2002 – 2003 гг. несколько увеличивается значимость (число упоминаний) интенций, входящих в категорию «3-я сторона» (общество) (16,1 и 21,6 % соответственно). При этом доминируют такие нормативные интенции, как «кооперация» и «побуждение». Особое место общества в системе установок рассматриваемого периода объясняется, на наш взгляд, вступлением страны в новый электоральный цикл. Показательно, что уже в 2004 г. уровень апеллирования к обществу значительно снижается (только 10,8 % интенций в послании можно отнести к категории «3-я сторона»), хотя содержание интенций «взаимодействия с обществом» остается прежним. Исходя из этого отметим, что в наименьшей степени в посланиях Президента отражены интерперсональные политические установки, связанные с механизмами идеологического самоопределения и коммуникации обществом. Поэтому на протяжении исследуемого периода (2000 – 2004 гг.) наблюдалась гипертрофия стилистических установок («самопрезентация» и «презентация своих сторонников»), компенсирующая неопределенность и эклектичность ценностно-нормативного комплекса. Подобные концепции стимулируют внешнюю и внутреннюю консолидацию общества вокруг политического лидера, а не ценностных ориентаций, идеологии или долгосрочной программы развития государства.

В посланиях 2005 - 2006 гг., с одной стороны, во многом сохранились тенденции, наметившиеся ранее, с другой стороны, увеличилась значимость интенциональных категорий, отражающих усиление потребности в идентификации позиции относительно других политических сил. Произошедшие изменения, скорее всего, связаны с подготовкой к новому электоральному циклу (2007 – 2008 гг.). Несмотря на то, что стилистические установки (интенциональная категория «Мы») продолжают доминировать, «самопрезентация» усиливается «презентацией своих сторонников» (по 6 % соответственно; большую выраженность интенция «презентации своих сторонников» имела только в 2000 г.). Кроме этого, усиливаются позиции интерперсональных установок (интенциональная категория «Они»; «безличное обвинение» – 2 %, «критика» – 3 %). Подчеркнем, что расширяется перечень интенций, используемых в этом контексте (за счет использования таких из них, как «разоблачение», «размежевание»).

Вместе с тем, изменения в интенциональной категории «3-я сторона», сопряженной с установками на коммуникативное взаимодействие с обществом, связаны со стремлением к формированию позитивного консенсуса (на основе общих интересов и партнерского взаимодействия с властью). Об этом свидетельствует увеличение значимости интенций «кооперация» (9 %; большая величина бала зафиксирована только в 2003 г.) и «побуждение» (ее величина впервые за весь период исследований достигла 13 %). Данное предположение также подкрепляется тем, что в интенциональной категории «Ситуация» наблюдается явное снижение негативных оценок (3 %) при увеличении нейтральных (7 %) и позитивных (8 %).


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

Похожие:

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconИсследование проблемы памяти в трудах отечественных и зарубежных ученых
Эмпирические исследования особенностей памяти у детей старшего дошкольного возраста

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconПроблема структуры системы детско-родительских отношений в трудах отечественных ученых
Проблемы семьи, связанные с воспитанием детей, определили цель нашего теоретического исследования в трудах отечественных ученых

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconПример оформления основных элементов статьи
Рассматривается специфика посткоммунистического перехода к демократии в России и выделяются тенденции трансформации политического...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconКонцепция «Основы эффективного функционирования Общественной палаты Республики Коми» Введение
«демократии ассамблей» свидетельствует о реальных возможностях перехода от традиционной представительной демократии и прямой демократии...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconИсследование процессов глобализации в современной молодёжной среде представляется актуальным и своевременным, так как молодое поколение традиционно считается основным социальным ресурсом государства.

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconДанного исследования состоит в анализе, классификации и выявлении отличительных особенностей газетных заголовков на базе венесуэльского варианта испанского языка
Заголовок. Классификация заголовков на базе русской прессы в трудах отечественных ученых

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconМеждународный исследовательский центр «эразмус»
Конференция ставит своей целью систематизацию и публикацию результатов исследований отечественных и зарубежных ученых, докторантов,...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» icon"Морские водоросли и их значение"
В лаконичной форме представлена информация о вкладе отечественных и зарубежных ученых в развитие биологии. Отличительной особенностью...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconИсследование подростковой формы эгоцентризма
Отправной точкой исследования послужили представления Жана Пиаже об эгоцентризме и их анализ в современных исследованиях зарубежных...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconКурсовая работа по теме «программированное обучение»
Введение. В психолого-педагогических исследованиях обычное, или тра­диционное, обучение считается плохо управляемым. По мнению большинства...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница