Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть




Скачать 155.94 Kb.
НазваниеРезультатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть
Дата конвертации27.03.2013
Размер155.94 Kb.
ТипДокументы
Соловьев А.П.(БГУ)


ОНТОЛОГИЯ МИФОТВОРЧЕСТВА.


Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть выразительная форма, а значит - либо схема, либо аллегория, либо символ. Это предполагает наличие в мифе нескольких слоев. Миф может рассматриваться во внутреннем противостоянии образа и смысла, так же идеи и явления, целого и частей, структуры и ее элементов. Из возможных точек зрения наиболее авторитетными по сей день считаются: семиотическая теория, рассматривающая миф в качестве знаковой системы, структуралистская теория мифа, где миф - структура, в которую включено определенное знания и методы овладения им, и символическая теория мифа.

Именно последняя теория является отправной точкой для остальных, ибо, так или иначе, все способы рассмотрения мифа предполагают, что он есть некое выражение и, уже как выражение, - он - форма, структура, система. Поэтому необходимо вновь вернуться к тому, что, в первую очередь, миф - это либо схема, либо аллегория, либо символ, и выделить - к какому виду выразительных форм относится миф? Этот вопрос особенно важен. В последнее время все эти формы стали обозначаться через понятие “знака”, “знаковой системы”. “Символ” постепенно становится синонимом “знака”. Знаковой системой является и язык, и искусство, и наука, и религия.

Именно поэтому стали говорить, что они все оперируют символами. Эта тенденция была заложена в западной философии Э. Кассирером, где символическими формами стали и язык, и миф, и наука, а понятие символа было беспредельно расширено и профанировано. Примером тому служит следующая цитата: “Символ есть обозначение реальности, а не сама эта реальность; по символу нельзя судить ни об объекте, ни о субъекте, а только о способе их отношения, который в мифе весьма своеобразен: символ не должен и не может отождествляться с самим лежащим вне него бытием” [Лосева И. Н. Миф и религия в отношении к рациональному познанию//Вопросы философии №7, 1992. С. 66]. Миф выражается в виде художественного произведения, например. И он таким же образом знаковая система в общем, как и символическая структура в частности. Миф никогда не есть только схема или только аллегория, но всегда и прежде всего символ. И надо понимать, почему это так, ведь аллегорическое толкование мифа, а так же его разбор как какой-то схемы выделялись на некоторых этапах его исследования как приоритетные теории.

Если бы миф был схемой, то в нем вся смысловая сторона “превратилась бы в отвлеченную идею, а чувственное содержание его (то есть образ и свойства - А.С.) осталось бы не существенным и ничего не прибавляющим нового к отвлеченной идее... Его персонажи суть не отвлеченные идеи и методы построения и осмысления чувственности, но сама эта чувственность, дышащая жизненной теплотой и энергией” [Лосев А. Ф. Философия. Мифология. Культура.-М.,1991.С.46]. Наука может быть схемой, особенно наука о механизмах, но миф, говорящий о живых личностях ею быть не может, как не может быть он и аллегорией.

Аллегорическое толкование мифа предполагает, что за мифическими персонажами скрываются “явления природы”, исторические личности, а не то, что они есть сами по себе. Как будто бы они указывали на какую-то другую действительность, более важную и осмысленную. Однако, если в аллегории образ всегда больше, чем идея, то в мифе образ соответствует идее, он не тождественен ей, но в образе, в чувственной части мифа нет ничего, чего не было бы в смысле, а поэтому миф - это подлинная, реальная действительность. В явленном сущем, то есть в бытии, не проявляются только такие смыслы и образы сущего, которых нет в самом сущем, поэтому по сути все бытие символично. Именно символ, а не аллегория характеризует миф. Миф - это, определенным образом, символическая действительность, которая не есть метафора, не иносказание, но буквальная реальность, в которой мифические личности действуют и живут так же, как и в “реальном” бытии. Именно поэтому миф еще раз символ, если его брать непосредственно, а уже как символ в отношении какой-то идеи он может стать аллегорией.

Лосев приводит пример с “Голубым цветком” Новалиса, для которого тот - мистический символ; “для обыкновенного любителя цветов он просто определенный растительный организм, то есть, по-нашему, символ; для рассказа, где он фигурирует наряду с другими более или менее условными персонажами, он - аллегория; наконец, для ботаника он - схема” [Лосев А.Ф. Философия. Мифология. Культура.- М., 1991.С. 51]. Для мифотворца тотемические животные - Ворон, Койот, Кенгуру, мифические герои - Ахилл, Одиссей - это все реальные живые личности, выраженные в символе.

В символе - смысл и образ совпадают. Лосев говорит об их равновесии, а Шеллинг - о полной их тождественности в символе. Символ и есть самостоятельная действительность, в символе самый факт “внутреннего” отождествляется с самым фактом “внешнего”, между “идеей” и “вещью” здесь не просто смысловое но вещественное, реальное тождество. А.Ф. Лосев дает замечательное раскрытие понимания символа. Особенно важны примеры, показывающие тонкую грань, отделяющую символы от аллегории и схемы. Он говорит о том, что всякий механизм схематичен, а организм символичен. Однако, речь идет о живом организме, символ, разложенный в анатомическом справочнике - уже становится схемой. И тот же символ, например - живая лисица, может быть аллегорией, обозначающей хитрость. Таким образом, в различных условиях выразительная форма может стать и символом, и аллегорией, и схемой. “Искусство, в сравнении с жизнью, аллегорично, ибо актер, например, изображает на сцене то, чем он на самом деле не является... это не мешает ни театру, ни искусству вообще быть в самих себе, безотносительно символичными... Но по сравнению с реальной жизнью оно аллегорично, жизнь же символична по самой природе своей, ибо то, как мы живем, и есть мы сами” [Лосев А. Ф. Философия. Мифология. Культура.- М., 1991.С. 50]. И далее будет видно, что миф действительно не есть ни аллегория, ни схема, но живой символ.

Личность, как главное действующее лицо мифической реальности и как ее творец, сама по себе есть так же символ. И именно надо помнить, что личности не только творят миф, но еще и живут в нем и им. Личностями являются главные герои, действующие лица мифа. В принципе, если говорить о сюжете, то он разворачивается всегда вокруг личности, ее смыслов и образов. Надо вновь сказать, что личность, действующая в мифе - живая, чувственно данная личность. В мифе не только идея личности, но и ее становление и развертывание. В мифе она дается как факт истории (естественно, реальной мифической истории) в реальном мифическом пространстве. Миф в этом смысле есть символическое личностное бытие. Личность мифического героя самоутверждается в этой истории ив этом пространстве, она является в эту реальность, являет и утверждает свои смыслы, образы и лики. Чтобы лучше понять эту сторону мифа, необходимо обратиться к вопросу о данности личности в мифе и характеру мифической истории и пространства.

Многие исследователи сводили понимание мифа к тому, что он есть некая священная история. В начале III века до н. э. Эвгемер опубликовал работу, которая так и называлась: “Священная история”. Эвгемеру казалось, что ему удалось раскрыть тайну происхождения богов - ими стали прежние обожествленные цари. Мифы таким образом представляли смутное воспоминание о деяниях древних царей. Это “эвгемерическое” понимание имеет две стороны. Одна - это то, что миф перестает быть символом и становится аллегорическим рассказом. Такое толкование может быть верно относительно некоторых античных мифов. Другая сторона состоит в том, что миф широко оперирует временной, исторической символикой.

М. Элиаде определяет миф как некую “реальность культуры”, “миф излагает сакральную историю, повествует о событии, произошедшем в допотопные времена “начала всех начал”. Миф рассказывает, каким образом реальность, благодаря подвигам сверхъестественных существ, достигла своего воплощения и осуществления...” [Элиаде М. Аспекты мифа.- Ульяновск, 1996. С. 15]. Это определение позволяет раскрыть одну из главных (но не основную) характеристик мифа. Речь идет об особом характере мифического времени, о его цикличности. И только с этой точки зрения можно говорить о том, что одну из сторон мифа составляет цикличность его времени. Каким же образом и почему мифическое время циклично?

Миф создается живой личностью, в нем действуют живые личности. Это такие личности, которые живут и умирают, будь то герои, боги, животные и т.д. Действия личности в мифе относятся к определенному времени. В основном, это время, когда данная личность создавала определенные реальности, символы, то есть, когда она творила “культурные ценности”. Речь идет о времени первотворения. Время первотворения по сути есть Время Оно; “стародавнее время”, “время царя Гороха” - в русских сказаниях, “Время Сновидений” австралийских мифов, “Райское время” библейских мифов и т.д.

В течении этого времени центральная личность мифа, главный герой, будь то тотемическое животное, или шаман, или бог, или герой, действует определенным образом. Он борется со змеем, добывает воду, путешествует по различным слоям неба или подземного мира, договариваясь с богами, или же он противостоит хтоническим силам Хаоса в процессе создания Космоса. Вне зависимости от того, что делает личность в мифе - она делает это в определенных временных рамках, которые, правда мало соотносятся с временным летоисчислением. При этом время, в течении которого действует данная личность, и составляет эти рамки. То есть мифическое время - это время действия мифической личности, оно определяется длительностью и характером этого действия.

Время в мифе не критерий какой-либо прерывности, если действие героя остановились, то он исчезает, а это или иное действие продолжает другой герой. Начавшись, действие будет так или иначе закончено. В.Я. Пропп говорил о том, что в фольклоре “есть только эмпирическое время, измеряемое не числами, днями и годами, а действиями героев” [Пропп В. Я. Фольклор и действительность.- М., 1976.С. 95]. Время в мифе существует лишь относительно мифической личности и ее действий.

Эти действия являются, определенным образом, парадигмой, архетипами, по словам М. Элиаде, в том смысле что данные действия становятся образцами поведения для других личностей. Отсюда и возникает цикличность времени, временная обращенность назад, к восстановлению начальной ситуации, нарушенной возникновением конфликта. Потребность восстановить, возобновить изначальное, мифическое действие, время Оно - это желание пережить вновь мифическую реальность в одном и том же мгновении начал. Эта потребность заставляла архаического человека реактуализовывать действие мифической личности в мифическое время через обряды, празднества, ритуалы.

Здесь-то и играло важную роль символическое, а не аллегорическое воспроизведение первоначального действия. Оно было не просто воспоминанием, но реальным переживанием этого времени и этого действия. Замечательный пример понимания такого мифологического переживания дает А.Ф. Лосев: “Протестантское учение о таинствах - аллегорично, православное - символично. Там только благочестивое воспоминание о божественных энергиях, здесь же реальная их эманация, часто даже без особенного благочестия” [Лосев А. Ф. Философия. Мифология. Культура.- М., 1991. С . 50- 51]. И “низшие”, архаические, и “высшие”, религиозные мифы предполагают то, что тот, кто их реактуализует, реально переживает действие, совершенное в изначальное время. Чаще всего в архаической традиции такое переживание изначальной гармонии было необходимо в кризисные периоды: засуха, наводнение, нашествие чужеземцев, смена времен года. Празднование Нового Года для нас - это аллегорическое начало того, что “уже было”, то есть снова будет январь, февраль и т.д. Но для мифологической личности это была реальная символическая реактуализация перводействия первопредка, создавшего мир, реактуализация времени Оно.

С этим же моментом связаны эсхатологические мифы. Это, в первую очередь, связано с религиозной мифологией времени. По сути, основным содержанием религии является Божественное Откровение, которое произошло в некотором временном историческом отрезке, как прорыв вечности во временность. Уже как достояние истории, временного эмпирического личностного плана Откровение мифологизируется, то есть входит символически в личностную структуру. И уже в рамках мифа, в символически-личностной реальности, личность может либо реактуализировать момент и время данного прорыва Откровения в человеческую историю, либо ожидать повторения этого Откровения, второго Пришествия.

Этот момент реактуализации, цикличности проявляется не только в архаическом или позднерелигиозном мифе, но и в современных мифах, в первую очередь, политических. Особенно ярко мифологичность проявляется в идеологической политике: в нацизме это была попытка возобновить, реактуализовать германское язычество, времена имперской Германии в “третьем рейхе”, в русском коммунизме - это выглядело как реактуализация общинного устройства и т.д. Современное мифотворчество основано в этом плане не той основе, что “раньше было лучше”, поэтому надо возобновить то, что было раньше, в прежнее “лучшее” время.

Однако надо вновь сказать о том, что время мифическое отнюдь не оставляет смысла и не определяет содержания мифа. Миф действительно рассказывает о “священном времени”, но он так же равным образом рассказывал и о “священном пространстве”, где действовал мифический герой.

Если выше было видно то, что время соотносится с действиями героя и это время характеризуется удаленностью от настоящего времени, то и пространство мифической реальности имеет подобные черты. Зачастую указывается сильная удаленность пространства, в котором происходит действие. Это описывается фразами: “за тридевять земель, в тридесятом царстве”, “в центре мира”, “на священной горе Меру” и т.д. Но, с другой стороны, во время реактуализации данного мифа, любая конкретная возвышенность, находящаяся рядом с поселением, могла выступать символом горы Меру, как мировая ось, вокруг которой образовывался мир, могла быть символически обозначена шестом. Это отнюдь не принижало реальность переживаний действия героя, но и прибавляло конкретности, чувственности в эти переживания. Пространство в мире замкнуто, оно организовано вокруг основных пространственных зон. Эти зоны являются формообразующими центрами мифа, вокруг которых происходит все действие. Миф знает только то пространство, которое в момент действия окружает героя. То, что происходит за пределами этого пространства, не может стать предметом повествования. Действие в мире совершается по мере передвижения героя в пространстве, то, что вне этого движения, лежит вне рамок мифа, оно его не интересует. В мифе герой зачастую появляется извне. Индра является как бы из ниоткуда, внезапно в пространство, где он будет действовать - уничтожать Змея Вритру и создавать мир.

Пространство в мифе неотделимо от времени, пространство эмпирично, оно подчинено становлению, оно движется внутри, в нем происходят действия. Действие личности героя является критерием пространственно-временной структуры мифа. Однако действия личности происходят в центре мифической реальности, а миф, оперируя символами “центра” предполагает наличие периферии, откуда является главный герой и другие персонажи мифа.

Драконы, демоны, враги являются в миф из периферийных его областей, из областей неявленных смыслов. Символика границы мифической реальности очень богата. Граница явленного и неявленного в мифе может предстать в виде символов смерти, места встречи стихий, граница там, где мертвецы и могилы, где скалы встречаются с морем. Границей мифического пространства может стать горная гряда, тайга, пещера, колодец. Что особенно важно для мифотворчества, границей может быть сон, бред или экстаз шамана. Во всем этом указание на периферию мифического пространства. Надо учитывать и то, что пространство в мифе разворачивается и в горизонтальном, и в вертикальном планах. Именно в этих направлениях происходят действия и движения героев. Связующим же звеном служит центр мира - та же гора, ось, дерево и т.п.

Для описания структуры пространства в мифе используется оппозиционная символика. Как уже говорилось, горизонтальное пространство описывается смысловыми горизонтами, разворачивающимися между оппозицией центра и периферии. Кроме того, важную роль имеет оппозиция близкий - далекий, свой - чужой, право - лево. Вертикальные структуры имеют свои полюса: в первую очередь это оппозиция верх - низ. Шаман путешествует по горе или по дереву вверх или вниз, в небесные или подземные слои. Шаман в образе птицы может лететь как в горизонтальном, так и в вертикальном направлении [Алексеев Н. А. Шаманизм тюркоязычных наролов Сибири.- Новосибирск, 1984.С. 157]. Все это происходит в рамках символической реальности, и далее важно понять, собственно какие образы охватывают пространственные смыслы мифа в процессе образования символа.

Некоторые образы отождествляемые со смысловой парой центр - периферия и др., были рассмотрены выше, но миф оперирует так же и целокупными образами мифического пространства. Во-первых, пространство в мифе имеет основание - это могут быть киты (например, у бурятов), две щуки и два окуня (у эвенков), быки (у киргизов и других тюркских народов). Иногда образ рыбы, например, берется как символизирующий собственно саму землю (у японцев, папуасов-киваи и др.) . Среди поддерживающих землю существ можно назвать и змею и лягушку (у тибетских народов, на Алтае) и черепаху (у ирокезов и китайцев). Особо широко распространен символ змеи при описании пространства в мифах различных народов - это Тиамат вавилонских мифов, Вритра мифов Ригведы, Крокодил у кхмеров и т.д. В мифе герой побеждает дракона и создает из него землю, небо, все пространство мифической реальности, как горизонтальное, так и вертикальное. У североамериканских индейцев хайда изображение мироздания состоит из четырех фигур: кита - в основании, на нем женщина, выше - мужчина, у него на голове – орел. Здесь, в этих образах видно, что они суть есть конкретно чувственные образы, реально осязаемые, их можно реально ощутить, но при большой глубине проникновения в эти образы видны не только их природные, зооморфные черты. В действиях, характеристиках этих космических существ проглядывают личностные свойства, человеческие чувства и ощущения. Кхмерский крокодил испытывает жажду мести, бык устает держать землю и перекладывает ее с одного рога на другой, киты смертны, они устают и, отлежав бока, поворачиваются на другую сторону. Эти животные, как и все мифическое пространство, живут, дышат, чувствуют как личности.

Кроме того, в мифе можно встретить личность человеческую, то есть в образе собственно человеческом. Это Атланты, держащие небесный свод, или космические великаны, из которых был создан мир. Это и великан Пуруша Ригведы, и скандинавский Имир, и китайский Пань-гу. В греческих мифах можно вспомнить многоглазого Аргуса - звездное небо. Все это - самостоятельные живые личности, из частей их тел был сконструирован мир, мифическое пространство, которое по сути так же было живой личностью, имеющей в себе волевой центр, “чувствилище к радостям и страданиям”. Личностью же, тем более, были главные герои, “персонажи”, действующие в мифической реальности. Далее, для понимания, что есть миф, необходимо рассмотреть, каким образом личность мифического “персонажа” выступает в мифе и какой характер носят ее действия.

Облики мифической личности многообразны, как и смыслы, которые выражают эти лики. Действующим лицом в мифической пространственно-временной структуре может быть шаман, предок, Бог, герой, жрец, наиболее ранними персонажами являются герои в облике животного, растения, камня. Естественно речь идет о том, что данное животное, например, было символом, в котором конкретный чувственно воспринимаемый образ выражал определенные смыслы. Тотемическое животное или растение несло в себе смыслы родства человека с этим существом, смыслы единой их природы, внутренней и генетической, смыслы смежности их во времени и пространстве. Эти достаточно отвлеченные смыслы были воплощены в этом существе, которое можно увидеть каждый день, то есть эти смыслы обретали реальное существование для непосредственно чувственного восприятия их в живых символах.

Смысл всякой личности в мифе раскрывается через ее символические лики. Особенно ярко это проявляется в оборотничестве. Когда шаман превращается в птицу, зверя или рыбу, он осуществляет определенные нужные ему смыслы через данный образ. Он меняет свой лик так, чтобы тот соответствовал новой смысловой структуре. Шаман одевается в одежду из перьев или из шкуры зверей, он реально чувствует, переживает свое символическое преображение. Это же наблюдают зрители и сопереживают, реально помогают шаману перевоплотиться.

Герой мифа - личность, и именно живая многообразная, многоликая личность, чувствующая то, что она окружена подобными личностями, чувствующая свое символическое соучастие, то, что Леви-Брюль называл “мистической партисипацией”. И вокруг действий этих личностей развертывается вся мифологическая реальность, именно эти действия определяют характер и свойства мифической истории и мифического пространства. Выше уже говорилось о том, что эти действия происходят в определенное время и в определенном пространстве и, как видно, определенными специфическими существами. Какие же действия совершает персонаж, если они имеют такое огромное значение для архаического человека, что он старается их воспроизвести, реактуализовать?

Во-первых, что самое главное, - этот герой, мифическая личность - творец, он совершает действие, которое влечет за собой сотворение чего-то нового. Он - добытчик, он отыскивает смыслы и являет их в каком-либо образе. герой может добывать какие-либо “культурные блага” - огонь, злаки, чудесные предметы, оружие. Боги или герои являются активными участниками устроения мира. Они обучают людей ремеслам, земледелию, искусству, письменности, торговле, мореплаванию и т.д. Это - Осирис и Тот в Египте, Энки и Набу в Междуречье, Прометей и Гермес в Греции, Сарасвати в Индии, Один в Германии, Вайнямейнен у карело-финнов, Кецалькоатль и Гайавата в Америке.

Во-вторых, эти и другие герои борются с другими героями - антагонистами в процессе устроения мира, иногда спорят и уничтожают друг друга (например, во время титаномахии). Они, эти персонажи строят города и дома, то есть они творят. Они делают реальность таковой, какая она есть сейчас для архаического человека.

Здесь важно понять, что действия мифического персонажа являлись парадигмой, образцом подражания для человека. Человек воспроизводил действия этого героя реально (то есть символически), участвовал в этих действиях, то есть жил в мифической реальности. А на начальных стадиях развития мифа человеку постоянно приходилось воспроизводить эти действия творения и уничтожения, что означает постоянное пребывание человека в этой мифической реальности. Таким образом человек и сам становился действующим персонажем мифа, он действовал как герой, и вокруг его действий разворачивалась временная и пространственная структура мифа. Человек творил миф в самом мифе. Он творил мифические реально-символические структуры, находясь внутри самой этой структуры. Человек воспроизводил и продолжал первый творческий акт мифического героя, который собственно и был первым актом мифотворчества.

Прежде чем перейти к рассмотрению мифотворческого процесса, необходимо кратко охарактеризовать то, что можно уже сказать о мифе. Миф, как выяснилось, имеет отношение к такой выразительной форме, как символ, в мифе все символично. Кроме того, это значит, что в мифе все реально и чувственно осязаемо. Миф включает в себя пространственно-временные структуры бытия, формирующиеся и разворачивающиеся по мере действия личности главного героя. Следовательно, эти символические структуры носят личностный характер и могут описываться личностными символами или обладать характеристиками или свойствами личности. В мифе все есть живая конкретная, чувственно воспринимаемая личность, притом действующая, творящая или уничтожающая личность. Личность бездеятельная исчезает из мифа или уходит на периферию мифической реальности, как туда были отправлены Атлант, Пуруша и другие, выполнившие свои деяния герои и боги. Таким образом, миф подразумевает существование личностной, символической пространственно-временной реальности, знания об этой реальности и смыслов это реальности, он выражает и воплощает эту реальность, ее сокровенные смыслы.

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconА тебе никогда не приходило в голову, что на занятиях спортом и приведении себя в хорошую форму можно зарабатывать?
А тебе никогда не приходило в голову, что на занятиях спортом и приведении себя в хорошую форму можно зарабатывать? То есть "два...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconЭлементы технического творчества как основа проектной деятельности в обучении будущих инженеров-педагогов
...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconАлексей Федорович Лосев. Диалектика мифа
Я беру миф так, как, он есть, т е хочу вскрыть и позитивно зафиксировать, что такое миф сам по себе и как он мыслит сам свою чудесную...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconТогда, тщательно исследовав свое "Я", я понял, что могу вообразить, что у меня нет тела, что внешнего мира не существует, и не существует места, где я нахожусь
Следовательно, это "Я", то есть душа, благодаря которой я есть то, что я есть, совершенно отлична от тела, легче познается, чем тело,...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconЛогика, примененная Марксом при создании «Капитала», является исторически и по существу результатом критического преодоления (переосмысления) гегелевской
С этим и связано то положение, что логика «Капитала» и есть диалектика как самое полное и глубокое учение о развитии, а диалектика...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconМожно ли сейчас сказать что-то справедливое в отношении творчества В. Маяковского?
Хоть раз бы увидеть, что вот, спокойный, живет человек ” Мне кажется, мы имеем право рассматривать лишь стержневые вопросы творчества...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconВ. А. Жигалов
Но, ознакомившись со статьями академиков ран из Комиссии по борьбе с лженаукой, посвящёнными данной тематике, и проанализировав мнения...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconВ. А. Жигалов
Но, ознакомившись со статьями академиков ран из Комиссии по борьбе с лженаукой, посвящёнными данной тематике, и проанализировав мнения...

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconМиф сегодня
Что такое миф в наше время? Для начала я отвечу на этот вопрос очень просто и в полном соответствия с этимологией: миф

Результатом всякого творчества является некая выразительная форма. И следовательно, необходимо сразу сказать, что миф, как результат творческого усилия, есть iconПлан. Миф, как объяснение явлений мира. 3 Возникновение религии. 6
Миф, в нашем понимании, это есть способ массового и устойчивого выражения мироощущения и мировосприятия человека, ещё не создавшего...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница