Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну»




НазваниеИсследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну»
страница6/15
Дата конвертации26.02.2013
Размер2.69 Mb.
ТипИсследование
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
3.2. Сопряженность ценностных ориентаций массовых

и элитных групп


Усилия, связанные с формированием правящим режимом предпосылок для консолидации демократии, в некоторой степени подкрепляются положительными тенденциями в развитии консолидационного потенциала общества. По сравнению с периодом конца 90-х гг. ХХ в., в 2003 – 2004 гг. представления граждан относительно оснований консолидации общества стали более определенными и непротиворечивыми. Так, по результатам опросов общественного мнения, проведенных в Тульской области в обозначенный период, ядро интегрирующих идей составили: «законность и порядок» (64 % в 2003 г., 49,8 % в 2004 г.); «преодоление разобщенности и разрухи» (41,6 и 41,8 % соответственно); «правовое государство» (34,6 и 28,4 % соответственно); «социальная защищенность» (30,1 и 36,1 % соответственно), - прил. 3, табл. 23. Тогда как являющиеся производными «советской» ментальности, идеи «возвращения к социалистическим ценностям» и «противостояния Западу» в большей степени дифференцировали общество (данные позиции поддерживало наименьшее число респондентов).

В 2005 – 2006 гг. ситуация практически не изменилась (интегрирующие идеи стабильно сохраняют свой статус в иерархии альтернатив). Однако следует подчеркнуть, что на уровне массового сознания наблюдается скорее традиционный «негативный консенсус» (против беззакония, социальной незащищенности, разобщенности). Еще одна особенность данного этапа развития заключается в том, что в системе политических предпочтений, объединяющих большинство общества, усилились позиции внешнеполитических составляющих. Так, значительно увеличился рейтинг идеи «объединение славянских народов» (в 2006 г. 29,1 %). Большее количество респондентов по сравнению с прошлым периодом (17,7 %, преимущественно женщины старше 60 лет и мужчины в возрасте 18 - 40 лет) воспринимают Запад в качестве противника, и только 5 % опрошенных считают, что идея сближения с Западными странами сможет сплотить российских граждан (в данном случае, наоборот, наблюдается снижение рейтинга этой позиции). Причины подобных изменений во взглядах респондентов, скорее всего, отражают их отношение к событиям, связанным со становлением прозападных режимов в ряде постсоветских государств. С нашей точки зрения, обозначенная позиция в определенной мере соответствует идеологической доктрине «суверенной демократии», внешнеполитический аспект которой В. Путин раскрыл в начале 2007 г. на международной конференции в Мюнхене. Заметим, что в целом более полное отражение интегративные идеи, распространенные в массовой среде, находят именно в предвыборных и программных заявлениях главы государства, эклектичность взглядов которого является органичной и конструктивной (так как обусловлена спецификой исполнения президентом функций артикуляции и агрегирования интересов всего общества).

Признавая, что измерение консолидационного потенциала общества не может базироваться только на количественных методах, для уточнения их результатов мы использовали метод структурно-логической типологизации112, который состоит в последовательном применении трех процедур, реализованных в программном комплексе SPSS. На первом этапе применяется факторный анализ, позволяющий выявить взаимосвязи между понятиями-ценностями. На втором этапе используется кластерный анализ (метод K-Means). На третьем этапе с помощью процедуры построения решающих правил (метод C&RC из блока Answer Tree) определяются ядра кластера. Новый подход, предложенный авторами указанной методики, исходит из того, что структуру ценностной системы образуют не иерархии, а синдромы-сочетания ценностных выборов, состоящие из центральных (между которыми обнаружена наиболее тесная связь) и периферийных ценностей (между которыми наблюдается слабая положительная связь).

На графике собственных значений факторов (прил. 3, график 1) видно, что излом линии наступает после шестого фактора. Следовательно, основным континуумом, описывающим все разнообразие расположения ценностных предпочтений, является шестимерное факторное пространство. Факторный анализ осуществлялся на объединении данных двух опросов (в первом случае выбор позиций был неограничен, во втором – из отобранных ценностей респонденты должны были отметить самые значимые). Выявление наиболее значимых коэффициентов корреляции (Пирсона) каждого из шести факторов с отдельными словами-стимулами позволяет типологизировать их следующим образом (курсивом выделены те позиции, которые были выбраны в двух случаях):

-фактор 1: «твердость», «успех», «достоинство», «совесть», «достаток», «безопасность», «стабильность», «справедливость»;

-фактор 2: «совесть», «порядок», «безопасность», «здоровье»;

-фактор 3: «солидарность», «труд», «достоинство», «мир», «достаток», «закон»;

-фактор 4: «твердость», «солидарность», «духовность», «патриотизм», «терпимость»;

-фактор 5: «достоинство», «религия», «права человека», «справедливость», «совесть», «здоровье»;

-фактор 6: «солидарность», «труд», «духовность», «защита», «стабильность» (прил. 3, табл. 24).

На следующих этапах обработки данных в пространстве шести факторов были выделены три кластера и выявлены их ядра. Анализ матриц сопряженности свидетельствует о том, что именно три кластера практически полностью сохраняются без изменений (их относительные размеры оказались очень близкими). Относительная устойчивость полученной дифференциации кластеров подтверждает стабильность «ценностных синдромов». По результатам первого опроса, ядро первого кластера составляют такие ценности, как «твердость», «успех», «свобода», «достоинство», «семья», «достаток», «стабильность», «здоровье». Ядерная часть второго кластера включает в себя следующие позиции: «твердость», «успех», «свобода», «справедливость», «совесть», «порядок», «семья», «достаток», «безопасность», «стабильность», «здоровье». Тогда как «совесть», «порядок», «семья», «мир», «безопасность», «здоровье» образуют основу ядерной части третьего кластера (прил. 3, табл. 25).

Однако данные второго опроса существенно уточняют ценностные приоритеты представителей различных кластеров. Так, доминирующая позиция в первом кластере принадлежит ценности «свобода» (при этом периферию представляют «демократия», «права человека», «закон», «патриотизм» и др.), во втором кластере превалируют «семья» и «здоровье» (в качестве периферийных выступают «труд», «солидарность», «духовность» и др.), в третьем кластере наряду с указанными во втором случае приоритетами высоким уровнем значимости обладает ценность «порядок» (периферийными являются «сила», «твердость», «закон», «держава» и др.). Принадлежность респондентов к конкретному кластеру, прежде всего, зависит от возраста (первый кластер представлен преимущественно младшей возрастной категорией (от 18 до 30 лет), второй – младшей и средней возрастными группами (от 31 до 60 лет), третий – опрошенными старше 60 лет) и соответственно наличия определенных социальных ресурсов.

Очевидно, что выделенные в кластерах ядра сопряжены с категориями, которыми оперирует современная политическая правящая элита. Вместе с тем смысл, вкладываемый в содержание интегрирующих ценностей массовыми и элитными группами, не совпадает. Например, в первом кластере такая ценность, как «свобода» связана с личным «успехом» и «достатком», а не с «демократией», «правами человека» или «законом». Таким образом в вербальном поведении выражается атомизированный индивидуализм. Во втором кластере наблюдается взаимообусловленность социальных условий и личного успеха, так как ценности «семья», «здоровье», «достаток» дополняются категориями «справедливость» и «совесть». Однако ценности, отражающие потребность в личном успехе, дистанцированны от инструментальных категорий «труд» и «собственность». Следовательно, данная позиция достаточно близка к патерналистской (достижение «справедливости» рассматривается не как результат собственных усилий). Сочетание приоритетов «семьи», «здоровья», «порядка» в третьем кластере не связано с категориями правового содержания. Исходя из этого, можно предположить, что для респондентов, входящих в этот кластер, прежде всего, важен порядок в социальной сфере и сфере безопасности (т.е., также характерен высокий уровень апеллирования к государству).

Таким образом, анализ ценностного аспекта демократической консолидации демонстрирует сочетание «навязанного консенсуса» элит, с одной стороны, и достижение ценностной стабилизации (по мнению Л. Бызова113, унификации) массового сознания, - с другой. Несмотря на то, что ценностные приоритеты правящей элиты, закрепленные в программных документах, все больше соответствуют запросам общества, на наш взгляд, говорить о ценностном консенсусе преждевременно. Потому что, во-первых, массовые и элитные группы по-разному понимают одни и те же ценности, а во-вторых, сохраняется разрыв между вербальным и инструментальным уровнями политического поведения. И если на ценностном уровне консолидационного процесса все же наблюдаются определенные позитивные предпосылки, то на поведенческом уровне таковых гораздо меньше.

Для подтверждения этой гипотезы мы использовали кластерный анализ при обработке данных опроса, проведенного в апреле 2006 г. Определив количество кластеров на основании математического метода, основанного на выделении коэффициента конгломерации (восемь кластеров) и проведя процедуру измерения значимости кластеров, мы пришли к выводу о том, что основные группы респондентов можно рассмотреть по трем кластерам, что подтверждается высокими процентами валидности распределения (прил. 3, дендрограмма 1). В качестве переменных мы использовали следующие:

-оценку потенциала влияния институтов социального представительства (прил. 3, табл. 26 - 29);

-уровень доверия к институтам социального представительства (прил. 3, табл. 30);

-вовлеченность в деятельность институтов социального представительства (прил. 3, табл. 31);

-представление о порядке финансирования институтов социального представительства (прил. 3, табл. 32) и др.

На основе сравнения базовых показателей и переменных мы выделили ряд специфических особенностей, характеризующих каждый из трех кластеров. Для респондентов, составляющих первый кластер, свойственны следующие отличительные черты:

-низкий уровень оценки потенциала влияния институтов социального представительства (по сравнению с другими кластерами, в данном случае наблюдается самое большое число респондентов, выбравших позицию «нет, не оказывают влияние»);

-существенная доля негативных оценок характера влияния различных общественно-политических структур на ситуацию в стране и в регионе (по сравнению с другими кластерами, респонденты этой группы реже выбирают положительные оценки);

-доверие к организациям, преимущественно дистанцированным от политической сферы (церковь, СМИ);

-низкий уровень вовлеченности в деятельность общественных организаций, непонимание их сущности и функций (позиция о финансировании центральной властью является доминирующей);

-низкий уровень вовлеченности в деятельность политических партий (почти 20 % респондентов считают необходимым запрет деятельности оппозиционных партий, но при этом 14,6 % ориентированны на поддержку партии КПРФ);

-низкий уровень информированности относительно изменений в избирательном и партийном законодательстве (только 6,3 % знают о введении 7 %-го барьера на выборах в Государственную Думу РФ), при этом почти 30 % считают, что президент должен представлять какую-либо из партий;

-самое большое количество респондентов (89,6 %), считающих необходимым цензурирование всех материалов СМИ.

Исходя из этого подчеркнем, что данная группа респондентов в меньшей степени ориентирована на сохранение демократических прав и свобод и ради достижения определенного уровня порядка (третий кластер в исследовании ценностей) поддержала бы отказ от некоторых из них (свобода слова, плюрализм политических партий). Тип поведения характерный для респондентов, составляющих первый кластер, условно можно назвать «иррационально-пассивным», или «советским». Его носителями являются преимущественно представители старшей возрастной категории (72,9 % - старше 60 лет; 14,6 % - от 50 до 59 лет; 10,4 % - от 40 до 49 лет), женщины (77,1 %), пенсионеры (81,3 %), имеющие среднее (45,8 %) и высшее (25 %) образование.

Для представителей второго кластера характерны следующие отличительные особенности:

-достаточно высокий уровень оценки потенциала влияния различных социально-политических институтов на ситуацию в стране (особенно СМИ и политических партий – 61,3 и 38,8 % соответственно) и низкий уровень аналогичной переменой применительно к региону;

-преимущественно рациональная оценка характера влияния социально-политических институтов (доминирует вариант ответа «в чем-то положительный, в чем-то отрицательный»);

-низкий уровень доверия по отношению к институтам социально-политического представительства (по сравнению с другими кластерами, в данном случае самая большая доля респондентов (43,8) не доверяет никому), относительной поддержкой пользуются СМИ, профсоюзы, церковь и правозащитные организации;

-самый высокий уровень вовлеченности в деятельность профсоюзов (22,5);

-средний уровень осведомленности об изменениях, произошедших в избирательном и партийном законодательстве (11,3 %);

-с одной стороны, ориентация на «партию власти» (25 %), с другой стороны, осторожное отношение к «партизации» власти (65 % считают, что России не нужен партийный президент);

-более прагматичное представление о сущности общественных организаций (оценивая источники их финансирования 47,5 % респондентов этой группы указали на позицию «членские взносы»);

-несмотря на то, что более 77 % считают цензуру материалов СМИ необходимой, 38,8 % респондентов рассматривают эту меру приемлемой в отношении информации адресованной детской и молодежной аудитории.

Следовательно, данный тип поведения можно назвать «рационально-пассивным» или «промежуточным», сочетающим в себе ряд противоречивых черт. Большая информированность и сложность представлений относительно политической инфраструктуры общества, рациональные и прагматичные оценки деятельности институтов социально-политического представительства дополняются низким уровнем вовлеченности в те или иные общественно-политические структуры, ориентаций на федеральный уровень политики. Вместе с тем, позитивным является то, что большинство респондентов этого кластера не готовы отказаться от такого достижения демократического перехода, как многопартийность (70 %). В рассматриваемую группу респондентов входят: в равной мере и мужчины (48,8), и женщины (51,3 %), преимущественно имеющие высшее образование (48,8 %), трудоспособного возраста (32,5 % - от 40 до 49 лет; 26,3 % - от 30 до 39 лет; 21,3 – от 50 до 59 лет), служащие (32,5 %), специалисты, задействованные в бюджетной сфере (21,3 %) и рабочие (31,3 %).

Респондентов, входящих в третий кластер отличают следующие особенности:

-достаточно высокий уровень оценки потенциала влияния различных социально-политических институтов на ситуацию в стране (особенно СМИ и политических партий – 64 и 68 % соответственно; исключение составляют общественные объединения) и низкий уровень аналогичной переменой применительно к ситуации в регионе;

-в отличие от представителей первого и второго кластеров, респонденты данной группы доверяют не только СМИ и церкви (40 и 8 % соответственно), но и экологическим, правозащитным, молодежным организациям;

-низкий уровень вовлеченности в деятельность общественных объединений и политических партий;

-большая определенность партийных ориентаций (44 % считают, что их интересы выражает партия «Единая Россия», 12 % - «Родина»);

-самый высокий уровень информированности относительно нововведений в законодательстве (24 % знают о введении 7 %-го барьера);

-как и в первом кластере, здесь наблюдается существенная доля респондентов, рассматривающих государственные органы в качестве источника развития институтов социально-политического представительства;

-самый низкий уровень поддержки введения цензуры (56 %).

Таким образом, поведение респондентов третьего кластера иллюстрирует эффект «стоячей волны», при котором запрос на институты гражданского общества, либерализация сознания (не готовы отказаться ни от многопартийности, ни от свободы слова) не дополняются установками на общественно-политическую активность. Он характерен для учащейся молодежи (96 % - от 18 до 29 лет; 80 % - студенты), в равной мере как для юношей (56 %), так и для девушек (44 %). В целом сравнительный анализ трех кластеров позволяет сделать вывод о наличии тенденции, в соответствии с которой степень приверженность к терминальным демократическим ценностям уменьшается с увеличением возраста респондентов.

Кластерный анализ ценностного и поведенческого уровней консолидации свидетельствует о наличии ряда позитивных предпосылок таких, как стабилизация ценностных ориентаций, позитивное отношение к деятельности институтов социально-политического представительства, расширение перечня элементов политической инфрастуктуры пользующихся относительным доверием граждан. И самое главное, значительная доля респондентов (преимущественно во втором и третьем кластерах) рассматривают демократические принципы в качестве «правил игры», отказ от которых, по их мнению, приведет к дестабилизации общества. Вместе с тем, пассивность, апеллирование к государству, доверие преимущественно к наиболее дистанцированным от жителей региона федеральным структурам образуют ключевые проблемы консолидации на поведенческом уровне.

В результате исследования особенностей формирования правящей элитой предпосылок консолидации трансформирующегося общества, мы пришли к следующим выводам.

  1. Использование совокупности различных подходов к исследованию факторов, форм, особенностей интеграционных процессов в условиях трансформации политической системы российского общества позволяет сделать вывод о том, что правящей элитой создаются институциональные предпосылки для обеспечения процесса консолидации общества, реализация которого сопряжена с рядом противоречивых тенденций. Так, режимная консолидация, стабилизировавшая функционирование политической системы, обеспечивается такими механизмами, как высокий уровень легитимации главы государства и централизация федерации; основанием внутриэлитной консолидации в субъектах федерации является сплочение вокруг главы местной исполнительной власти, а не приверженность политических акторов к демократическим нормам; в процессе партийной консолидации сочетаются как дефрагментация, так и навязанный консенсус.

  2. «Навязанный» внутриэлитный консенсус, отражающий институциональный уровень консолидации, выражается также в том, что «партия власти» становится элементом политической системы, чья деятельность направлена на ретрансляцию интегрирующих общество ценностей и норм. Идеологические предпочтения партии «Единая Россия» эволюционировали от эклектичного набора популярных лозунгов до формирования праволевоцентристской доктрины, в наибольшей степени соответствующей позиции партии-модератора. Сегодня складывание структурированной системы ценностных ориентаций «партии власти», сочетающей консервативные, либеральные и традиционные (универсальные) элементы, дополняется доктриной «суверенной демократии», которая, с одной стороны, стимулирует негативную мобилизацию общества, с другой стороны возвращает демократии позитивный смысл, дистанцированный от опыта 90-х гг. ХХ в.

  3. Вытеснение антисистемной оппозиции на периферию политической системы привело к формированию второй «партии власти», занимающей в политическом спектре левоцентристскую позицию. Вместе с тем обращает на себя внимание тот факт, что две идеологически дифференцированные партии («Единая Россия» и «Справедливая Россия»), претендующие в своей деятельности на системообразующий статус, опираются на один и тот же ресурс – высокий уровень лояльности населения по отношению к национальному лидеру.

  4. Эволюция ценностных приоритетов, обозначенных в Посланиях Президента РФ к Федеральному Собранию РФ, включала несколько этапов: «воспроизведения» (воспроизводились многие социокультурные нормы, заложенные прежней системой власти) - «стабилизации» (новый режим стабилизировался на идеологических основаниях, выработанных прежней политической системой) - «корректирования» (изменение структуры и приоритетов в ценностных ориентациях). Главная особенность программных документов в 2000-х гг. заключается в доминировании стилистических установок над интерперсональными. Следовательно, исследуемый документ может претендовать на внутреннюю консолидацию только тех элементов элиты, которые в качестве основы для своей идентификации избрали ориентацию на действующего президента.

  5. Позитивным является тот факт, что по сравнению с предыдущим периодом развития страны, в настоящее время программные заявления отличаются большей опорой на традиционные для российского массового сознания идеи и направленностью на артикуляцию инструментальной составляющей данного политического документа. Вместе с тем основной тенденцией, отражающей суть изменений ценностных предпочтений в посланиях, выступает увеличение значимости социальных, силовых и витальных компонентов за счет сокращения модернизационных составляющих. Исходя из этого, можно определить, что политическая система воспроизводит своего рода полицеизм, предлагая приемлемые для большинства терминальные ценности.

  6. Использование метода структурно-логической типологизации подтверждает, что выделенные в кластерах ядра сопряжены с категориями, которыми оперирует современная политическая правящая элита. Следовательно, анализ ценностного аспекта демократической консолидации демонстрирует сочетание «навязанного консенсуса» элит, с одной стороны, и достижение ценностной стабилизации массового сознания - с другой. Несмотря на то, что ценностные приоритеты правящей элиты, закрепленные в программных документах, все больше соответствуют запросам общества, массовые и элитные группы по-разному понимают одни и те же ценности. Кроме этого, сохраняется разрыв между вербальным и инструментальным уровнями политического поведения.

  7. Исследование поведенческого уровня общественного консенсуса с помощью процедуры кластерного анализа позволило выделить три типа поведенческих стратегий, ни один из которых не соответствует базовым параметрам демократической консолидации. Пассивно-иррациональный и пассивно-рациональный типы, свойственные для старшей и средней возрастных групп соответственно, демонстрируют отчужденность существенной доли населения от политического процесса. В поведении представителей молодого поколения проявляется так называемый эффект «стоячей волны», при котором либерализация сознания сочетается с пассивностью в общественно-политической сфере. Тем не менее, именно представители второго и третьего кластеров не готовы отказаться от таких завоеваний 90-х гг. ХХ в., как политический плюрализм и свобода слова. Следовательно, стабилизация ценностной системы (консолидация - адаптация) не сопровождается процессами социальной интеграции и формирования нормативного консенсуса, закрепляющими стратегии политического поведения, необходимые для реализации базовых демократических процедур.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

Похожие:

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconИсследование проблемы памяти в трудах отечественных и зарубежных ученых
Эмпирические исследования особенностей памяти у детей старшего дошкольного возраста

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconПроблема структуры системы детско-родительских отношений в трудах отечественных ученых
Проблемы семьи, связанные с воспитанием детей, определили цель нашего теоретического исследования в трудах отечественных ученых

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconПример оформления основных элементов статьи
Рассматривается специфика посткоммунистического перехода к демократии в России и выделяются тенденции трансформации политического...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconКонцепция «Основы эффективного функционирования Общественной палаты Республики Коми» Введение
«демократии ассамблей» свидетельствует о реальных возможностях перехода от традиционной представительной демократии и прямой демократии...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconИсследование процессов глобализации в современной молодёжной среде представляется актуальным и своевременным, так как молодое поколение традиционно считается основным социальным ресурсом государства.

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconДанного исследования состоит в анализе, классификации и выявлении отличительных особенностей газетных заголовков на базе венесуэльского варианта испанского языка
Заголовок. Классификация заголовков на базе русской прессы в трудах отечественных ученых

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconМеждународный исследовательский центр «эразмус»
Конференция ставит своей целью систематизацию и публикацию результатов исследований отечественных и зарубежных ученых, докторантов,...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» icon"Морские водоросли и их значение"
В лаконичной форме представлена информация о вкладе отечественных и зарубежных ученых в развитие биологии. Отличительной особенностью...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconИсследование подростковой формы эгоцентризма
Отправной точкой исследования послужили представления Жана Пиаже об эгоцентризме и их анализ в современных исследованиях зарубежных...

Исследование посткоммунистического перехода к демократии в трудах зарубежных и отечественных ученых Традиционно считается, что посткоммунистические транзиты существенно усилили «третью волну» iconКурсовая работа по теме «программированное обучение»
Введение. В психолого-педагогических исследованиях обычное, или тра­диционное, обучение считается плохо управляемым. По мнению большинства...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница