„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике




Скачать 231.66 Kb.
Название„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике
Дата конвертации28.12.2012
Размер231.66 Kb.
ТипДокументы
Премия Ратцингера немецкому теологу


Ватикан, 2 сентября 2011 года, ZENIT – Agnuz – 30 июня Папа Бенедикт XVI отметил трёх теологов премией Ватиканского фонда “Йозеф Ратцингер – Папа Бенедикт XVI” , в том числе священника ордена цистерцианцев, о. Максимилиана Хайма. В этой связи Католическое информационное агентство ЗЕНИТ опубликовывает доклад

о. Максимилиана, представленного им в связи с посещением Папой Бенедиктом фонда «Святого Креста» в 2007 году. Доклад обращён к вопросам теологии Йозефа Ратцингера на тему „вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике.


I. Введение


В праздник Святого имени Марии, который является для Вены и в целом для Запада историческим, мы думаем о 12 сентября 1683 года, когда турецкое войско было повержено королём Польши Яном III Собеским у горы Каленберг недалеко от Вены.

Правитель выступил против турков 15 августа 1683 года, неся знамя Девы Марии. Папа Пий X перенёс празднование этой победы на 12 сентября. С тех пор эта дата во всей Католической Церкви является Днём ангела для всех женщин, имеющих имя Мария. 12 сентября 2006 года в университете Регенсбурга прошла весьма интересная лекция на тему «Вера, разум и целостность». Докладчиком был никто иной, как нынешний Понтифик, а тогда лишь обычный профессор университета. В своём резюме Папа подчеркивал, что „теологию необходимо понимать не только как историческую и научно-гуманитарную дисциплину, а как настоящую теологию, как вопрос разумности веры в университет как единство дисциплин и в диалог между ними". Именно единству, целостности принадлежит широта человеческого разума, который заключён только в рамках вопроса о вечной истине. Прежде чем мы более детально изучим эту увлекательную лекцию Папы, остановимся на принципиальном вопросе: Чем, собственно, является теология для Понтифика? Это не только нейтральное методическое размышление о вопросах религии и веры. Особенность теологии в том, что она, как говорит Папа, „к тому обращена, чего мы не изобрели сами и что может быть основой нашей жизни, но что именно это не созданное нами предшествует нам и направляет нас лучше, чем всё наше собственное мышление“.


Для Папы Бенедикта теология с самого начала объединилась с церковной жизнью.

Это стало также причиной, по которой я в заголовке моей диссертации обозначил его теологическое мышление как " экзистенциальное, то есть жизненно важное".

Но это не субъективное обозначение. Речь идет скорее о теологии, которая происходит не из индивидуального бытия, а из действительности, которая сама себя предала Церкви. Согласно словам Папы, здесь говорится о теологии “ех-sistere", об „исходе человека из самого себя, благодаря чему только он сам может найти себя”. Теология должна искать в Церкви и с помощью Церкви Бога, как её главу, как её действительный субъект.

Это означает, как много лет назад самокритично сказал кардинал Ратцингер:

" ... Церковь, которая слишком много говорит от себя, но не от Того, от чьего имени она должна говорить".


Папа Бенедикт XVI всегда охотно цитирует китайскую пословицу: „Тот, кто смотрит на себя, не сияет." Проводя параллель в в сторону Церкви можно сказать: Церковь, которая смотрит только на себя и говорит только от себя, не сияет! Следовательно, задача теологии состоит в том, чтобы прозрачно представлять земное и человеческое, как фундамент божественной действительности.

Защищать данное преимущество Бога, обуславливает развитие теологии Ратцингера от первоначального свято-исторического вида к метафизически обусловленному мышлению. Это значит, что, прежде всего в центре его мышления и исследования, на протяжении развития всей нашей культуры, стоят основы и отношения бытия. К сожалению, не возможно в рамках доклада передать весь спектр теологического исследования Йозефа Ратцингера / Папы Бенедикта. Однако, одно становится очевидным. А именно источник света, благодаря которому он живет и мыслит исследования, и к которому он приближается. Это свет вечного слова, которое является воплощенным Словом Божьим, на чём основано всё бытие. Если бы мы разложили теологию Понтифика на семь цветов через призму нашего анализа, то получили бы следующие области этой науки, которые представляют собой единое, гармоничное целое - Вера и Разум-Вопрос Божий-Откровение-Источник, а также сущность Церкви-Литургии-Экуменизма-Политики. Как и в спектральном анализе, здесь нельзя, представить каждую вышеуказанную область теологии в равном объеме и, поэтому, парадигматическим и поверхностным способом касаться некоторых комплексных областей.


II. “Спектр” теологии Папы Бенедикта


Вера и разум


Во время молитвы Ангелус от 28 января этого года, в праздник Св. Фомы Аквинского, которому удавалась, как отметил Святейший Отец, с „дальновидной мудростью" проводить плодотворные дискуссии с арабским и еврейским мышлением того времени", Папа Бенедикт заявил:


„Если христианская вера подлинна, она не смиряет свободу и разум человека.

Почему вера и разум должны бояться друг друга, если они могут только при наличии гармонии между собой, лучше всего себя проявить? Вера предполагает разум и совершенствует его, и освещенный верой разум находит силу подняться для познания Бога и духовной действительности. Разум человека ничего не утрачивает, если он открыт для веры. Более того, между ними должно быть свободное и сознательное согласие”.


Вместе с тем мы смотрим на первую часть широкого спектра теологии Ратцингера.

С одной стороны, она хочет открыть разумность христианской веры и указать на её действительное величие, а с другой стороны, разум в его встрече со светом божественного логоса, также показывает на величие веры, так как в Логосе заложена основа всего творения. Уже во время его лекции по случаю вступления в должность 24 июня 1959 года в университете Бонна, Ратцингер посвятил себя проблеме отношений между верой и источником „fides et ratio“. В какой-то степени это рамка его университетской деятельности, так как эту же тему он выбрал для своей лекции 12 сентября 2006 года в Регенсбургском университете – отношения веры и разума.


Папа Бенедикт указывает на то, что необходимо превосходить пессимизм постмодернистского разума путём расширения горизонта в Слове Божьем, дабы уметь в Нём мыслить в с Его помощью действовать. Семинар Общей риторики университета Тюбингена выбрал данную тему лекции Ратцингера для „Речи 2006" на основании следующего:


„В век религиозного фундаментализма во многих проявлениях новой религиозной борьбы, а также в эзотерически*-иррационального религиозного мышления, речь Папы является максимально действенной и точно аргументированной с позиции истории христианской веры в греческом духе.


Папа Бенедикт не желает заново проводить разъяснения, так как он признаёт возможность в успехе этих разъяснений в самом человеке. В то же время, однако, он не отрицает опасностей слишком узкого понимания термина разум. „Разум, который в принципе своём не внимает к божественному. Он оттесняет религию в области субкультур, не способен к межкультурному диалогу." Постмодернистский кризис нашего общества становится отчужденным от веры, религии и разума, отметил Папа. Поэтому разум должен становиться перед божественным и вера не может игнорировать разум, чтобы не «соскальзывать», тем самым, в иррациональность мышления или в фундаментализм.


Вопрос божественности


Если мы обратимся ко второй части спектра теологии Ратцингера, то встретимся с так называемым вопросом божественности. В конце февраля 2000 года кардинал Ратцингер ретроспективно напомнил о Втором Ватиканском Соборе, об умершем епископе

Михаэле Бухбергере из Регенсбурга, который был основателем десятитомного издания LThK (Лексикон теологии и Церкви). По состоянию здоровья епископ Бухбергер на мог принять участия в Соборе, но напомнил его коллегам епископам о том, что на этом заседании они должны говорить, прежде всего, от Бога, что это самое важное.

"Ратцингер так представил ситуацию времён Ватиканского Собора:


„Епископы тронуты. Они не могли не признать серьезности такого напутствия.

Конечно, они не могли решиться на то, чтобы темой обсуждения был Бог. Однако, некое внутреннее беспокойство ощущал, например, кардинал Фрингс, который постоянно задавал себе один и тот же вопрос: «Как мы могли бы следовать совету Бухбергера?»"


Не было ли это тем же святым беспокойством, из-за которого Папа Бенедикт свою первую энциклику озаглавил как: «Deus Caritas est» – «Бог есть любовь», чтобы снова указать всем людям на Бога, который не оставил человека, но ведёт за руку лично каждого. Поэтому, в начале своей энциклики Папа написал: «Бог – есть любовь, и кто пребывает в любви, пребывает в Боге и Бог пребывает в нём» (1 Ин 4,16). В этих словах из Первого послания Иоанна чётко просматривается основа христианской веры, образ христианской религии, а также образ человека и его пути. В начале христианского бытия заложено этическое решение или некая идея крупного масштаба, но переживание великого события, встреча с личностью, которая открывает нам новый горизонт и вместе с тем новое направление нашей жизни.


Это тот же самый дух, которым был вдохновлён блаженный Папа Иоанн Павел II излагая своё Апостольское послание Novo millennio ineunte ( На пороге нового тысячелетия) от 2000 года: „Нас спасёт не формальность, но личность и уверенность, которую она вселяет в наши сердца, говоря: ‚ Я с вами до скончания века!‘. Это не постулат Бога. Это любовь, которая через Сына Божьего и Духа Святого открывает себя людям. Об этом новом и неиспользуемом смысле библейской веры Папа говорит в своей энциклике:


„Философское и историко-религиозное достоинство этой точки зрения Библии состоит в том, что перед нами открывается, с одной стороны, так называемый, строго метафизический образ Бога: Бог - это первоисточник всего сущего; но в то же время это творческое происхождение всего сущего – логос, пра-разум, который по-настоящему любит." В наше время это своего рода послание, которое нередко находит нищие любовью сердца. С одной стороны, многие живут в обществе с современной культурой и предали Бога забвению. С другой стороны, имеются такие области религии, в которых

„с именем Бога связаны месть, ненависть и насилие". Некоторые люди вырисовывают себе что-то вроде религии "Patchwork" (Путаница).

В этой ситуации более всего осознать, кем является Господь на самом деле.

Он - не звездное небо над нами, но он несравненно больше, отметил как кардинал Ратцингер в беседе с Петером Зеевальдом в аббатстве Монтекассино:

Бог „это не просто природа, но то, что ей предшествует и на чём она основана.

Он - существо, которое может думать, говорить, любить и слышать. И Бог, как учит нас вера, находится в абсолютной гармонии с собой, со всеми тремя живущими в Нём личностями. Так как Он гармоничен внутри Себя, Он может создавать другое существо, которое может жить в гармонии с собой, то есть является отдельной гармонией, а также гармонично относится к Нему, так как Он отнёс их к Себе, сделал их подобными Себе."


От автора статьи - „Бог есть любовь". Здесь я позволю себе сделать личное примечание.


Вскоре после появления этой энциклики мы выявили в Бохум-Штипеле парадигматический для меня феномен: Молодёжь собирала людей нашего церковного прихода в монастыре Бохум-Штипеле, чтобы каждая отдельная группа прихожан сочинила Папе собственный мюзикл под названием „Benedictus", который был представлен также в Австрии в монастыре Святого Креста и в монастыре Нойштадта. Цель этого мюзикла - многоголосое латинское песнопение под названием „Бог есть любовь". Не есть ли это ответ на слова Папы, которые он адресовал молодым людям на ВДМ-2005 в Кёльне:

„Не идеологии спасают мир, но только обращение к живому Богу, который является нашим создателем, гарантом нашей свободы, доброты и истины. Он является мерой справедливости и в то же время вечной любовью. И что может нас спасти, если не любовь? "


Именно эта любовь открывается нам в Иисусе Христе, любовь в ее самой радикальной форме. Как говорит Папа Бенедикт: « Его любовь открывается нам в кресте в совершенно непостижимом повороте против Себя самого. Он дарит Себя, чтобы снова вознести и спасти человека". В пронзенном сердце Иисуса раскрывается тайна любви Божьей.


Откровение


Вместе с тем мы приблизились к третьему спектру теологии Папы Бенедикта - откровение. Оно стало для Йозефа Ратцингера и особенно для его исследования исторической теологии Св. Бонавентуры главной темой. При этом мы вспоминаем его комментарии к Конституции откровения Dei Verbum (Слово Божие) к трём томам «Вопросы к диспуту», которые он сделал по этой теме.


Откровение в его понимании это нечто большее, чем написанное слово в Библии и поэтому не может приравниваться к Святому Писанию, так как слово Божье не является мертвой буквой, но находится как в сердце каждого из нас, так и во всей Церкви.

Поэтому Ратцингер утверждает, что откровение "раз и навсегда"нашло свой апогей в Иисусе Христе. В то же время, оно имеет „своё постоянное «сегодня», так как было однажды исполнено в вере Церкви. Это откровение постоянно живёт, является эффективным, и христианская вера относится не только к прошлому, но также к настоящему и будущему". Эта „бесценность Слова" имеет основание укоренить отношения между Богом и Его народом. Поэтому нужно обращать внимание на то, чтобы отдельные тексты были понятны „в общем контексте всего Писания", вследствие чего они снова излучают свет.

Поэтому, как говорит Папа, при толковании текстов всегда должны учитываться живые предания всей церкви и „внутренние соответствия в вере".

В предисловии к своей книге "Jesus von Nazareth" (Иисус из Назарета), которая во всем мире стала истинным бестселлером, Папа Бенедикт пишет: „Без сомнений, христологическая герменевтика**, которая видит смысл целостности в Иисусе Христе и, таким образом, учится, понимать Библию как единое целое, предполагает только религиозное решение и не может использовать чисто исторический метод подхода к Писанию". Вместе с тем Святейший отец не отвергает исторически-критический метод, герменевтические принципы которого определены, прежде всего, гуманизмом и разъяснением. Но нужно соблюдать границы истории и указывать в то же время на разумность применения религиозного метода. Для нашего коллеги профессора Клауса Бергера эта книга Папы представляет собой "революцию", смысл которой многие не понимают, так как исторически-критический метод внедряется Бенедиктом XVI в общее понимание, а именно в веру церкви. Вера как Regula fidei (религиозное правило), а так же как во времена старой Церкви Regula veritatis (свидетельство истины) является основой, которая гарантирует, что мы имеем право, ссылаться на свидетельства апостолов по сей день. В этой герменевтике веры, Папа Бенедикт представляет нам „Иисуса из всех четырёх Евангелий в качестве настоящего Иисуса, в качестве того‚ «исторического Иисуса», но в настоящем, живом образе". Понтифик говорит: „Я убежден и надеюсь, что такой образ Христа гораздо более логичен, а также исторически более понятно рассматривает Иисуса, чем все остальные представления Сына Божьего, с которыми мы сталкивались в последние десятилетия". Образ Иисуса, а вместе с ним и всё Писание не ищется и архивируется в прошлом. Он является ходатайством Йозефа Ратцингера представить Христа, так же, как его представил св. Бонавентура: Иисус это личность, это богочеловек, это воплощённое Слово Господне: „Утешитель, же, Дух Святой, которого пошлет вам Отец во имя Моё, научит вас всему и напомнит всё, о чём я говорил вам". Согласно этому обещанию Святой Дух открывает Церкви все более глубокий смысл Слова Божьего. Однако, следует учесть тот факт, что «весь смысл священного Писания остаётся весьма глубоко неясным». То же самое говорил св. Бонавентура: «Хотя Слово Божье записано на страницах Библии, оно через Церковь открывает нам всё новые глубины своего смысла», так как Дух Святой постоянно показывает Церкви, как она по-новому может распространять Слово Божье.


И здесь мы подходим к четвёртому спектру теологии Понтифика на тему, которая представлена уроженцем города Штайр и учеником Ратцингера, профессором

Зигфридом Виденхофером в подкаст-интервью по поводу посещения им Папы, как своего преподавателя.


Происхождение и сущность Церкви


Здесь мы должны руководствоваться тремя основными тезисами:


A) Церковь как тело Христово

B) Церковь, основанная на фундаменте Святых Апостолов

C) Церковь как народ Божий


A) Церковь как тело Христово


„Мы - Церковь!" Этот лозунг может быть правильно нами интерпретирован, если мы воспринимаем Церковь не только как организацию или что-то поверхностное, но и, как это сформулировал Ратцингер: как „организм Святого Духа", как нечто живое, „ что нас всех охватывает изнутри". Этот организм развивается изнутри: общностью с Христом

в Его слове, в молитве, в таинствах, в основных уставах веры, надежды и любви.

„Мы - церковь!" Слово "Мы" должно рассматриваться не как некая изолированная группа людей, но как семья. То есть все люди составляют это самое «Мы». Каждый из нас является частью живого Тела Христова, которое было ещё до нас. Именно в нашем общности со Христом должен оставаться в силе Его завет: „Носите бремена друг друга и, таким образом, исполните закон Христов".(Гал 6,2) Из этого Йозеф Ратцингер резюмирует: „Христос сотворил себе Тело, и я должен смиренно жить в Нём. Христос существует только в Его Теле, а не просто как идеально, морально. Это значит, что Он живёт вместе с другими, в общности с постоянно меняющимися временами и эта общность и есть Его Тело. Церковь - это не идея, а Тело. И вся неприязнь к воплощённому Слову Божьему, которую испытывали к Иисусу многие Его современники, продолжает свой «неприятный» путь в глубь Церкви, но даже здесь актуальны Его слова: Блаженны те, кто не сердится на меня".


Восприятие Церкви как „тела Христова" уже со времён Апостола Павла, а позже и для отцов Церкви неотъемлемо связано с Евхаристией, в которой Господь присутствует Своей плотью и подает нам Его к трапезе. Здесь мы вспоминаем об известном высказывании

св. Августина относительно Святого Причастия: „Прими то, чем ты являешься -Телом Христовым". Таинственная связь с Христом, прежде всего, в Евхаристии, это не организационная формальность, а основная черта бытия Церкви: Только в единстве – ОДИН Бог. При этом, однако, существенно замечание Папы Бенедикта относительно принятия Причастия:


„Никто не может крестить себя самого, никто не может сам себя рукоположить

в священники, никто не может сам себе отпустить грехи. То же самое касается и Евхаристии. Принятие Причастия самим собою это не только нарушение церковно-правовых норм, но также глубокая рана, нанесённая самой внутренней структуре

таинства Евхаристии".


B) Церковь, основанная на фундаменте Святых Апостолов


Что означает этот тезис? 12 избранных это знак, который в то время был понятен каждому израильтянину. Он напоминает о 12 сынах Иаковлевых, из которых могли брать своё начало 12 колен израилевых. 12 - символическое число народа Божьего.

Когда Иисус избирает 12 Апостолов, это означает, что Он родоначальник нового эсхатологического народа Божьего, которого ожидает Израиль в конце дней своих.

Более значимо и лапидарно это сформулировал евангелист Марк: „И поставил из них двенадцать, чтобы с Ним были и чтобы посылать их на проповедь" (Mк 3,14).


Кроме того, Папа Бенедикт указывает на то, что 12 следует понимать и как космическое число. Это „число созвездий, которые делят год (время жизни человека) на части.

Таким образом, подчёркивается единство истории и космоса, а также космический характер истории искупительного подвига Христа: Двенадцать должны были стать новыми созвездиями окончательной истории космоса." Эта мысль напоминает мне также о своде церкви при монастыре Бохум-Штипель: вокруг так называемого символического, «Конечного камня Христа» начернаты имена 12 Апостолов, что указывает на эсхатологическое завершение в конце дней.


Апостолы, как таковые, живут только в гармонии общности двенадцати.

Поэтому эта общность еще раз пополняется после ухода из её рядов Иуды после

предательства. Это гармония взаимна с самого начала и является основой единства народа Божьего.

Возникает вопрос – каково практическое применение всего вышесказанного?

Разделения противоречат communion – Церковному единству, которое действительно также и для последователей Апостолов, для епископов и священников. Епископ (священник) это не просто люди, имеющие определённый церковный сан. Епископы и священники существуют только в общности тех, которые были их предшественниками - Апостолами, а также находятся в гармонии с теми, кто будет после них.

При этом епископ остается соответственно гарантом единства в своей епархии и должен сохранять его в гармонии с Церковью и с всемирной коллегией епископов.

Гарантом же единства всей Церкви был и остается наследник Апостола Петра, епископ Рима, Папа.


C) Церковь как народ Божий


Термин „Народ Божий" стал лозунгом начала Второго Ватиканского Собора.

Если Церковь определяет себя как Странница на земле, то это означает, она ещё не достигла своей цели и имеет надежду. Данный лозунг позволяет определить характер пути Церкви и каждого отдельного христианина. Можно также сказать, что внутри самого народа Божьего, как в любом другом народе, имеются свои учреждения и службы, однако, каждый всё равно остаётся пилигримом. Таким образом, каждый может осознать своё «Auf-dem-Weg-sein» (бытие на пути), свою собственную предварительность в отношении жизни на земле, слабость, а также ощущают нужду в реновации своей церковной личности.


Был ли для Церкви термин „Народ Божий" библейским ? Йозеф Ратцингер, который уже во время работы над своей диссертацией о св. Августине, интенсивно исследовал данный термин и сделал удивительное открытие. Понятие «Народ Божий» упоминается часто в Новом Завете, но только в нескольких местах обозначает – Церковь. По-гречески Церковь - ekklesia (вызванная), что в свою очередь берёт начало из еврейского языка – qāhāl

(народное собрание). Понятие „Народ Божий" подразумевает, как правило, народ Израилев. Тем не менее, при этом нужно обратить внимание на то, что согласно Ратцингеру, библейское понятие народа Божьего в Ветхом завете не является просто признаком происхождения народа, но говорит о том, что насколько Израиль обращён к Господу, настолько он и является Его народом. Он создаёт то, что не может появиться самостоятельно. Теперь проведём параллель с Церковью. Христиане могут образовывать новый народ Божий только в том случае, если они признают Христа как своего главу.

Мы народ Божий, появившийся не иначе чем из распятого и воскресшего Христа. Благодаря Ему Церковь является Его знаком и «рабочим» инструментом среди людей, что ведёт всех нас к благу. На основании этого Ратцингер делает следующее заключение: „Верными Собору мы становимся только тогда, когда одновременно читаем и думаем над его экклезиологией, таинством и народом Божьим".


Экклезиология*** «Свет Народа» заканчивается главой о Матери Божьей.

Папа Бенедикт видит в ней указание:


„Еще раз становится очевидным то, из чего мы исходим. Церковь это не институт и не обыкновенная социологическая организация. Церковь это Личность. Она - женщина. Она - Мать. Она живая. Связанное с культом девы Марии понимание церкви – это радикальная противоположность организационному или бюрократическому церковному понятию".


Литургия


Здесь мы открываем для нас пятый и, несомненно, самый яркий спектр теологии Понтифика – литургия. В ней вечное сияет сквозь времена. Церковь живет Евхаристией. Это ядро её мистерии. „Церковь это не только божественное учреждение, образованное человеком. Она определяет себя таинственно, то есть она развивается по ходу истории через Слово Божье посредством литургии. Литургия и Слово открывают нам исцеляющее действо Иисуса Христа и, таким образом, превращают вечное в видимую в ходе времени реальность". Для Папы Бенедикта литургия - это „культ ясного неба". На её открытом бытие Божьем, основывается её собственная универсальность, которая укореняется в преданности нам распятого и воскресшего Христа. Он - новый универсальный храм, „его растянутые на кресте руки это мир. Это Его объятие нас вечной любовью". Действительно здесь мы продвинулись вперед к сердцу теологии Ратцингера, к Евхаристическому образованию его экклезиологии. Народ Божий нужно понимать как тело Христово. Народ этот живёт этим Телом в Евхаристии. Для Папы Бенедикта это означает, что Церковь будет „всегда заново рождённой в открытом сердце Господа".


Евхаристия - это сердце христианской жизни. То, что Папа Иоанн Павел II в его последней энциклике Ecclesia de Eucharistia (Церковь Евхаристии) говорит всем верующим, очень похоже на формулировку Ратцингера в 1977 году:


„Церковь это собрание. Она является общением Бога с людьми во Христе и, таким образом, состоит из людей, таинств, знаков и инструментов блага. Церковь - это празднование Евхаристии, Евхаристия - это Церковь; и то и другое не стоит рядом друг с другом, а является одним и тем же. И отсюда всё имеет иное смысл. Евхаристия это таинство Христа, и так как Церковь - Евхаристия, она тоже таинство, объединяющая в себе все остальные сакральные действа".


Для Папы Бенедикта Евхаристия это основной смысл его жизни также как должность наследника св. Петра. То факт, что он в «год Евхаристии» стал наместником Иисуса, Папа объясняет как дар Божий. Таким образом, было неудивительно, что Папа после своей первой энциклики „Deus caritas est“ (Бог есть любовь) постсинодальное послание озаглавил как Sacramentum Caritatis („Таинство любви Божьей" по Фоме Аквинскому).


От дискуссий вокруг Motu Proprio Summorum Pontificum об употреблении Римской литургии перед реформой 1970 года (так называемая „тридентская месса") речь бывшего архиепископа Мюнхена и Фрайзинга кардинала Ратцингера говорит о следующем:


„Чтобы не быть неправильно понятым, я хотел бы сказать, что очень благодарен вам за новый удачный Миссал. Но я считаю, что презентация новой книги вместо новой литургии является несчастьем. Поэтому я полагаю, что новое издание должно чётко указывать на то, что Миссал Папы Павла VI - это ничто иное, как обновленная формулировка того Миссала, с помощью которого проводили Мессы Папа Пий X, Урбан VIII, Пий V и их предшественники. Осознание постоянного внутреннего единства истории веры, которая исходит из единства всегда прибывающей в этой истории единой молитвы, существенно для церкви".


Экуменизм


Здесь мы вступаем на порог предпоследнего спектра теологии Папы Бенедикта, а именно к вопросу экуменизма. Уже в своём первом послании после избрания его Понтификом Ратцингер обозначил экуменизм как свою основную задачу: „ всеми силами работать над реновацией полного и видимого единства всех учеников (Апостолов) Христа. Нынешний наследник Петра готов сделать все, что в его власти, дабы содействовать решению основной задачи экуменизма. По следам своих предшественников он твердо решителен, поддерживать каждую инициативу, которая может содействовать контактам и взаимному согласию с представителями различных Церквей и церковными общинами".


В различии между двумя определениями – Церковь и церковная община, которую можно найти в документе Lumen Gentium – Свет народа, возникла дискуссия, после того как Конгрегация богословия опубликовала документ от 10.07.2007 года, под названием: „Ответы на вопросы к нескольким аспектам относительно экклезиологии".

Надо также упомянуть и о декларации Конгрегации по вопросам веры Dominus Iesus (Господь Иисус Христос), которая также вызвала всемирное разногласие осенью 2000 года. И в центре этого диспута стоит также католическое определение Церкви, какое ей дал Второй Ватиканский Собор в формуле subsistit-in („воплощенный в…")


„Церковь в этом мире, который устроен как единое общество, воплощена в Католической Церкви, которая сопровождается наследником Петра и епископами, находящимися в единении с ним. Это не исключает, что присутствующие вне её разнообразные элементы святости и истины не должны учитываться и приниматься людьми. Эти блага, как дары Церкви Христовой должны проникать в Католическую Церковь и быть с ней едиными”.


Недоумение, в частности, вызвал ответ на вопрос, почему Собор не придаёт церковным общинам, которые во время реформации 16-ого века отделились от Католической Церкви, значения "Церковь". Ответ был следующим: Эти церковные общины не сохранили таинства пресуществления и, таким образом, первоначальный и полный смысл таинства Евхаристии.


В одном интервью в 2000 году, в котором речь шла о воплощении, кардинал Ратцингер объяснял, что „бытие Церкви как таковое" более широкое, „чем сама Римско-католическая Церковь, но в этом бытие она уникальным образом имеет собственный характер.

Он говорит также о так называемом „примирённом различии". Тем не менее, оно не может означать, что содержание этих различных общин одинаковое и вследствие этого исключён вопрос истины. Тогда получается, что мы „как будто всех нас рассматриваем как единое целое, даже если мы по-разному верим и учим.” Правильное употребление этих двух понятий (Церковь и церковная община) возможно лишь в том случае, если они свидетельствует, что мы ведём диалог вопреки всем противоположностям. Эти противоположности нас не устраивают, тем не менее, мы все являемся фрагментами Церкви Христовой, живём в мире Христа, то есть примирены между собой".


Однако, экуменизм может быть ускорен только внутренним обращением, которое взывает к совести и, таким образом, ведёт в прогрессу в этой сфере. Жажда экуменизма христиан ощутима, прежде всего, между конфессиями, которые связывают одну веру и одинаковые таинства. При этом мы не в последнюю очередь вспоминаем о прошлогодней встрече Папы с Патриархом Константинопольским Варфоломеем, почетным руководителем Православной Церкви, в праздник св. Апостола Андрея. Очень часто жесты важнее, чем слова.


Йозеф Ратцингер сам продвинул вперёд экуменический диалог с Православными Церквами, после изложения своих тезисов в 1976 году, известных как «тезисы Ратцингера»: „Рим больше не должен требовать от востока обучения в вопросе главенства, так как это было в первом тысячелетиии". В конечном счете, единство Церкви согласно Папе Бенедикту это "дата", т.е. нечто данное, которое не может быть основано на неких всемирных моделях объединения или на каком-либо политическом фундаменте, так как ни Папа, ни Всемирный Совет Церквей не могут действовать в этом вопросе самовольно. Мировая задача состоит скорее в том, «чтобы покорно укреплять веру, другими слова осознавать, что действительно является её ядром. Понимать, что не мы сотворили веру, а приняли её от Господа. Мы должны быть открытыми для Бога и быть в центре укрепления веры, чтобы только Он мог вести нас дальше".


Политика


Мы подошли к последнему спектру теологии Понтифика: к христианскому обществоведению. Как первосвященник Бенедикт XVI повышает уровень общественности Евангелия. Освещать не своим сетом, но Светом Христовым всех людей. Такова основная внутренняя установка Папы и в то же время основа экуменического диалога со всеми людьми доброй воли, с представителями других вероисповеданий, религий и культур, а также с ответственными лицами в государстве и обществе, дабы служить миру и единству всей семьи человеческой. В нынешнем межкультурном кризисе, вызванном соотнесением божественных законов, должна находиться под защитой истина неприкосновенности человеческого достоинства. Поэтому сегодня не могут находиться под сомнением истина и любовь, исходящих от Бога, а не являющихся чем-то относительным или личным в каждом человеке. В эпохальном 1989 году кардинал Ратцингер напоминал:


„Общество, которое существование человека делает приватным и определяет себя как полную профанацию, именуемую псевдорелигией и новой, порабощающей тотальностью - такое общество печально в своей сущности: оно основывается на принижении достоинств человека. Общество, социологический порядок, которого последовательно определяется агностицизмом, - это не свободное, а отчаянное общество. Оно определяется отчаянием человека, который бежит от Бога и находится в постоянном противоречии самому себе".


Поэтому Церковь должна иметь мужество разъяснять „общественную степень ее человеческого облика". Папа Бенедикт отмечает, что Бог не может быть удалён из общественного сознания. Если Европа в обсуждении преамбулы к своей конституции отрицает свои собственные еврейско-христианские корни, то не только христианам и евреям, но также и мусульманам грозит „цинизм секуляризованной культуры, которая отрицает свои собственные основы". Если горизонт вечной любви и истины берёт начало в человеческом разуме, то он будет изувечен и древо без корней засохнет.


Возвратимся здесь снова к исходному пункту моего доклада:

Действительным смыслом лекции в Регенсбурге был протест против общества, которое игнорирует основные религиозные принципы и тем самым унижает себя.


III. Заключение


Таким образом, мы можем резюмировать весь спектр теологического мышления Папы Бенедикта: вера и разум, вопрос божественности, откровение, происхождение и сущность Церкви, литургия, экуменизм и политика. Всё это является светлой полосой, которая преломляется во всех областях этого спектра и для которой Святейший отец живёт для Христа Иисуса, являющегося Путём, Истинной и Жизнью (Ин 14,6).


В конце книги о Бенедикте XVI, своему бывшему ученику, пишет сегодня

92-летний профессор Альфред Лэппле: „Имеют ли сегодня место различные знаки и чудеса?" Он имеет ввиду один феномен, который наверняка забыт в Германии.

Во время посещения Понтификом 28 мая 2006 года бывшую территорию концентрационного лагеря Освенцим-Биркенау, когда Папа хотел поговорить с выжившими и помолиться о жертвах, на небе вспыхнула яркая радуга. Репортёр сразу же вспомнил строки из Библии: „И будет радуга в облаке, и Я увижу её, и вспомню завет вечный между Богом и между всякой душою живою во всякой плоти, которая на земле" (Быт 9,16). Если не Истина, как сказал однажды кардинал Ратцингер, вспыхивает в союзе Божьем, то кем являемся мы и кто такой Бог? Для него, Бог, который сам является "отношением", союзом с людьми, является не чем-то поверхностным, а „откровением и сиянием Себя Самого".


„Смотреть на Христа!" Не является ли этот девиз в честь посещения Папой Австрии в 2007 году, подходящим для всего спектра его теологии? Искать Лик Христа, который является источником вечной любви и истины – на это вдохновляет нас Папа Бенедикт XVI как блестящий и в то же время покорный теолог и добрый пастырь.


------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


*Эзотерика (от др.-греч. ἐσωτερικός — внутренний) — учения о скрытой мистической сути (предначертании) судьбы объектов Мира (и человека), закодированной в сверх-глубинах индивидуального (и коллективного) бессознательного; область её изучения — процессы, происходящие во Вселенной, синхронно отражающиеся в глубинах человеческой души. «Математикой» Эзотерики, дешифровывающей тайны жизни индивида (как и любого иного процесса или предмета), является Астрология (связывающая Космические и психологические факторы).[1] Эзотерическая психопрактика, ныне редко сохранившаяся в рамках некоторых мистических традиций, используется ограниченным числом адептов и носит преимущественно прикладной характер. В качестве примеров такой практики можно назвать суфизм внутри ислама, каббалу внутри иудаизма, нейдан внутри даосизма, йога внутри индуизма, чань (эзотерический буддизм, он же дзогчен, он же дзен) внутри буддизма и исихазм внутри православия.. Эзотерические системы (школы) скрываются в недрах ряда (в основном Восточных) религий, принципиально отличаясь от (часто устарелого христианизированного) Западного Мистицизма (орденов и религий) тем, что их эзоУчения, при всей своей кажущейся «абстрактной миросозерцательности», куда более зрело мудры и жизненно практичны.


**Герменевтика -- ( от др.-греч. ἑρμηνευτική — искусство толкования, от ἑρμηνεύω — толкую):

  • теория и методология истолкования текстов («искусство понимания»);

  • направление в философии XX века, выросшее на основе теории интерпретации литературных текстов. С точки зрения герменевтики задача философии заключается в истолковании предельных значений культуры, поскольку реальность мы видим сквозь призму культуры, которая представляет собой совокупность основополагающих текстов.



***Экклезиология -- ( от греч. ἐκκλησία — церковь + греч. λόγος — знание) — отрасль христианского богословия, изучающая природу и свойства Церкви. Является учением о Церкви как раздел догматического богословия и как элемент богословия того или иного св. отца.


Перевод: Католическая информационная служба Agnuz

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconПлан лекции Притча о четырех дверях Скандал Церкви
Церковь — это храм с четырьмя дверьми. Иисус Христос — его краеугольный камень. На этом камне держаться основы: вера Марии, учение...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconКнига (структура, время написания
Подготовить понятия: религия, догмат, символ веры, вера, теология, религиозный культ, церковь, конфессия, храм, молитва, теизм, деизм,...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconКлассный час на тему: «Здоровье не купишь его разум дарит»
Провести анкетирование среди учащихся: «Твоё отношение и отношение родителей: к сквернословию, к курению, к употреблению спиртного»-...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике icon«Вера в дьявола в истории религии»
Поэтому необходимо рассказать о том, как возникла вера в дьявола, какое место она занимает в системе всех религиозных учений, а также...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconВера в аллаха основа вероубеждения
Поистине, вера в Аллаха, вместе с поклонением и подчинением – есть дух религии, какой бы она ни была, также она является духом ислама,...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconРеферат Мировые религии (буддизм, христианство, ислам), их краткая характеристика
Его нет; третьи верят в прогресс, справедливость, разум. Вера является важнейшей частью мировоззрения человека, его жизненной позицией,...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconПоиграем с папой
Психологи говорят, что игры с папой обладают особым психотерапевтическим воздействием

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconВера в бога или вера в науку
Христа, но разум упорно твердит – «это противоречит научному здравому смыслу». И вот богословы засели не за творения Святых Отцов,...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconО пении тропарей и кондаков на литургии
Божиих, из Библейской истории, из истории Церкви. Поэтому необходимо с особой внимательностью относиться к пению на литургии тропарей...

„вера и разум“, религиозный фанатизм, Церковь, как термин, объясняемый Папой, а также его отношение к литургии, экуменизму и политике iconЕ. А. Замедлина Шпаргалка по основам менеджмента
Английский термин «менеджмент» не переводится на русский язык дословно. Его принято переводить как «управление», а термин «менеджер»...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница