Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта




НазваниеВо времени зуевка 2008 Предисловие Эта
страница1/18
Дата конвертации17.03.2013
Размер3.18 Mb.
ТипКнига
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
И. Я. Меженин


ПУТЕШЕСТВИЕ


ВО ВРЕМЕНИ


Зуевка 2008


Предисловие


Эта книга – повесть о Зуевке и ее жителях. Она составлена по воспоминаниям старожилов и рассказам очевидцев. Все события описаны автором правдиво, но, по понятным причинам, не подтверждаются документами.

Двести десять лет автор охватывает повествованием и поэтому называет книгу «ПУТЕШЕСТВИЕ ВО ВРЕМЕНИ».


Не зная прошлого, невозможно понять подлинный смысл настоящего и цели будущего.

М.. Горький.


Историческое предание – это историческое наследство.

Всё, что совершается во времени, имеет свою историю. В. Ключевский


Книга выпущена на средства спонсоров, благодаря старанию и помощи Натальи Морковиной, Раисы Межениной, Вениамина Денисова, Юрия и Факизе Юнговых, Дмитрия и Светланы Сидоровых, Анатолия и Людмилы Пасхиных, Валерия и Екатерины Межениных и других. Автор выражает этим людям огромную благодарность, желает им добра, крепкого здоровья и всех жизненных благ.

Слово об авторе и о его книгах.

Для себя, Меженина И.Я., считаю деревенским писателем–краеведом и исследователем местной истории. Вывод такой я сделал, прочитав четыре книги написанные и выпущенные им. Из–за неимения больших средств автор их выпустил малым тиражом, и были очень быстро разобраны читателями Нефтегорского района и библиотеками некоторых сел. Первые три повести вышли тремя томами под общим названием: «О зуевцах и о себе».

Мне приятно здесь сообщить читателям о том, что первый том книги автора Меженина И.Я. «О зуевцах и о себе» на областном конкурсе «Горжусь тобой губерния моя», который посвящался исторической дате - 155-летию образования Самарской области, в номинации, «Историческое краеведение» отмечен почетным дипломом.

С интересом читаются и два других тома автора, которые тоже имеют историческую ценность областного значения и, несомненно, обладают и художественными достоинствами.

С автором я познакомился благодаря районной газете «Луч», где он часто размещал свои статьи на сельскохозяйственные темы. С большим интересом и пониманием я прочитывал его критические статьи по вопросам губительного реформирования в сельском хозяйстве. Он с болью в душе и с искренним переживанием писал о необдуманных экспериментах, которые в последние годы проводились в колхозах направленных на разрушение не только колхозов, но и сел.

История села, и судьба ее жителей всегда волновала автора. Он много времени посвящал изучению истории родного села, с местными старожилами беседовал и в записях накапливал их рассказы. И не случайно все его три тома первой книги «О зуевцах и о себе» уводят читателя вначале в далекое прошлое, в век Екатерины второй, потом в годы революции, коллективизации, к временам Великой Отечественной войны и приводит читателя уже к нашей современной жизни. И он описывает все периоды деревенской жизни на примерах реальных людей, о которых ему старожилы поведали, и которых он знал сам лично.

Из трилогии мы узнаем, кто такой Петр Межин, когда он в Зуевке появился и откуда.

Рассказано в его книгах и о первых переселенцах братьев Зуевых, которые образовали на берегу речки Ветлянки хутор Кучугуры (Из села Кучугуры Воронежской губернии приехали они, по своему селу и хутор назвали).

И далее развивается авторская мысль в повествовании о том, когда это случилось и почему хутор Кучугуры преобразуется потом в Зуевку.

Интересными образами, истинными представителями дореволюционного крестьянства являются перед читателями герои книг, а потом их сама жизнь постепенно меняет и представляет читателю уже другими.

Много в книге описано о служителях церкви, о председателях: сельских и колхозных, о партийных и комсомольских вожаках, начиная с начала внедрения этой должности и до их ликвидации. Не забыта автором интеллигенция села: учителя, работники культуры, врачи и так далее.

Такой же методики повествования о людях и о времени придерживается автор и в четвертой книге «Путешествие во времени», как и в трилогии «О зуевцах и о себе».

Но в этой книге нет никаких художественных отступлений, повесть эта документальна по содержанию, зато книга так же читается легко и с интересом.

При чтении произведений автора проникаешься мыслью о том, насколько дороги ему герои его книги и понимаешь, как любит он свое село, жителей родного села и свою природу. Красной нитью всего творчества автора является желание добра всем людям. Он старается направить их на правильную дорогу жизни, призывает к целеустремленному труду. Автор хочет спасти свое село и свой колхоз от надвигающегося краха. О сохранении природы, о степи, о речке Ветлянке И.Я. Меженин в книгах своих часто тревогу бьет. И эта тревога понятна ему как никому другому, об экологии бывший агроном печалится. В книгах четко прослеживается все более ухудшающаяся картина с сохранностью природы его края: речка стала мелководной, без рыбы, заросшей и заилившей, степей ковыльных уже не сыщешь в округе, плугом все вспахано и склоны в том числе, где и развиваются эрозионные процессы. Плодородный гумус смывается вешними водами с этих полей и уносится в реку. И об этом тоже болит душа у автора.

Но книги Ивана Яковлевича наряду с документальной направленностью являются и интересными художественными произведениями, самобытная разговорная речь у его героев, зуевская речь и ни с какой другой речью несравнимая.

Удачно описана автором чистая и трогательная любовь между пришедшим в Зуевку пешком из Самары Петром Межиным и скромной красавицей Машенькой Субботиной.

Сложная судьба у них складывается потом в связи с революционными событиями и с началом коллективизации на селе.

В его книгах нет вымышленных сюжетов, все основано на исторической правде, на были. Перед нами деревенский «бытописатель», который рассказывает читателям о делах и настроениях жителей села брошенного на произвол судьбы государством в девяностые годы, оставленного один на один в борьбе с рыночной стихией.

Главная забота и боль души, высказанная в его книгах – это дальнейшая судьба российской деревни.

Уверен, книга будет пользоваться успехом у читателей долгие годы. Ее успех обеспечивается глубоким патриотизмом автора, личным «доброжеланием» к односельчанам.

Село в упадке, село в разрухе, но автор не осуждает народ, он не озлобился и на власть.

А новому собственнику зуевской земли Гриншпуну А.Д. в книге «Путешествие во времени» желает успехов и выражает надежду, что земля не зарастет сорняками, а грамотно будет использоваться, у селян появится работа и достаток в доме.

Рисуя в этой книге образ председателя колхоза Стаханова В.П., как мечтателя, Меженин и сам большой мечтатель и верит, что все образуется и все станет на свои места.


Вениамин Денисов

(сын первого председателя колхоза в Зуевке).

Книга посвящается памяти председателя колхоза «Красное Знамя» СТАХАНОВА ВАСИЛИЯ ПАВЛОВИЧА, который на протяжении более четверти века отдавал себя становлению Зуевки и служению жителям. Он же и вдохновил меня на этот труд.


ГЛАВА 1


УРОКИ КРАЕВЕДЕНИЯ


Старинная пословица гласит «Все течет, все изменяется». И довоенная природа вокруг Зуевки была иной: кругом необъятные просторы, степи ковыльные с сусликами да тушканчиками, с лугами разнотравными, с возвышенностями, тянувшимися от Ветлянки к горизонту. А на них, отступив по версте от Ветлянки, по обе стороны, везде поля и поля - с посевами озимых, овса и пшеницы. На полях урожаи росли тучные и экологически чистые, без опыления и вредных приправ.

И лесополос тогда еще не было. Они в году сорок седьмом, двадцатого века стали появляться, по, так называемому Сталинскому плану преобразования природы. Но в пятьдесят третьем году вождь умер, и все с этим заглохло, в пашню опять колхозы эти площади превратили. А в пятьдесят восьмом году на Сашиновой горе первая лесополоса опять появилась, просто полезащитная, суховеям летним она противодействует теперь.

До войны и Ветлянка была иной, без ветел и камышей, с руслом промытым, в берегах крутых, с глубокими колдобинами на поворотах, с богатыми рыбными запасами.

Водилось в ней тогда множество карасей крупных, с чешуей зеркальной окунь хищный водился, щуки проворные, сорожка серебристая, ёршики полосатые, мелкие гольцы и пескари.

Вода в речке была чистая, поэтому и раков водилось множество, этих индикаторов экологического благополучия.

Каждой весной в лугах и степных низинах озера появлялись с началом таяния снега. Вода в них быстро прогревалась, привлекая птицу водоплавающую, разную. Там она кормилась жучками и разной мелюзгой, отдыхала от перелетов дальних, частично птицы и гнездились здесь же. Бывало и воды не видно в озере от стаи уток, селезней сизогрудых, Лысух и Куликов проворных, от дремлющих Цапель.

Скудна была бы природа без водоемов, поэтому испокон веков людские жилища на их берегах ютились.

Во времена нашего детства чистых прудов и озер в окрестностях старой Зуевки было множество, они для нас являлись местами отдыха на природе. Здесь мы купались, рыбачили бреднями, лошадей купали, в ночное их водили.

Самое дальнее из озер, самое красивое было озеро Круглое, в которое и вливал свои воды известнейший нам с детства лог Соляной. Озеро для нас было самым излюбленным местом в округе. На этом озере кармышовская ребятня отдыхала и акормилась. От нее далее к седьмому озер тоже было множество. Не так давно я посещал их с фотоаппаратом, но все здесь изменилось, озера заилились и почти сравнялись с землей. Раньше места здесь были неописуемо красивы. Здесь мы и росли, питаясь дарами природы, от зимней голодухи отходили.

Удобные берега были в озерах, пологие, густыми травами поросшие. Околачивались мы на них днями, помогали взрослым пасти скот, за это их кулеш или лапшу молочную доедали. Чаще угощали раками и ухой.

И если озера самой природой были созданы на ложбинах и низинах, то пруды по логам да оврагам создавали сами люди. Вручную землю копали, на подводу лопатами грузили и на плотину вывозили. Добавляли туда же и солому с землей перемешивая – для достижения нужного объема. Поздней осенью эти работы проводились, а весной водоемы водой снеговой заливало. Пруд готов, оставалось только именем назвать рукотворный водоем. Чаще имя давалось того человека, который организовал его строительство. Поэтому прудов безымянных в нашем крае почти не было. Многие пруды теми именами называются и поныне. Без наличия водоемов мы не представляли другого детства. Не будь в детские годы природы первозданной, мы были бы характерами другие.

И в селе наш дом у пруда Борисова поставлен, в нем я родился и вырос, выросли в нём и мои дети. Пруду радуются и мои внуки сейчас. Считаю это значимым фактором для детского воспитания.

И не эти ли факторы имел в виду Достоевский, который утверждал, что красота спасет мир. Писатель досказывал: «Ах, кабы она добра была». А чего бывает добрее красоты природы?

Красивой природы в наше детство хватало, сейчас пруды в запустении. Возьмите тот же Пеньков пруд, или озеро Тёплое, его построило еще земство в 1911 году по случаю голодомора. Теплая водица в озере летом, отсюда и название.

Имена водоемам народ меткие выдавал, Сазонкин пруд – на задах у Сазонкиных.

Тогда имена лога и овраги имели: Семенихин ров, Саваньков, Скоков, Сивков, Захаров. Рвы – явление природы, с берегами обрывистыми. А лог, к примеру, у него берега пологие, через них на подводах крестьяне ездили. Через лога дороги проходили и прогоны: Самохин лог, Святой лог, или лог Соляной. Позднее по логам появились и тракторные, комбайновые переезды, дно было твердое, накатанное. Весной вброд семена через переезды в поле возили.

А за селом, с конца Ехвилова - прямо, там прудки для свиней начинались «Свининые», к ним сельчане свиней гоняли, пасли их там, поили. Отсюда и названия. А Соляной пруд назван потому, что его солевозы в 1811 году для своих нужд у дороги сделали. Он цел и поныне, рыбы в нем водится много: карася, щуки. Рак в нем тоже обитает, лакомство для туристов вкусное.

Наши предки не шибко грамотными были, но в гидросооружениях разбирались не хуже современников. При строительстве прудов они водосбор точно определяли. Он получался обильным, но не размывал рельеф вокруг плотины. Сброс лишней воды у прудов устраивался умело, почва за плотинами сохранялась. Запомнилось, как за плотинами пастухи родники обустраивали, облагораживали их, ухаживали за ними и пили из них в жару студеную воду.

Все пруды хороши, но Борисов от села всех ближе, поэтому и роднее, на нем мы росли, отдыхали, купались, проводили раннее детство. За ним стояли конюшни, карды для лошадей, два колодца рядом, с журавлями и бадьями коваными. Достать бадью из колодца с водой нам еще не по силам было. А напоить самим лошадей охота была, в корыте вода для водопоя часто отсутствовала. Замечали мы это, когда приходили лошадей купать. Дядя Борис сторожем работал, он нам и помогал воду доставать.

А с «Тёпловкой» познакомились, когда в первый класс пошли. На больших переменах купались в тёплом сентябре, в начале учебы, и по окончании – в мае. О купании в прудах и озерах было столько у детворы рассказов!

О строительстве Пенькова пруда и среди мужиков целые легенды ходили. Говорили, что всем колхозом его возводили и на большие средства колхозные. Одних кочетов поели более трех десятков, сырец теми кочетами мужики закусывали. Осенью глубокой его строили и на колхозный баланс ставили. А все затраты на его возведение списать за счет колхоза решили. Но весной осечка с прудом большая вышла, не выдержала напора мощного плотина, сорвало ее.

И звонил в район колхозный председатель, вышедший из себя и сильно расстроенный: «Ушел, слышь он! - ни ложки, слышь, воды – то. Пруд ушел, слышь! Беда – то у нас тут, какая. Слышь, подводы вон с нево водой несет по речке».

И осенью мужики вскладчину опять возводили плотину, добротную сделали, со спуском хорошим и думали, что на века. Теперь и он обезвожен и заброшен. Одно имя от пруда только и осталось. Пастбища вокруг него обильные, но водопоя нет, и скот туда пастухи не гоняют. Старые зуевцы не зря говорили: «Без воды ни туды и ни сюды». Притяжения туч не стало, дождей стало меньше, суховеев больше. А без осадков крестьянам в полеводстве беда.

Бывало, после дождя традиционного июньского радуга яркая восходила над горизонтом, красивая, семицветная, и воздух свежий озоном насыщался, дышалось легко и полной грудью. А теперь и в июне зноем задыхаемся. Климат изменился, природа в округе скуднее стала, люди желчными сделались. И всё это происходит от неправильной деятельности человека на земле. Идет противоречие: человек вредит природе, природа мстит человеку, она нам мстит. Птиц в округе певчих меньше стало, не слышно пения соловьев, карканье воронья набольшее – хозяев свалок. Зверей уменьшилось в округе.

Ах, кабы к природе человек добрее стал, тогда и человека природа бы добрее сделала. И тогда бы все соседи в деревнях проживали мирно.

- Так ведь раньше – то было, - сидя на завалинках, вспоминают былое старики. - На «помочь» всем миром ходили к людям. Работали мужики и бабы до поту и языками не чесали что тяжело, как сейчас. На избы кирпичи застройщикам тогда коллективом строили, сообща мяли и навоз на топку. Подолы бабы подоткнут высоко за пояс, а мужики штаны по колено засучат, рукава в кофтах да в рубахах по локоть закатают и айда тяжелое месиво на носилки накладывать и в станки набивать. Неразволошная смесь, а им нипочем. Мужики с шутками да прибаутками в станки ее тащат, там мнут ее руками, гладят, чтобы форма у кирпича лучше получилась. Минутка свободная объявилась, новостями бабы обмениваются, припевки слышны смешные да удалые, или песню, о старине седой, про любовь неудачную, про молодца - удальца красивого да кудрявого запоют

Без скандалов жили и дружно работали люди. Работы хоть отбавляй, всем хватало, в том числе и для нас ребятишек. На подводах на навозы мы воду им возили - в каждый двор считай. Из пруда Борисова воду возили. Чуть ли не до дна бабы пруд за сезон вычерпывали. На подводах бочки сорокаведерные, наперегонки селом скачем мы к хозяевам, спешим, отличиться стараемся. Мы лошадьми управляем, а молодицы воду в бочки наливают, в косыночках белых, с подолами поднятыми. Разрумянятся девки, – жарко, лыдки открытые, загорелые. Поцанва еще мы, а на молодиц заглядывались с интересом.

А наработаемся когда, устанем насмерть, отдыхать и купаться на озеро бежим. На природу нас так и тянуло. Степь раздольная, речка чистая да озера зеркальные желанными уголками для детей тех времен были.

У озер ярко - пестрая птица – Чибис гнездилась, звонкоголосая птица. Бывало, спугнуть их стоило, они загорланили на всю округу: «Пиу- пиу – пиу». Тут гляди под ноги внимательно, а то и наступишь на гнездышко, здесь оно, за кустиком или за кочкою ковыльной.

А далее, к полям ближе, куропатки серые, дрофы, журавли и другие пернатые птицы гнездились. Раздолье им тут и благодать степная, непуганая живет себе по лугам птица. А в полдники, в жару знойную, в облаках перистых орланы ширококрылые и коршуны хищные медленно по кругу парили, с небес заоблачных добычу приглядывали. А в лугах и низинах ястребы хищные зависали в одной точке и зорко высматривали в кустах свои жертвы, а обнаружив ее, они камнем бросались на несчастную и когтями поражали жертву, разделывая ее на том же месте.

Привольные степи хороши одинаково в любое время года и богаты зверьем одинаково. Летом не видно зверей, зато на зимнем снегу охотник определит наличие зверей по следу. Их здесь множество водилось в сороковые годы. Кроме лисиц, зайцев, барсуков и косулей здесь волки водились в зарослях кустарника, непуганые, поэтому и стаями выходили даже днем на охоту. От войны волки к нам все сбились. Но по окончанию войны на волков летчики с самолетов охотились и всех их уничтожили. Волки опасные хищники и приносят огромный урон домашней и дикой живности.

И облик Зуевки был не таким до войны, хотя расположение улиц почти прежнее. Вот только Кулевка не сохранилась, к сожалению, зато другие улицы появились, с домами белокаменными и под крышей шиферной. Церковь не сохранилась, из лиственницы мастеровыми знатными рубленная, с куполами высокими, в росписях и украшениях старинных. Ввысь была устремлена до тридцати семи метров.

Со Святого лога церковь просматривалась и страннику глаз радовала заезжему.

А с горы Сашиновой и дворы на улицах хорошо просматривались, с изгородями плетневыми дома и дворы, с колодцами во дворах, с цыборами журавлевыми. И речка как петляла по степи, тоже видна как на ладони, извилистая, без ветел, в берегах крутых и с гладью лазурной. Два моста деревянных всего на речке было, для подвод в основном и пешеходов.

Пятистенных домов из бревен, с крышами тесовыми, с забором и добротными воротами в селе было единицы, а в большинстве избушки саманные, с крышей из камыша или соломы, с настилами ковыли и золы на потолках. В зимнее время для обогрева такого жилища было достаточно один раз утром протопить русскую печь кизяками, а вечером в передней протопить голландку сором.

Из древесных насаждений всего четыре сада было, с яблонями полудикими и с кустами ягодников из сортов старых. Это у Щедовых, Некрасовых, Дробышевых, у Пуляльчихиных (Коротких). По низинам верба с черемухой росла, в местах двух – трех. Зато все улицы травой – муравой заросшие, от чего они смотрелись нарядно, и пыли летом в селе не было. Про такую Зуевку рассказывали нам старожилы. И они же нам рассказывали о первых поселенцах. Не письменная весть о родословной Зуевки вначале дошла до нас, а устная. Из уст в уста, из поколения в поколение переходили и до нас дошли эти вести. А историческое предание – это историческое наследство сказал учёный историк В. Ключевский.

И самые первые сведения о нашем прошлом мы, дети военных лет, услышали от интереснейшего старичка Щербина Степана Трофимовича, 1872 года рождения. Внешний вид дедушки был забавный, и одевался он забавно. Косоворотка синяя, с черными горошинами, с подолом длинным под поясок, в портках старик ходил коротеньких, чуть ниже колен и в дудочку. Летом Щербин носки носил шерстяные и сандалии собственного пошива. И личико у деда Степана маленькое, круглое, с бородкою белой, клинышком стриженой. Он шубы из овчин сельчанам шил хорошо, сети и бредни из конопляных нитей плел, дратву сучил на продажу сельчанам, которые валенки подшивали ею. А бредень у него рыбаки напрокат брали и уловом расплачивались. Брали и мы бредень у дедушки. Но он для нас тяжеловатым оказывался, и рыбы мало за услуги дедушке мы приносили. Но он не обижался, а усаживал нас на завалинку и начинал про старину рассказывать. Дедушку словоохотливого, с волосами длинными и тоже белыми мы слушали всегда с огромным интересом и затаив дыхание.

Однажды он про Соляную дорогу нам рассказывал, мы тоже называли ее Соляной, и уходит она к логу Соляному - на юг от Зуевки. А вот почему называют Соляными? Мы теперь и узнали от него. Оказалось все просто, когда–то по этой дороге, через Зуевку из Соль–Илецка на подводах соль возили. До нее соль речными путями перевозили, но набеги на речных солевозов совершались кочевниками.

- И тогда–то устал вопрос – та тот, перед самой Екатериною Великой,- рассказывал он нам,

- А из жителей–та не было никого тута, ну при ней тады. И тута она и порешила - сюды усех людей наших выслать. Эдак было, вот старики тады тута гутарили. Так же вот как я сычас с вами про дорогу гутарил только што.

Щербина Степана Скребком по простонародью звали. Уважали все Степана Трофимовича за мудрые рассуждения, за рассказы интересные, которые он рассказывал всем, кто подсаживался к нему на завалинку. Приходили мы ребятня кармышовская, за бреднем вообще – то, но он его не сразу выдаст, а посидит с нами часок, расспросит каждого, кто есть кто, потом инструктирует, как рыбачить и не порвать мотню или крылья в бредне. А потом первым встает с завалинки, выберет из нас двоих кого-то и ведет во двор за бреднем. Мы очень благодарны ему за исторические сведения о Зуевке, о дороге Соляной, о пруде и логе такого же названия. А то мы знали лог Соляной, как нашу вотчину, где мы Солодовый корень копали, чеснок луговой рвали и ягоды собирали. В детстве и этот лог кормил и лечил нас целебными травами от всех хворей. К нему мы босиком по травам бегали, это тоже полезно.

У всех людей есть в природе места укромные, или уголки заветные из детства, они в памяти на всю жизнь заложены. В моей памяти четко отложились воспоминания о Круглом озере. Оно незамкнутое, как озера в степи, а начиналось с водопада речного. При этом водный поток, поворачиваясь круто влево, подмывая крутояр и разливаясь вширь, образовывал озеро. Поэтому с северной стороны оно обрамлялось кручей, где множество скворцов и трясогузок гнездилось. Птицам, видимо, удобно было жить на солнцепеке, а нам купаться в прогретой водице и радоваться пернатым. А с левой стороны берег у озера был пологим и склоном плавно переходил в русло того самого оврага Соляного, уходящего через поля к пруду Соляному. Лог там раздваивался и через степи к полям уходил. Здесь, по левой стороне лога, Соляной поселочек располагался. В нашем детстве от него в редких местах стены оставались, а в большинстве – развалины и ямы от колодцев и погребов. Грибов – шампиньонов вокруг развалин было множество.

Об этих поселках старики нам рассказывали тоже всякие истории. Говорили, что красивые поселки были, на лужайках зеленых хатки белые в рядочек стояли аккуратно. Названия красивые: Луговой, Дольный, Чилиговый, Соляной, Безгин, По реформе сюда украинские крестьяне прибыли в 1910 – 1914 годы. Министр Столыпин переселение крестьян специально придумал, от волнений и революционного настроя их таким способом отдалял. Землю они здесь в аренду брали, подать с урожая платили управляющему делами Архипу Павловичу Неклюдину.

Кортунов Павел Николаевич, который родился в 1888 году, дружил с ним, рассказывал про управляющего. Рассказывал и про Андрона Чеха, который жил в поселке Чилиговом. В 1911 году по причине недорода он не смог полностью внести плату за 11 отрубов, и его в кутузку увезли. Он ночь одну в Бузулуке пробыл и сбежал домой, крепость устроил в хатке и стал ждать стражников. Те не заставили долго себя ждать, на конях трое прискакали к беглецу, но Андрон пальнул в них из ружья охотничьего. Силы были неравные, но Чех не сдавался. И застрелили тогда Андрона стражники.

С почестями, как героя хуторяне хоронили Андрона Чеха. Еще от Кортунова слышали: с Мальцевым Яковом Яковлевичем в Туркестане в царской армии отбывали они срок действительной службы, их казармы в километре друг от друга располагались. А времена были предреволюционные. Они, редко, но посещали друг друга по выходным дням. Пришел однажды Павел Николаевич к Мальцеву, а его к нему не пустили.

- Там у них заваруха была, какая–то, их полк восстал против режима царского, оказывается - рассказывал Павел Николаевич.

- И с ними власть как раз разбиралась, арестовали тогда многих, кого в ссылку отправили, а многих в тюрьму посадили. А мой землячок хитреньким солдатиком был. И вообще Яков Яковлевич мужик с головою. Он чего тогда сделал? Все на построение вышли перед бунтом, а Мальцев под койкой спрятался и переждал то время. А дело с бунтом в Туркестане, где мы служили, обернулось нешуточно. Драка со стрельбою там была. Мальцев отделался испугом.

Кортунов много сведений о Зуевке узнал и от управляющего Неклюдина. Оказалось, что главным владельцем всех земельных угодий являлся его дед, проживающий постоянно в Самаре, и только изредка он объезд делал своих владений. Дед Неклюдину А.П. тоже говорил, что переселяла сюда крестьян именно Екатерина Вторая. За содействие в переселении Неклюдины здесь земли и получили. Она же и дорогу Соляную приказала построить в эти места. А сам Павел Николаевич помнит эту дорогу уже как тракт прогонный. Это уже когда по ней скот Башкиры из Коралыка в Самару прогоняли. Останавливались они в поселках и в Зуевке на отдых. Ночевали они здесь на дворах постоялых. Зуевцы скотину у Башкир и Киргизов часто покупали, овцы, и лошади породистые у них были. А у Неклюдина крестьяне из Коралыка тоже землю арендовали. Говорили, что и картофель выращивать они зуевцев научили, а до этого зуевцы коноплю на картофель у башкир обменивали.

И, естественно, у нас появлялись вопросы по тем же Башкирам и Киргизам. Они как в краях здешних очутились? Первым нам ответ дал краевед Петр Лупаев (родом из Утевки). Он в документах архивных сам в Самаре рылся и узнал о Зуевке много чего. О той же Соляной дороге, которую строили долго, подводы первые за солью в Соль–Илецк поехали по ней летом 1811 года. И он же нашел в архиве запись о дате рождения Зуевки, якобы – 1824год. Выходило несоответствие. То есть по этой дате выходило, что дорога здесь прошла, когда Зуевки еще не было. Что же получается? Тогда почему о ней так подробно жители наши знают, если здесь они еще не жили? И о логе Соляном, и о пруде Соляном через передачи из поколения к поколению ее помнят. Выходило что, им суслики эти сведения сообщили?

И мало того, Алеша Хархорда жил у нас, колодезник, он много раз рассказывал случай про своего прадеда, который обозы с солью в Зуевке охранял. Начальник, говорит, как замешкается малость, а его прадедушка - раз, и в карман комочек соли спрячет. Естественно, это не нашел в архивах П. Лупаев, а память людская донесла эти подробности до нас сквозь долгие годы.

Не будь здесь в то время поселения, не стали бы устроители и такой чертеж дороги на карту накладывать, учитывая природные препятствия наших мест. Надо знать, где она проходила тогда. Святой лог был проточный, весной труднопроходимый, река Ветлянка глубоководной. Соляной лог до половины лета трясиной заполнен, пруд Соляной просто в степи не стали бы они копать и называть этим именем, не будь с ним рядом селения Несмеяновки и Зуевки. Все эти названия существуют и поныне, и пруд сохранился поныне, благодаря жителям села Несмеяновки. Зачем прокладывать было им дорогу по таким препятствиям, не будь здесь сел. Когда можно из Утевки на Коралык ехать прямее и без водных препятствий.

Через тот же Песчаный дол - поселочек Киргизов, по ровному и возвышенному водоразделу. Не бывает в языке русском слова без его первоначального значения. И коль дошло до нас слово «Соляние», названия долов, прудов и прочее через толщи лет, донесли её люди, значит, жили они здесь в годы действия соляной дороги, названия эти давались ими.

Допустим, Зуевка появилась в той дате, которую нашел в записях Лупаев. Приехали сюда в то лето из воронежской губернии два брата Зуевых. Именно об этом нам еще до Лупаева рассказывал старожил Курбатов Михаил Тимофеевич, назвал имена: Афанасий и Дмитрий. Первого Зоткой звали по простонародью, второго, Дмитрия - Митюрей (такие подробности). Про Афанасия - (Зотка) и у Лупаева упоминается. Выходит у Курбатова вести, которые узнал он из уст от своих предков, правильные.

Курбатов говорит о том, что братья Зуевы в Екатерининские времена сюда приехали и образовали хутор Кучугуры. «Они из воронежских Кучугур сюды переселилися, от тестя я это слышал, а тестю об этом его дед рассказывал, которого фамилия Зуев».

В 1793 – 1797 годах они переселились по их предположениям. Царица Екатерина условия благоприятные переселенцам создала, помня волнение крестьян, которое возглавлял Емельян Пугачев. Выходит, провидцы мои собеседники, старожилы в архивы не заглядывали, а много точных исторических сведений знали. Так что мы должны согласиться с датой рождения Зуевки предложенной устными высказываниями старожилов. Конец Золотого века Екатерины будем считать началом жизни нашего хутора Кучугуры, а не 1824 год. С этого хутора начиналось образование других хуторов на реке Ветлянка, слияние которых и привело к образованию Зуевки в документальном году(читайте об этом ниже).

А о том, что мы из Воронежской губернии подтверждает и П. Лупаев, также и названия старых улиц Зуевки: Кучугуры, Кармыш, Девица, Кулевка, Алешанка и Ехвилов конец. Есть и там села с этими названиями. Мой брат Василий рассказывал мне как-то: «Еще в начале семидесятых годов проездом на юг семьей остановились мы в одной из их деревень, у колодца летом охладиться решили, женщины местные о делах разговаривают. И ты представляешь Иван, мне показалось, что я в Зуевке нахожусь, а не в Кучугурах воронежских. Я потом долго еще оставался под впечатлением их разговора, услышав там с детства знакомые слова «иде», «айда», «анадысь», «ды на врах они нужны мне?» и другие неповторимые и редкие зуевские выражения, которые я только из речи своих земляков слышал. И я тогда подумал: а не из этих ли краев переселялись когда-то наши предки? Выходит, я правильно предполагал».

Курбатов вспоминает: «Им усем, када Зотка–та с Митюрею дорогу сюды указали, то и тронулися многие за ними у края наши». И далее он рассказывал:

-А тады чево тут было – та? В округе степь ковыльная, матушка, ды пырьи. И утевцы сенокосы устраивали тута. Приезжають утевцы однова, Афанасий с Дмитрием тут и появись. Между ними драка завязалась. Они объясняють утевским, што, мол, подорожная есть у них, и грамотка Бузулукская на поселение. Ну, нет – нет, успокоились мужики энти. А то они как обозлились на Зуевых, уже и косами размахивали.

Это нам кажется, что так давно это было. А вот Щербин говорил: «Дык до времен – та Екатериновых, всего было расстояния - ничего. Если судить по дедушке моему. Он жил када? И я с ним за руку здоровалси, и он с дедушкой своим так же здоровалси. А из времен он был Екатериновых.

То есть, он рассуждал, что рукопожатий от его детства и до начала переселения было всего два, а в исторических измерениях (есть и такие измерения времени – число рукопожатий) это совсем близко - в отрезках временных.

В истории сказано, что впервые о переселении крестьян в места здешние царица Анна Иоановна заговорила еще в 1736 году. Здесь пастбища и кочевники, Башкиры, Киргизы и Калмыки со скотом только и проходили. Другие грабежами занимались, на караваны купеческие нападали, на пароходики, плавающие с товарами и солью по реке Арал (Урал сегодня) и по реке Ра (Волга). Царица указ издает о строительстве здесь ряда крепостей. «Самарская линия», так называемая. Быстро, через год – два, будут построены Красно–Самарская крепость, Борская, Колтубанская, Дубовый Умет и другие укреп - поселения. Они вооруженными стражниками были укомплектованы, в задачу которых и входила охрана купеческих судов, караванов и предполагаемых поселенцев.

План переселения царским двором был так умно разработан, что только в наш Бузулукский уезд к концу восемнадцатого века крестьяне, не имеющие земли, ехали массово, сидя на своих подводах, вначале посмотреть природу и земли здешние, многие сразу оставались на жительство. Первопроходцам боязливо было жить в степи с волками рядом, с кочевниками, но крепостные стражники взяли их под свою опеку. С начала сороковых годов кочевники с плодородных земель вытеснялись переселенцами. Или власти заставляли их жилье строить и оседло жить. Появилось много киргизских аулов, Башкирам земля выделялась южнее, к реке Иргиз ближе. Там их немало осело, в крупном поселении Коралык, но многие откочевали в Башкирию.

Таким образом, окраины России заселялись. Об этом хорошо написал краевед бывшей Землянки (Алексеевка) Афанасьев в книжонке «С чего начинается родина». И Искрин Н. В. хорошо тот период описывает в книге «У истоков Большого Иргиза». В ней говорится, что уже к девяностым годам восемнадцатого века в Самарской губернии тамбовские переселенцы организовали сто шестнадцать хуторков, или деревушек. Курские – пятьдесят девять, Пензенские – пятьдесят восемь, Воронежские – двадцать девять. Хутора малые долгое время оставались неизвестными, до того времени пока не появлялась вблизи церковь, которая и вносила эти хутора в запись. С церковной записи историки и считают рождение села, деревни, хотя деревня хутором до этого жила многие десятилетия.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconПлан: Введение > А. Предисловие Б. Масштабы Геологического Времени > В. Основные Подразделения Геологической Истории Земли Развитие жизни в криптозое > А. Предисловие

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconПлан: Введение > А. Предисловие Б. Масштабы Геологического Времени > В. Основные Подразделения Геологической Истории Земли Развитие жизни в криптозое > А. Предисловие

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconОстин, техас предисловие к третьему изданию Эта
Мы по-прежнему надеемся, что эта книга не только познакомит наших читателей с христианством, но и укрепит их веру, а, может быть,...

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconПредисловие ко второму изданию в 1977 году, когда эта
Добавьте к этому концепцию Айкидо об ответственности за защиту своего противника, и вам покажется абсолютным чудом то, что в свое...

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconПредисловие эта

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconШкольный апокриф (просто сказка) Предисловие Эта
Эта книга задумывалась, как дневник Учителя и Ученика. Ученик оказался перегружен учебным процессом и мной, поэтому он самоустранился...

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconПредисловие к изданию эта
Эта книга, автора которой я лично хорошо знаю, результат многолетней работы. Она была начата еще в то время, когда за попытки публикаций...

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconПредисловие к изданию эта
Эта книга, автора которой я лично хорошо знаю, результат многолетней работы. Она была начата еще в то время, когда за попытки публикаций...

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта icon2007 1 Вер 1 Taf исправлена ошибка (строка 240 удалена) Герштейн м заблудившиеся во времени М. Герштейн Заблудившиеся во времени предисловие все, о чем вы

Во времени зуевка 2008 Предисловие Эта iconПредисловие эта маленькая книжка особого рода
Эта маленькая книжка особого рода инструкция по оказанию первой психоло­гической помощи пострадавшим в чрез­вычайной ситуации


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница