Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства)




НазваниеНасилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства)
страница1/4
Дата конвертации13.04.2013
Размер0.61 Mb.
ТипАвтореферат
  1   2   3   4



На правах рукописи


ТАРАСОВ Кирилл Анатольевич


НАСИЛИЕ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ АУДИОВИЗУАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ:

ОТОБРАЖЕНИЕ, ВОЗДЕЙСТВИЕ, СОЦИАЛЬНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

(НА МАТЕРИАЛЕ КИНОИСКУССТВА)


Специальность: 24.00.01 – теория и история культуры


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора культурологии


Москва

2006

Работа выполнена в Научно-ис­сле­­до­ва­тельс­ком институте киноискусства

Федерального агентства по культуре и ки­нематографии


Официальные оппоненты:













доктор философских наук

Соколов Константин Борисович








доктор социологических наук,

профессор Халипова Елена Вячеславовна








доктор искусствоведения

профессор Огнев Константин Кириллович










Ведущая организация:




Российский государственный

гуманитарный университет



Защита диссертации состоится " 17   апреля   2006 г. в    14  часов  00  мин. на заседании Диссертационного совета Д.210.004.01 в Государственном институте искусствознания Федерального агентства по культуре и кинематографии и РАН по адресу:

103009, Москва, Козицкий пер., д. 5, в зале Ученого совета.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Государственного института искусствознания


Автореферат разослан  "  14   "    марта            200 6 г.



Ученый секретарь

специализированного совета,

доктор философских наук, профессор






Е.В. Дуков



Общая характеристика работы


Актуальность темы исследования. В картине мира, создаваемой аудиовизуальной культурой, образы физического насилия присутствовали всегда. В этом нет ничего удивительного и тем более предосудительного, ибо каков мир, такова в известном смысле и репрезентирующая его аудиовизуальная картина: искусство представляет со­бой "процесс, в котором од­ни люди (художники) создают и демонстрируют другим (аудитории) более или менее яркие картины мира" (B.C. Жидков, К.Б. Соколов, 2003). Удив­ление, осуж­дение и противодействие могут вызывать и на деле вызывают непомерное количество и предъявляемое качество образов насилия, которые оказываются объектом восприятия как подрастающего поколения, так и взрослых людей, зачастую не желающих встречи с подобным зрелищем.

После смены эпох, произошедшей в отечественной культуре в 1990-е гг., аудиовизу­альная картина мира, предлагаемая российскому социуму, претерпела кардинальные изменения. Если прежде на­и­более актуальной была проблема социально активной аудиовизуальной культуры, то в постсоветский период на передний план выдвинулся воп­рос о её социальной ответственности. Причина очевидна: в условиях глобализации зрительская аудитория стала объектом массового воз­действия многочисленных произведений экранных искусств, в которых реальные человеческие типы предпочитаются вымыш­ленным, действия подобных героев – серьезным мыслям и чувствам, спецэффекты и трюки – событиям, наполненным жизненным содержанием. На теле-, кино- и видеоэкранах зри­телям в изо­билии предлагаются фильмы, в которых, по замечанию Ю.У. Фохт-Ба­бу­ш­кина (1998), "веру заменяет волчья хватка и през­ре­ние к слабым, надежда обо­ра­чи­вается меч­той о власти и богатстве, любовь сводится к изо­щренной эротике".

В современном кинематографе, продукция которого распространяется по разным аудиовизуальным каналам, насилие является одной из приоритетных формул создания образа киногероя, а сле­довательно, и образа социального героя в массовом сознании. Эта тенденция особенно характерна для импортируемых в Россию зарубежных фильмов. Но тема насилия не чужда и российскому кино. К ней оно обращалось во все времена, изменялись лишь её воплощение и трактовка. В дореволюционном кинематографе образами насилия насыщались в основном детективы и криминальные драмы. Молодое советское кино, стремившееся "перепахать психику" своего зрителя с позиций своеобразно понятой исторической целесообразности, тему насилия поднимало глав­ным образом в исторических и историко-революционных фильмах. Позже она нашла отражение в фильмах о Великой отечественной войне. Так продолжалось чуть ли не до конца 1980-х гг. В начавшийся затем переходный период на передний план вышли прежде запретные жанры и мотивы. В настоящее время усилиями оте­чественных и зарубежных кине­мато­гра­фистов зрителям предлагается несметное количество фильмов, создающих впечатление, что "люди рож­да­ют­­ся лишь для того, чтобы превра­титься в насильников и их жертв" (Ф.И. Ми­нюшев, 1997).

В те же переходные годы в российском обществе начали возникать общественная обеспокоенность и профессиональная тревога специалистов по поводу эскалации образов на­силия на кино-, теле- и видеоэкранах. Били в колокола культурологи, врачи, работники правоохранительных органов. Озабоченность охватила и многих создателей аудиовизуальной культуры. Проникла она также в коридоры власти, свидетельством чего является, в частности, обсуждение в Государственной Думе РФ по инициативе депутатов В. Галь­ченко (2003 г.) и А. Скоча (2004 г.) специальной поправки к закону "О СМИ". В дискуссию по проблеме вынужден был включиться и президент России В. Путин.

Заявляя о необ­хо­ди­­мос­ти принятия определенных мер, инициаторы "законодательных ограничений", похоже, руководствуются обычно "здравым смыс­­лом". Наличие деструктивных последствий, по сути, мыслится как нечто само собой разумеющееся, легко обнаруживаемое и не требующее научных доказательств. Отсутствие опоры на научные факты, свидетельствующие о наличии причинно-следст­венной связи между насилием на экране и в жизни, лишает убедительности любые практические предложения. Мало того, по этой же причине высказываемые предложения нередко становятся объектом язвительной иронии, вольно или невольно принижающей серьезность существующей социокультурной проблемы. Так, когда 10 марта 2004 г. Государственная Дума приняла в первом чтении поправку к закону о СМИ, газета "Московс­кий комсомолец" (от 12 ноября 2004 г.) опубликовала подборку матери­алов под брос­ко набранной рубрикой: "Кино ударило депутатам в голову". А днем раньше газета "Ком­мерсант" напомнила читателям ряд фактов под ироническим заголовком: "Как боролись с насилием на телевидении". Сообщалось, что в 1999 г. Е. Примаков предложил создать в стране "полицию нравов", способную остановить поток насилия и секса в телеэфире, Ю. Лужков в 2001 г. заявлял о неприемлемости показа насилия "в любом виде", а глава МВД Б. Грыз­лов в 2003 г. – о непозволительности формирования программы телевидения таким образом, что значительная часть эфира отдана показу "событий, связанных с кровью, жестокостью и романтизацией криминального мира". Газета привела и высказывание президента В. Путина в ответ на просьбу пенсионеров Ленинградской области ограничить показ насилия и секса на телевидении: "Согласен, что переборы на некоторых ка­налах есть – и насилия, и того, что связано с сексом... Но это должно быть саморегулируемо". Ци­тиро­ва­нием последних слов гаранта российской конституции газета, надо полагать, намекала на тщетность попыток внешнего влияния на практику телевещания.

Проявляя определенную моральную тревогу по поводу социального функционирования аудиовизуальной картины мира, обильно приправленной образами насилия, российская общественность исходила и исходит из убеждения о её деструктивном влиянии на социум. Позиция оте­­чест­венной культурологии может быть определена только на основе соответс­твующих исследований. Сама жизнь поставила в повестку дня вопрос о рас­ширении традиционных границ фундаментальной проб­лемы, свя­занной с изу­чением экранных искусств. Необходимо проведение глубоких исследований таких аспектов ауди­о­ви­зу­альной культуры, как общие закономерности, условия и механизмы, масштабы и характер репрезен­тации в ней насилия, его восприятие и воздействие на зрителей, спосо­бы социального регулирования этих социокультурных процессов. Выполненное иссле­дование продиктовано актуальными потребностями развития отечественной культурологии и острым недостатком в российском обществе научной информации о социальном функ­ционировании агрессивной аудиовизуальной культуры, действенных способах её саморегулиро­вания и регулирования с помощью различных социальных институтов.

Степень разработанности проблемы. В переходный период различные теоретические и эмпирические аспекты исследуемой нами многоплановой проблемы затрагивались в публикациях многих отечественных авторов – О.В. Аронсона, О.А. Баранова, В.Е. Бас­­ка­кова, Е.А. Бондаренко, Н.Н. Бруш­линской, А.С. Вартанова, Ю.В. Воронцова, Т.В. Глу­ховой, А.М. Гра­­чевой, В.Д. Гу­бина, Б.С. Ерасова, М.И. Жабского, М.Е. Зака, Л.С. Зазно­биной, Н.М. Зор­кой, В.И. Коробицына, И.П. Лукшина, Ф.И. Минюшева, С.А. Му­ра­то­ва, А.А. Но­­ви­ко­вой, П.С. Пи­сарского, И.А. Полуэхтовой, К.Э. Раз­логова, А.Д. Рейн­гач, Л.Д. Рон­­дели, Б.М. Са­­пунова, И.А. Сосновской, В.С. Соб­кина, А.В. Спичкина, Ю.Н. Усова, А.В. Фе­­до­­ро­­ва, В.М. Ха­ли­ло­ва, Н.Ф. Хиль­ко, Н.А. Хре­нова, С.Б. Цимбаленко, И.В. Челышевой, А.В. Ша­­ри­кова, Е.Н. Юди­­ной и др. Вместе с тем основная исследовательская работа по проблеме выполнена на Западе. Еще в начале 1930-х гг. социолог Э. Дейл (США), подвергнув контент-анализу 151 фильм выпуска 1929–1931 гг., констатировал: насилие становится одним из главных мотивов кинематографа. В тот же период Г. Блумер и Ф. Хаузер выносят на суд общественности книгу с весьма тревожным названием: "Кино, делинквентность и преступность" (1933 г.), в которой, в частности, как бы опережая время, высказывают мысль о важ­ной роли опосредующих социокультурных факторов в воздействии сцен насилия на юных зрителей. Демонстрация преступлений и насилия, утверждали исследователи, сказывается наиболее отрицательно в группах, где ослаблено влияние семьи, школы, церк­ви и соседства. Эта точка зрения, однако, домини­рующей стала не скоро. Долгое время находившиеся под влия­нием концепций массового общества и бихевиоризма исследователи склонялись к признанию сильного "прямого" воздействия кино. Взгляды стали меняться лишь в конце 1950-х гг., когда в исследовательской сре­де влиятельной оказалась концепция либерализма и широкое распространение получило телевидение.

В 1982 г. в рам­ках деятельности второго Научно-консультативного коми­тета по из­учению телевиде­ния и социального поведения (США) были обоб­щены данные 2 500 исследований, на основании чего был уверенно подтвержден ранее сделанный вывод аналогичного комитета: насилие на экране ведет к насилию (особенно подростковому) в жизни. Но изучение эффекта воздействия экранного насилия обнаруживало и противополо­ж­ные результаты. В целом были выявлены пять типов последствий: катарсис, формирование готовности к агрессивным действиям, научение посредством наблюдения, закрепление существующих установок и образцов поведения, наконец, не столько насильственное поведение, сколько негативные эмоции и чувства (страхи, беспокойство, отчужденность и т.д.). В изучение этого комплекса последствий наиболее значительный вклад внесли А. Бандура, Л. Бер­­ковитц, У. Белсон, Б. Гантер, Дж. Гербнер, Э. Дон­нер­с­тайн, Д. Зилль­манн, Дж. Кан­тор, Г. Камбербэтч, Дж. Комсток, Дж. Милавски, У. Поттер, Д. Син­гер, Дж. Син­гер, Э. Уар­телла, Т. Уильямс, Х. Химмельвейт, Р. Хьюз­манн, С. Фэш­бэч, У. Шрэмм, Р. Эрон и др. Нес­мотря на обилие авторитетных имен и пуб­ликаций, воп­ро­сов по­­ка больше чем дос­­то­вер­ных ответов.

Аналитическая разработка проблемы ещё не настолько продвинулась вперед, чтобы можно было, обратившись к синтезу накопленных результатов, делать ориентирующие культуру все­­объемлющие заключения. Необходимы дальнейшие исследования, и желательно, чтобы активное участие в них приняли российские культурологи. При всем том выполненная работа чрезвычайно полезна уже потому, что показывает всю сложность проблемы и ограничивает возможность поспешных социально-практических выводов на основе здравого смысла, интуиции и т.д., сильно подверженных влиянию раз­нонап­рав­ленных социальных интересов.

Безусловно, прав американский исследователь, много десятилетий назад заявивший: "Если изображение преступлений и насилия оказывает нездоровое воздействие даже на 1% детей, то в социальном плане уже важно выяснить, может ли ситуация быть исправленной и как" (Дж. Клэппер, 1960). Поскольку западная наука по доминирующему в ней убеждению подтвердила гипотезу о причинно-следственной связи между показом насилия и его деструктивным воздействием на публику, серьезное внимание в ней было уделено вопросу о противодействии данной тенденции. К настоящему времени в центре внимания проблемы "регулирования", "саморегулирования" и "корегулирования".

Цель и задачи исследования. Основная цель работы – комплексное изучение культурологических и социально-практических аспектов проблемы насилия в картине мира, создаваемой и тиражируемой современными эк­ран­ными искусствами. Логика избранного подхода к поставленной цели потребо­вала решения следующих задач.

1. Определение смысловых границ понятия "насилие в жизни общества" и места физического насилия в истории человечества.

2. Исследование общих закономерностей, границ социокультурной легитимности и художественных структур массированной репрезентации насилия на примере кинематографической картины мира.

3. Обобщение зарубежного методологического опыта исследования аудиовизуальной репрезентации насилия и его воздействия, развитие отечественной методологии решения данных проблем.

4. Установление количественных и качественных характеристик репрезентации насилия в кинематографической картине мира и его восприятия российского публикой.

5. Эмпирико-теоретическое исследование миметического воздействия обра­зов насилия в фильмах на основе выдвинутой гипотезы о существовании "группы риска" среди юных зрителей и её последовательная проверка на разных объектах и с помо­щью разных модификаций единой методологической идеи.

6. Анализ мирового опыта и определение в этом свете российских перспектив социального регулирования воздействия аудиовизуальных образов насилия в пределах возможностей правовых норм, медиаобразования, саморегулирования, семьи и корегулирования.

7. Исследование возможностей бесконфликтной реализации принципа свободы выражения и прав ребенка в коммуникативном пространстве современной аудиовизуальной культуры.

Объект исследования – аудиовизуальная культура как социально значимый фактор жизнедеятельности трансформирующегося российского общества.

Предмет исследования – общие закономерности, содержание и художественные структуры репрезентации насилия в аудиовизуальной картине мира, массовое восприятие образов насилия и их миметическое воздействие на подрастающее поколение, способы социального регулирования данных процессов. Вви­ду новизны и сложности рассмат­риваемой проблемы в предметную область исследования включены и методологические вопросы.

Теоретико-методологическая основа и источники исследования. В своем теоретическом аспекте исследование базируется на междисциплинарном подходе, синтезиру­ющем идеи и методы философии, культурологии, социологии, искусствознания, истории, социальной антропологии, психологии, генетики, экономики и статистики. Пробле­ма ставится и решается с позиций системного и структурно-функ­ционального подходов. Следуя методологическим требованиям системного анализа, автор рассматривает связанный с аудиовизуальной культурой коммуникативный процесс как внутренне организованную содержательную целостность. Парадигма структурно-функционального под­хо­да выводит исследование на вопрос о связях экранного насилия с социальным контекс­том в аспекте его стабильности, динамического равновесия, нарушаемого дисфункциональ­ными последствиями насыщенности образами насилия картины мира в про­изве­де­ни­ях аудиовизуальной культуры. В свете этой парадигмы определенным образом интерпре­тируется моральная тревога в обществе, вызванная влиянием образов насилия в филь­мах на когнитивные ориентации (установки, верования, образцы восприятия и т.д.) и отклоняющееся поведение (прежде всего подрастающего поколения), и, в свою оче­редь, сти­­мулирующая научный интерес к рассматриваемой проблеме. Моральная тревога и научная разработка проблемы предстают как силы, функционально не­об­ходимые для устранения отклонений, связанных с тиражированием аудиовизуальных образов насилия. Постулаты структурно-функ­циональной парадигмы направляют также мысль от изучения эффекта воздействия наси­лия в фильмах к поиску социокультурных технологий противодействия его негативному влиянию.

Методы исследования. Сложность изучаемого феномена, междисциплинарный и эмпирико-теоретический характер избранного к нему подхода потребовали обращения к широкому кругу теоретических и эмпирических, качественных и количественных методов, применяемых в культурологическом, социологическом, социально-пси­хо­логи­чес­­ком, историческом и статистическом анализе. Использовались общенаучные ме­тоды ана­лиза и синтеза, индукции и дедукции, обоб­щения и абстрагирования, описания и объяс­­нения, ти­пологизации, исторического и логического анализа. Эмпиричес­кая база иссле­дования сформирована с помощью методов наб­людения, опроса, анализа документов, контент-анализа фильмов.

При изучении миметического воздействия образов насилия переход от теоретического к эмпирическому уровню обеспечивался гипотетико-дедук­тив­ным методом. Материалы за­меров по гипотезам-следствиям обрабатывались в режиме специально разработанной процедуры статистического квазиэксперимента, базирующейся на идее сравнительного ана­лиза. Исходные ма­­териалы получены с помощью проведенных при участии автора репрезентативных опросов учащих­ся 9–11 классов общеобразовательных школ (Москва – 1998 и 2004 гг., соответственно – 402 и 722 респондента; Белгород – 1999 г., n = 435; Великий Новгород и Петрозаводск – 2000 г., n = 132 и 236; Ярославль и Ростов-на-Дону – 2001 г., n = 367 и 301; Омск – 2002 г., n = 437; Киров – 2004 г., n = 419), студентов колледжей (Омск, 2004 г., n = 268) и вузов (Москва, 2002 г., n = 432)1.

При изучении репрезентации образов насилия использован контент-анализ фильмов в программах центральных каналов телевидения (2003 г.). Массовость восприятия об­разов насилия исследовалась применительно к многоканальному и отдельно театраль­ному кинопрокату. Выборочный опрос аудитории кинотеатров проводился в Москве (2002 г., n = 417) и во всех городах и селах (где имеются кинотеатры) Белгородчины (1999 г., n = 412).

Источником используемых эмпирических данных являлись также отечественные и зарубежные публикации. При изучении репрезентации насилия на экране использовался метод киноведческого анализа фильма. Обработка эмпирического материала осуществлялась с применением статистических методов.

Научная новизна исследования. В отечественной культурологии представленная работа является первой попыткой комплексного монографического исследования взаи­мосвязанных фундаментальных вопросов, касающихся социальной обусловленности насыщения образами насилия функционирующей в России аудиовизуальной культуры, со­держания предлагаемой ею картины насилия, восприятия этой картины мира публикой и воздействия на неё, наконец, технологии социального регулирования в данной области. Этим во многом определяется новизна полученных результатов.

1. Применительно к задачам разработки поставленной проблемы осуществлен анализ понятия "насилие в жизни общества" и рассмотрено место насилия в истории человечества.

2. На примере кинематографической картины мира в рамках характеристики двойственного отношения аудиовизуальной культуры к изображению насилия осуществлен междисциплинарный анализ факторов эскалации образов насилия, рассмотрена специфика репрезентации насилия в различных жанровых структурах на примере западного коммерческого кино.

3. Уточнены познавательные возможности контент-анализа при изучении репрезентации насилия в аудиовизуальной культуре. Разработана его методика и применена в ис­следовании кинопрограмм трёх центральных каналов телевидения (ОРТ, РТР, НТВ), что позволило выявить масштабы показа и содержания сцен насилия.

4. По материалам исследования, проведенного в ряде городов России, представлена многогранная картина массового потребления насилия в системе многоканального кинопроката подростками и студенческой молодежью, а также публикой кинотеатров на "боль­­шом экране".

5. Применительно к рассматриваемой проблеме впервые в отечественной литературе подвергнуты анализу исходные методологические вопросы, связанные с толкованием ключевого понятия "насилие в фильме". С учётом точек зрения в зарубежной и российской литературе дано авторское определение понятия. Онтологический статус "эффекта воздействия" представлен как взаимодействие текста и рецепции.

6. Обобщен методологический опыт западных ученых по проблеме выявления миметического воздействия образов насилия. Предложен новый подход к её изучению на основе гипотезы о существовании "группы риска", проверяемой путем сравнительного ана­лиза этой и контрольной групп в рамках статистического квазиэксперимента.

7. Показано, что по критерию социально одобряемых и не одобряемых фактов личной культуры, сознания и поведения, потребления и оценки фильмов с насилием, а также особенностей характера индивида и его социальной микросреды гипотетическая группа риска весьма симптоматично отличается от контрольной. Приведенные свидетельст­ва, взятые вместе, обладают солидной индикативной значимостью в пользу проверяемой гипотезы о существовании группы риска среди юных потребителей экранного насилия, обозначают перспективное направление поиска критериев практической идентифи­кации её представителей.

8. Изучен мировой опыт социального регулирования, связанный с миметическим воз­действием образов насилия в картине мира аудиовизуальной культуры. В свете мирового опыта исследованы возможности и перспективные нап­рав­ления решения данной проблемы в условиях модернизирующейся России.

Положения диссертации, выносимые на защиту. 1. Аудиовизуальная культура так или иначе воссоздает картину жизни человека и общества. Она представляет собой зеркало жизни, в котором с определенной степенью пре­ломления отражаются конфликты, интересы, потребности, тревоги, грезы и образцы поведения людей. Изображая картину социального мира, в котором насилие не только присутствует, но и играет значительную роль в разрешении различных конфликтов, аудиовизуальная культура не может не обращаться к художественному воплощению подобного рода реальности. Изображение насилия в произведениях экранных искусств – одно из проявлений традиции, уходящей своими корнями в глубины человеческой культуры (евангельское повествование, зрелища Древнего Рима, праздничная куль­тура Руси и т.д.). Проблема не в том, быть или не быть насилию в произведениях аудиовизуальной культуры. Она – в понимании и уважении границ социокультурной легитимности изображения насилия.

2. Практика аудиовизуальной культуры демонстрирует двойственное отношение к репрезентации насилия: акцент на осмыслении насилия и его изо­бражении, художническая установка на трансформацию агрессивных нак­лон­ностей человека в толерантность, солидарность и любовь, с одной стороны, и небрежение возможностью деструктивного воздействия тиражируемых образов насилия – с другой. За эскалацией изображения насилия на российских кино-, теле- и видеоэкранах скрывается широкий комплекс причин: глубокие перемены общесоциального характера, масштабы насилия в жизни общества, уникальная способность аудиовизуальных средств воплощать конфликты физического порядка, углубляющаяся коммерциализация художест­венного творчества, парадигмальная ориентация коммерческого фильмопроизводства на обеспеченную молодежную аудиторию, доминирование на глобальном аудиовизуальном ландшафте американских компаний, склонность и интерес потенциального зрителя к агрессивному поведению, создание кинематографических картин мира по принципу конфронтации их с существующими в головах зрителей индивидуальными картинами, изобретательное использование аттрагирующих возможностей различных жанровых конструкций и т.д.

3. Определение ключевого понятия "насилие в фильме" подвержено вли­янию этнокультурного и дисциплинарного контекста. Критерии его трак­товки, адекватной пот­реб­ностям культурологических исследований, целесообразно сопряженно извлекать из трёх сфер: "картинка" на экране, воздействие образов насилия на зрителей, практика соответствующего социаль­­ного регулирования.

4. Обусловленные методологическими трудностями границы познавательных возможностей контент-анализа фильмов позволяют лишь частично использовать имеющи­еся в них источники сведений (природа кинореальности, тематическая и формальная струк­туры) и улав­ливать содержа­щуюся здесь когнитивную, экспрессивную и нор­­ма­тив­ную информацию.

5. В российском обществе уже сегодня имеется объективная потребность в достоверной научной информации о том, существует ли в условиях современной отечественной культуры причинно-следст­венная связь между демонстрацией насилия на экране и масштабами его проявления в жизни. Без особенно больших затрат средств и времени ответ может дать комплекс изысканий на основе предлагаемой парадигмы общественно значимого миметического воздействия образов насилия: мас­совый показ фильмов с насилием  массовое их восприятие подрастающим поколением  пред­рас­по­ло­женность ребят к "заинтересованному" усвоению опыта на­силия в фильмах  "ин­токси­кация" сознания и социальных установок подраста­ю­щего поколения образами насилия насилие в реальной жизни. Главная трудность в реализации парадигмы, связанная с выявлением предрасположенности определенной части зрителей к "заинтересованному" восприятию и ус­во­­ению опы­та насилия в фильмах, преодо­ле­вается с помощью разработанной в данном исследовании методологии статистического квазиэксперимента на материалах опроса по специальной программе.

6. Массовое тиражирование аудиовизуальных образов насилия, выступающее первым парадигмальным условием их общественно значимого миметического воздействия, является реальностью функционирующей в России аудиовизуальной культуры. Кинопрограммы центральных каналов телевидения с наибольшим охватом территории страны (ОРТ, РТР, НТВ) в рассматриваемом плане предлагают зрителям чудовищно искаженную картину социального мира.

7. Имеет место и второе парадигмальное условие заслуживающего внимания миметического воздействия образов насилия – их массовое восприятие публикой. Вместе с тем, многоканальный кинопрокат уже не только исчерпал возможности привлечения зрителей путем большего насыщения экрана образами насилия, но и сталкивается с явным эффектом бу­меранга.

8. Наличествуют убедительные свидетельства и в отношении третьего парадигмального условия. Гипотеза о существовании группы риска получила подтверждение аргументами эмпирических исследований на пяти этапах последовательной её проверки с помощью статистических процедур сравнительного анализа индикативных характеристик двух групп – "гипотетической группы риска" и "нейтральной" ("экспериментальная" и контрольные группы).

9. Социальное регулирование, связанное с образами насилия в картине мира ауди­о­визуальной культуры, в конечном счёте имеет дело с тем, что принято называть эффектом воздействия. Опыт свидетельствует, что сложив­шаяся практика его регулирования не в состоянии одновременно обеспе­чить должным образом реализацию принципа свободы художнического выра­жения и защиту прав ребенка.

10. Перспективное направление развития лежит в плоскости создания жизнеспособ­ной системы сбалансированного социального регулирования, в рамках которой, в част­ности, на кооперативных началах объединяются уси­лия государства и тех, кто аудио­ви­зуальные продукты создает и распрост­раняет. В определении целей совместных усилий участвуют политики, ответственность за её осуществление берут на себя продю­серы и провайдеры аудиовизуальной культуры. Подобного рода корегулирование предс­тавляет собой нечто среднее между жестким государственным управлением и неолиберальным дерегулированием. Это модель разделяемой социальной ответственности.

11. Аудиовизуальные образы насилия в реалистичес­ком и фантастичес­ком воплощении, сами по себе и в контексте жанровых конструкций, взаимоотношений персонажей, раскрытия характера героя, использования спецэффектов и т.д. не могут рассматриваться как безотказно действующие причины тех или иных дисфункциональных последствий. Все это – факторы риска в плане имитации на уровне поведения, формирования ложных представлений о действительности, притупленного отношения к насилию в жизни, аф­фек­тивного состояния и т.д. Поэтому социальное регулирование в рассматриваемой области должно трактовать­ся как некое управление рисками.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Работа в определенном плане восполняет болезненный пробел в отечественной теории культуры, в которой слабо разработаны основные научные и социально-прак­тические аспекты эскалации образов насилия в картине мира экранных искусств. Выполненное междисциплинарное ис­следование дает целостное предс­тавление о многоплановой обусловленности и содержа­нии, границах социокультурной легитимности и масштабах вос­приятия, а также возмож­ностях миметического воздействия распространяемых аудиовизуальных образов на­силия. Предложен новый подход в методологии изучения их воздействия, ко­торый может быть использован другими исследователями. В научный обиход введен обширный теоретический и фактический материал.

В исследовании значительное внимание уделено и социально-прак­ти­чес­кой стороне дела. Наработанный фактический материал и выводы могут быть эффективно использованы в законотворческой, управленческой и художественной практике, медиаобразовании и семейном воспитании в той мере, в какой эти виды деятельности связаны с потенциальными деструктивными последствиями производства, распространения и потребления аудиовизуальных образов насилия.

Материалы диссертации могут быть использованы при изучении социального функционирования аудиовизуальной культуры, в лекционных курсах по культурологии, социологии культуры и массовой коммуникации.

Апробация работы. Работа обсуждалась на заседании Отдела социологии художественной жизни Государственного института искусствознания. На этапах её подготовки отдельные разделы обсуждались на заседаниях Уче­ного совета НИИ киноискусства и От­дела социологии экранного искусства данного института. Основные материалы и выводы исследования опубликованы в двух монографиях, ряде научных статей, излагались в сообщениях на конференциях, в виде информационно-аналитической записки и материалов исследования представлены соответственно в Государственную Думу Федерального Собрания РФ и Совет при Президенте РФ по культуре и искусству, где получили положитель­ную оценку. Автор был среди победителей конкурса научно-популярных ста­тей 2002 г., организованного Российским фондом фундаментальных исследований (статья "Насилие в фильмах: катарсис или мимесис?"). Работа "От насилия в кино к насилию как в кино?", опубликованная в журнале "Социологические исследования", включена в из­бранную библиографию мировой научной литературы за 1989–1999 гг. по проблеме "Дети и насилие в масс-медиа", составленной Информационной палатой ЮНЕСКО по проблеме "Дети и экранное насилие". Материалы диссертации использованы автором в лекциях в сту­денческих аудиториях социологического факультета МГУ им. М.В. Ло­мо­но­­сова и Мос­ковского государственного института международных отношений (Универ­ситет) МИД РФ.

Структура диссертации. Диссертация состоит из Введения, пяти глав, Заключения и списка литературы. Работа содержит 222 страниц основного текста.

  1   2   3   4

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconГетц О. Конференция Насилие в семье и криминальная эксплуатация // Социальное обеспечение. 2003. N с. 18-19. Действуем сообща // Социальное обеспечение. 2003. N с. 20-21
Защита прав детей подвергшихся насилию, как региональная социальная политика : список литературы

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconПрограмма формирования экологической культуры, здорового и безопасного образа жизни
...

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconСовременная налоговая система Республики Казахстан
Государственное регулирование в любой стране основывается на таких инструментах воздействия, как государственные заказы, предпринимательстве,...

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconУчебно-методический комплекс дисциплины «Защита аудиовизуальной и компьютерной информации» 2008
«Защита аудиовизуальной и компьютерной информации» специальности 100101 «cервис», специализация «cервис электронных систем безопасности...

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconРодительское собрание: "Насилие в семье: виды, формы, последствия"
Подготовительная работа: анкетирование учащихся "Насилие и дети" (см. Приложение)

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconНасилие в семье: его виды и влияние на развитие ребенка
Насилие над детьми достаточно распространенное явление в современном обществе, ведь дети – самая незащищенная социальная группа....

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconСоциальное насилие: сравнительно-исторический взгляд
Хотя последняя тенденция реализовалась нелинейно, драматически и через посредство антропогенных катастроф, она заставляет предположить,...

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconПрограмма по курсу история мирового киноискусства
Учитывая специфику института, курс «История мирового киноискусства» является одним из основных в учебных планах факультета дополнительного...

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconЖестокое обращение. Насилие
Вельтищев Д. Ю. Насилие и здоровье населения России. Статистический обзор. Московский нии психиатрии Министерства здравоохранения...

Насилие в произведениях аудиовизуальной культуры: отображение, воздействие, социальное регулирование (на материале киноискусства) iconIv. Макроэкономическое регулирование
Воздействие инструментов фискальной политики на совокупное предложение. Эффект Лаффера


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница