«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3




Название«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3
страница18/49
Дата конвертации16.11.2012
Размер5.94 Mb.
ТипКнига
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   49

7


Гном стоял в глубине оконного проема графских развалин. Густая тень скрывала его от любого стороннего взгляда. Он же всё видел отлично.

Видел, как подкатил к сторожке большой черный джип, как из вагончика вышел писатель. С ним — седоголовый человек, севший в машину. Джип укатил, писатель остался. Постоял, посмотрел по сторонам, скользнул взглядом по развалинам… Гнома, понятное дело, не заметил. И вернулся в сторожку.

А Гном продолжил свое терпеливое ожидание. В путь он решил отправиться после полуночи. Чтобы никто не заинтересовался, что за странную бронзовую фиговину тащит он в сторону «болотца»…


Предания старины — VI.


Подземелье. Ночь на 19 июля 1943 года


За месяц, прошедший после странного артналета, произошло много событий — и тоже весьма странных.

Хосе Ибарос, по крайней мере, не понимал ничего.

Вечером того дня, когда собор лишился куполов, а Хосе — в самом прямом смысле — остался без крова, оберштурмбанфюрер пригласил его к себе. Похоже, Кранке серьезно досталось во время катаклизма, содрогнувшего особняк, — полулежал в кресле, на двух подушках, голова забинтована, сам бледный как смерть.

Однако заявил без обиняков: секретная операция, в которой надлежит принять участие сеньору Ибаросу, состоится в самое ближайшее время. В течение двух дней. Посему дворец отныне по любым причинам покидать запрещается. Новое помещение для жилья сеньору отведут незамедлительно. О сути дела — опять таки ни слова.

Ну что тут мог рядовой Ибарос сделать? Лишь откозырять и отправиться откапывать из под обломков личные вещи да перетаскивать в новую клетушку, на сей раз на первом этаже. Причем поселился там Хосе вновь в компании эсэсовца — теперь Пауля.

Всю ночь парень не мог уснуть — лежал, ворочался. Думал то о Марии, то о секретной операции. О Марии, надо сказать, — чаще.

Прошло два дня — об операции ни слуху, ни духу. И через три, и через четыре дня, — то же самое. Похоже, переоценил Кранке свои силы… Из апартаментов оберштурмбанфюрер две с лишним недели не показывался, зато доктора туда зачастили. А без вызова к нему не пойдешь, отчета не потребуешь…

Пауль был чином выше, чем покойный Отто, — шарфюрер. Вроде фельдфебеля, значит. (Хотя, конечно, эсэсовскому фельдфебелю и лейтенанты испанцы первыми козырнуть зазорным не считали.) И по характеру оказался другим — парнем веселым и общительным. Одна беда — по испански знал еще меньше слов, чем Хосе на немецком. Особо не пообщаешься… Даже если и набрался бы рядовой Ибарос смелости расспросить: почему сидят они вдвоем в «замке» безвылазно, чего ждут, к чему готовятся, — все равно ничего толкового не вышло бы. И Хосе ничего не спрашивал.

Марию тоже увидеть больше не удавалось. В ее двух комнатах перекрытия уцелели — и жила она по прежнему на втором этаже. По крайней мере, ежедневные рейды туда двух зсзсовцев не прекратились.

От тоски и безделья разные мысли в голову Хосе приходили. Например: а ну как помрет оберштурмбанфюрер, не выздоровеет? Война эта дурацкая рано или поздно закончится, и они с Марией…

Но Кранке не умер.

На третью неделю своего затворничества вновь появился — уже без повязки, ходит твердо, уверенно… Словно и не был ранен.

Появился — и первым делом рассорился с Команданте. Иначе говоря — с командиром дивизии генералом Инфантесом.


* * *


Начальственная ссора произошла на первом этаже, в библиотеке. Наедине, понятное дело, без свидетелей.

Но, начав беседу достаточно тихо, оберштурмбанфюрер и Команданте под конец повысили голоса настолько, что наружу кое что вырвалось. Говорили они вперемежку, то по испански, то по немецки — оба собеседника владели двумя языками в совершенстве.

Часовой, стоявший на посту неподалеку, на площадке парадной лестницы дворца, понял финал разговора с пятого на десятое. Может, кое что и присочинил, потом рассказывая паре тройке приятелей. Те тоже могли дать волю фантазии, пустив слух дальше…

В общем, когда история достигла ушей Хосе, звучала она достаточно странно: дескать, оберштурмбанфюрер требовал от Команданте ни много ни мало — не то отменить, не то перенести грядущий праздник: годовщину Освободительной войны. У генерала, понятно, идея Кранке ни энтузиазма, ни понимания не вызвала. Да и в самом то деле, какое эсэсману дело до их праздника? Между прочим, день рождения вашего фюрера испанцы тоже праздновали — уважьте и вы союзников..

Так оно всё было или иначе — неизвестно. Но отношения у эсэсмана с Команданте испортились — совершенно точно. Даже обедали порознь. Генерал, как и прежде, на первом этаже, в столовой — а Кранке наверху, в своих апартаментах.

Хосе, которому вконец опостылела неопределенность его положения, понадеялся: может, теперь его заберут от оберштурмбанфюрера? Обратно в роту охраны? Может, отменилась загадочная операция?

Зря понадеялся. Все осталось в жизни парня, как и было. Еще десять дней протянулись липко и медленно. Но — что то назревало, что то висело в воздухе. Словно жарким июльским вечером — на небе еще ни тучки, но чувствуешь: быть грозе… И Пауль, сосед Хосе, похоже, почувствовал . Или же имел больше информации о планах своего начальника.

Грянуло в ночь на 19 июля…


* * *


— Пошли, — потянул за рукав Пауль, ненадолго отлучившийся, а теперь вернувшийся.

Хосе немецкое слово понял, но удивился: куда? Зачем? Сегодня в честь праздника начальство расщедрилось на двойную винную порцию, и слегка разомлевший рядовой Ибарос наладился было после ужина полежать, отдохнуть, подумать о Марии…

Но шарфюрера не узнать. Жесткий, собранный — казалось, тронь и обрежешься. Мундир застегнут на все пуговицы, на голове каска, на шее автомат, из голенищ сапог торчат два запасных магазина. На поясе три гранаты и штык нож…

Хосе похолодел: похоже, дождался. Давно обещанная операция…

— Куда, зачем? — спросил он со слабой надеждой: а вдруг ошибка? Вдруг Кранке решил выставить вокруг «замка» дополнительных караульных? Как никак сегодня должно прибыть высшее немецкое начальство…

Пауль то ли не понял, то ли не желал отвечать — стоял, широко расставив ноги, положив руки на автомат: молча смотрел, как поднимается, обувается и застегивает мундир рядовой Ибарос.

Лишь бы не на кладбище, лишь бы… — билось в голове у Хосе. Именно так — как Пауль сейчас — были экипированы эсэсманы из свиты Кранке во время достопамятной ночной прогулки.

Коридоры особняка оказались пустынны, ни одного человека Пауль и Хосе не встретили. Из зимнего сада доносился шум голосов, затем послышались аплодисменты, — Команданте вручает награды, понял Хосе, хоть особо и не вслушивался: гадал, куда и зачем ведет его Пауль.

К выходу эсэсовец не свернул. Прошагал дальше, к неприметной лесенке в дальнем конце коридора. Лестница вела в подвал. В ту его часть, что облюбовал для своих непонятных дел Кранке. В закутке, где начинались ступени, была здоровенная, с закругленным верхом ниша в стене — явно для статуи или для вазона с цветами. Но ни статуи, ни вазона там не оказалось. В нише стоял эсэсовец — на вид брат близнец Пауля: так же вооруженный и экипированный, с таким же напряженным лицом. Обменялся несколькими лающими словами с провожатым рядового Ибароса — и они пошли дальше. Вернее — вниз.

Подземелье разительно отличалось от того, в которое Хосе доводилось спускаться при бомбежках. Неизвестно, чем тут занимались давние владельцы «замка»… Едва ли чем то хорошим. Иначе зачем штукатурить стены и полукруглые кирпичные своды и изображать фрески самого гнусного вида: черти и позеленевшие мертвецы, скелеты в рыцарских доспехах, странные люди со звериными мордами и странные звери с людскими лицами…

Впрочем, нарисовано было хорошо.

Рядовой Ибарос слабо разбирался в изящных искусствах, но и он понял — художник имел таки немалый талант. Впрочем, его творениям это помогло мало — судя по оставшимся на стенах следам, когда то фрески начали уничтожать, отдалбливая штукатурку. Но, похоже, быстро бросили, прискучив монотонным занятием.

Подвал освещался десятком чадных факелов, укрепленных на стенах в специальных держателях. В колеблющемся свете казалось, что мертвецы и скелеты шевелятся, дышат, наблюдают за живыми. В углах таился мрак.

И оттуда, из темноты, прозвучал знакомый голос:

— Нравятся картинки, сеньор Ибарос?

Кранке. Сделал несколько шагов из мрака, остановился, заложив руки за спину. Черный мундир с серебряными нашивками — а особенно оскалившийся череп на тулье фуражки — делали оберштурмбанфюрера похожим на ожившего персонажа фрески.

Хосе отвел взгляд, и — неожиданно — увидел Марию. Глаза привыкли к тусклому освещению, и парень разглядел: вон же она, стоит под фреской, изображающей нечто с ангельски красивым лицом и телом в виде клубка мерзких щупальцев…

Хесус Мария, она то зачем здесь? Двух стоявших по бокам девушки черномундирников рядовой Ибарос разглядел чуть позже. Он старательно отвел взгляд в сторону. Мария тоже смотрела равнодушно, делая вид, что встретила Хосе первый раз в жизни.

— Ну что же, господа, раз все собрались, пора приступать… — сказал Кранке. И добавил еще пару фраз — уже на немецком.

Подвал наполнился движением — появились еще эсэсовцы, пожалуй не меньше десятка. Сноровисто снимали факелы со стен, явно собираясь идти прочь из подземелья. Хосе обрадовался — здешняя обстановка давила хуже кладбищенской.

Удивило, что кроме оружия и факелов, подчиненные оберштурмбанфюрера тащили с собой странные предметы. У одного объемистый бронзовый сосуд причудливого вида, у другого — не то чемоданчик, не то плоский деревянный футляр с ручкой, остальные тащили упакованные в черную ткань свертки.

К ведущей наверх лестнице процессия не двинулась. Пригибая головы, прошли под низкой аркой в следующее подвальное помещение. Те же росписи на стенах, но в дальнем углу… «Они не клад искали, — догадался Хосе. — Они тут подземный ход копали! Но зачем?»

Вскоре парень понял, что ошибся: лет ведущему вертикально вниз ходу немало — стены колодца выложены почерневшим кирпичом, ступени винтовой лесенки покрыты ржавчиной.

Спустились. Внизу оказался еще один подвал — поменьше и попроще, без всяких фресок росписей. И кладка не из кирпича — из грубо обтесанного дикого камня. Зато мебель тут нашлась — тоже, странное дело, каменная. На возвышении — на манер стола для заседаний — громоздился прямоугольный гранитный монолит. Рядом — гранитные же кресла с высоченными спинками.

На стенах — такие же, как и наверху, держатели для факелов. Но появилась и новая деталь, на вид неприятная. К вбитым в камень пробоям крепились цепи — массивные, ржавые. И заканчивались они плоскими металлическими кольцами браслетами. Имелись цепи меньшей длины — а на них… Да, именно ошейники, спаси и сохрани Дева Мария!

Однако сильнее всего Хосе поразился не странному мебельному гарнитуру, и не инквизиторским причиндалам, — но виду одной из стен. Казалось, что ее разнес на куски взрыв… Нет, не взрыв, — в мощную кладку словно бы ударил еще более мощный таран. Ударил одним сокрушающим ударом. Причем — да как такое, ради Девы Марии, могло получиться?! — ударил снаружи. Откуда то из земных глубин. За неровным, рваным провалом — бездонная чернота. Выбитые из кладки камни и куски земли (вернее — окаменевшей глины) валялись по всему помещению, долетели даже до дальней стены.

«Так вот где пострадал Кранке. , Легко отделался, таким камешком и до смерти пристукнуть — секундное дело», — подумал рядовой Ибарос с нешуточным сожалением.

Но что же за странный такой подземный катаклизм спровоцировали разрывы снарядов, падавших далеко отсюда? Тайна. Загадка. И Хосе совершенно не хотел ее разгадывать. Абсолютно. Хотелось парню другого. Оказаться наверху, на свежем воздухе, — и подальше от оберштурмбанфюрера Кранке. Желательно — вместе с Марией.

— Нравится интерьер, сеньор Ибарос? — за спиной Хосе подал голос Кранке, легкий на помине. — Это всё ерунда. Здесь богатые и взрослые детишки игрались в масонов, в таинственные посвящения и жуткие клятвы. Не стоит, право, оно вашего внимания, сеньор Ибарос. Самое интересное — там, дальше.

В начале этой тирады парень обернулся — и не сразу понял, кто к нему обращается. Оказывается, пока он тут стоял, разинув рот, оберштурмбанфюрер успел переодеться!

Ну, может, не совсем переоделся, — однако не то плащ, не то рясу с капюшоном поверх мундира натянул. Черную ткань покрывал вышитый золотом узор из переплетенных пятиугольников, напомнивших Хосе странный орден на груди эсэсмана. Кисти рук полностью скрывались под длинными и широкими рукавами. Из под капюшона виднелся лишь подбородок.

Но знакомый голос не давал усомниться — он, Кранке. Возможно, где нибудь наверху, на свету, этакое маскарадное преображение оберштурмбанфюрера и показалось бы смешным — но сейчас Хосе с трудом удерживался, чтобы не опозориться перед Марией, напустив от страху в штаны.

А еще — очень неприятное здесь эхо оказалось. Не гулкое, как в верхнем разрисованном зале, но тихое, зловещее, шипящее… Будто и не звук отражался от стен, а какое то кошмарное дитя мрака шепотом повторяло слова немца.

Преображенный эсесовец помолчал, ожидая ответа от «сеньора Ибароса». Подчиненные его, да и девушка, вообще под землей не произнесли не слова. И у Хосе язык прилип к гортани, тишину нарушало лишь потрескивание факелов.

Почему они не взяли фонари? Почему вот так, по дедовски? — подумал парень. Не то чтоб этот вопрос так уж его волновал, но думать об остальном увиденном желания не было.

Кранке сказал пару коротких фраз по немецки. Двое автоматчиков с факелами шагнули во мрак, притаившийся за проломом стены. Пауль подтолкнул Хосе в спину: давай, мол, за ними! Как же не хотелось, Хесус Мария… Но вроде ничего страшного там не происходило: уверенно топали подкованные железом сапоги, мерцал свет факелов…

Хосе украдкой коснулся висящего под мундиром крестика — спаси и сохрани, Пресвятая Дева! — и вошел в каменную пасть, оскалившуюся обломками каменных зубов.

А там оказался не подземный ход — самая натуральная пещера. Уж не эсзсманы прокопали, ясное дело. Идти по трое в ряд можно, и неровные своды высоко — рукой не дотянешься. Чересчур длинной пещера не была — через пару сотен шагов привела в подземный зал — не очень обширный, чуть побольше, чем столовая в графском особняке.

Идущие первыми факелоносцы прошагали зал насквозь — развернулись, чуть разошлись в стороны. И застыли, словно в почетном карауле по обеим сторонам от… Хосе не сразу понял, что там увидел. Казалось, гигантская подземная пушка нацелилась прямиком в рядового Ибароса: под землю наклонно уходил туннель — стены гладкие, ровные, будто отполированные, сечение — почти идеальный круг.

Однако: невдалеке от дульного среза пушечное жерло перекрывала не то затычка, не то перемычка — горизонтальная, и оттого оказавшаяся овальной формы. Тот же отполированный камень — на вид монолитно смыкающийся со стенами. На перемычке были высечены глубокие канавки, складывающиеся в правильный пятиугольник, большой, со сторонами не меньше метра… Было там, на этой затычке перемычке, и что то еще, небольшое, явно искусственного происхождения — но Хосе не успел разглядеть в неверных отсветах факелов…

— Ну вот, сеньор Ибарос и сеньорита Мурильо, именно здесь вам и предстоит выполнить вашу крайне важную и ответственную миссию.

Хосе слушал, не слишком вежливо повернувшись к оберштурмбанфюреру спиной, — никак не мог оторвать взгляд от канавок пятиугольника.

Потом парень начал все же оборачиваться, и… И всё произошло быстро. Кранке, едва отзвучала его тирада, взмахнул широченным рукавом, как птица крылом. Сверкнула сталь. Мария дернулась. Схватилась за горло.

Хосе рванулся вперед — инстинктивно, не рассуждая. Тут же в обе его руки вцепились, с хрустом заломили вверх. Резкая боль в суставах заставила согнуться пополам. И не позволяла разогнуться. Однако— из неудобного положения, вывернув шею, — он ВИДЕЛ ВСЁ. Не желал смотреть на это, хотел закрыть или отвести глаза — но не мог оторваться от кошмарного зрелища.

Марию тоже держали — сразу трое эсэсовцев. Четвертый подставил бронзовый сосуд старинного вида под струю крови, толчками бьющую из рассеченной артерии. Кровь в свете факелов казалась черной.

Кранке стоял молча и неподвижно, крестом раскинув руки — в одной был зажат широкий нож с искривленным лезвием.

Тело девушки конвульсивно подергивалось в руках дюжих мордоворотов, но все слабее и слабее. Одновременно слабел поток крови.

Казалось, что сосуд из темной, почти черной бронзы на глазах светлеет, начинает блестеть сильнее…

Хосе понял, что он вопит — дико, истошно — лишь когда к его губам припечаталась чья то ладонь со скомканной пилоткой.

Потом на то, что видел Хосе Ибарос, начал наползать мрак — словно эсэсманы один за одним гасили свои факелы. Но, может, это просто темнело в глазах у Хосе. Исчез Кранке, исчезли другие эсэсовцы — осталась девушка и бронзовый сосуд, в который падали последние тяжелые капли… Потом темнота поглотила и Марию. В первородной черноте сосуд сверкал начищенной бронзой — Хосе вдруг понял, что это Грааль, только Грааль с кровью Девы Марии, и… Не стало ничего. Лишь темнота.

1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   ...   49

Похожие:

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 icon«Точинов В. Аутодафе»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02212 0
Много столетий живут они рядом с нами — морфанты, наполовину люди, наполовину звери. Много столетий охотятся за ними солдаты инквизиции....

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 icon«Капитан Удача»: Лениздат, «Ленинград»; спб.; 2005 isbn 5 289 02260 0
Пилот Фортунат Кермак — человек, чей разум после гибели был переписан в тело киборга, — не желает мириться с ролью машины для убийства...

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 iconСписок новинок
Т, 2009; Санкт-Петербург : Астрель-спб, 2009 (Минск). 411, [2] с.; 20 см. Первая книга цикла "Воздаяние храбрости" "Черный гусар"....

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 iconІіі халықаралық «Сейтен тағылымдары» ғылыми-практикалық конференциясының материалдары
Кµкшетау, Ресей Федерациясы, Омбы, 2005 жыл, 289 бет. Материалы международной научно-практической конференции «Сейтеновские чтения»,...

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 iconRa bibliotēkas jaunieguvumi 2007. gada septembrī
Музейный климат / Г. Томсон; пер с англ. А. Варсопко. Спб. Скифия, 2005. 288 с ил. Библиогр.: с. 270-280 321 назв. Алфавит указ.:...

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 iconБюллетень новых поступлений за март 2010 года
Концепции современного естествознания : учеб пособие для вузов / Н. М. Кожевников. Изд. 4-е, испр. Спб. [и др.] : Лань, 2009. 382...

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 icon«История Казахстана»
Кузембайулы А., доктором исторических наук, профессором Абилем Е., магистром истории, преподавателем Козыбаевой М. М. на основании...

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 iconУченые записки / спбгау; под ред. М. В. Москалева спб спбгау, 2007. 253 с. Isbn 978-5-85983-001-5 : 50-00
Совершенствование экономического образования : аналит докл. / В. С. Автономов, М. Е. Дорошенко, О. О. Замков. М. Логос, 2005. 107с....

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 iconПравила пожарной безопасности для энергетических предприятий. Спб. Деан, 2005. 157 с. (Безопасность труда России). 3000 экз. Isbn 5-93630-486-8 : Б. ц. Грнти удк
Правила пожарной безопасности для энергетических предприятий. Спб. Деан, 2005. 157 с. (Безопасность труда России). 3000 экз. Isbn...

«Точинов В. П. Тварь Книга Сказки летучего мыша»: Лениздат; спб.; 2005 isbn 5 289 02149 3 iconСписок литературы
Бхагавадгита : Книга о Бхишме / Введ., пер с санскр и коммент. Б. Л. Смирнова. 3-е изд., доп. Спб. Acad, 1994. 600с. (Философские...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница