Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и




НазваниеПредисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и
страница11/41
Дата конвертации03.03.2013
Размер6.39 Mb.
ТипДокументы
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   41

Федерации Шарлеруа

Бельгийской левой оппозиции


Дорогие товарищи!

Спешу ответить на вопросы, которые вы мне ставите в вашем письме от 19 июня.

1. Интернациональный Секретариат ответил вам, что он не знает причин, по которым т. Росмер прекратил своё участие в революционном движении. Вы считаете это невероятным. Я вполне понимаю ваше недоумение. Тем не менее мне самому были всё время неясны причины ухода т. Росмера из Лиги. Последнее письмо его к нам также даёт мало материала для каких-либо политических выводов.

2. Должен с сожалением отметить, что та часть письма т. Росмера, которая излагает моё отношение ко внутренним конфликтам в Лиге, даёт неправильное представление о том, что было. По изображению т. Росмера выходит так, будто моё вмешательство помешало т. Росмеру устранить из Лиги или нейтрализовать внутри Лиги её отрицательные элементы во главе с т. Р.Молинье. Так как никаких политических разногласий, по словам т. Росмера, не было, то остаётся совершенно непонятным, почему я вмешался и почему я поддержал т. Молинье против т. Росмера. Всё это абсолютно неверно с начала до конца.

Т. Росмер забыл вам сообщить, что он жил у меня известное время одновременно с Молинье. На нас обоих, как и на т. Маргариту Росмер155, т. Молинье произвёл прекрасное впечатление своей преданностью делу, энергией, предприимчивостью, самоотверженностью. Уже в это время мы знали, что по поводу т. Молинье распространяются всякого рода сплетни, одной из причин которых является порывистый характер т. Молинье и его способность нарушать филистерские правила и предрассудки. Вместе с т. Росмером и Маргаритой Росмер мы решили дать категорический отпор этим сплетням и инсинуациям. В этом смысле я написал письмо парижским товарищам по инициативе т. Гурже, который всегда аттестовал Молинье с самой лучшей стороны, как настоящего революционера и прекрасного товарища.

После отъезда т. Росмера в Париж он не раз писал мне не только с похвалой, но с восторгом о работе Молинье. В его письмах, как и в письмах Маргариты Росмер, встречались такие фразы: “Если бы у нас было два таких Раймона, мы далеко ушли бы вперёд...”

Через несколько месяцев в письмах т. Росмера стали появляться указания на то, что между Молинье и Навиллем трения и конфликты, причём т. Росмер ни разу не писал мне, кто, по его мнению, несёт ответственность за эти конфликты.

Ещё через несколько недель я получил два письма: от т. Росмера, с одной стороны, от тт. Навилля, Жерара и Гурже, с другой - против Молинье. Из этих писем я впервые узнал, что тт. Росмер и Навилль сделали попытку лишить т. Молинье права занимать какие бы то ни было посты в Лиге, и даже, как сквозило между строк, исключить его из Лиги. Такое требование они предъявили парижской федерации, секретарём которой был Молинье. Федерация подавляющим большинством голосов против инициаторов предложения о снятии Молинье с секретарства высказалась против Росмера и Навилля. Только после этого они написали мне свои письма, требуя моего содействия против Молинье.

Из этого изложения вы видите, что без какого бы то ни было участия с моей стороны, даже без моего ведома, парижская организация отвергла притязания товарищей Росмера, Навилля и др. и взяла т. Молинье под защиту.

К этому надо прибавить, что всё предшествующее время я находился в постоянной переписке с Росмером и Навиллем, но совершенно не переписывался с Молинье. Все письма, все документы, относящиеся к этому периоду, хранятся в моём архиве, и я охотно предоставлю их любой группе товарищей, заслуживающих доверия.

Чем мотивировали Росмер, Навилль и др[угие] требование репрессий против Молинье? Тем, что он “вмешивается” в такие вопросы, которых он ”не понимает”. Тем, что он выдвигает неразумные предложения и пр. На это я ответил, что если бы дело шло о политических разногласиях, я мог бы высказаться. Поэтому я прошу сообщить мне, какие именно предложения выдвигает Молинье. Вместе с тем я указал в письме Навиллю на совершенную недопустимость делить товарищей на две категории, из которых одна может вмешиваться во все вопросы, а другая должна заниматься технической работой. Как и во многих других случаях, Навилль проявил здесь полное непонимание духа пролетарской революционной организации, все члены которой не только вправе, но обязаны активно вмешиваться во все вопросы, начиная с самых мелких и технических и кончая самыми сложными вопросами революционной политики.

Только после этого я получил представление о характере тех разногласий, которые на каждом шагу противопоставляли т. Молинье т. Навиллю, причём т. Росмер, не высказываясь по существу, фактически поддерживал Навилля. Разногласия эти касались: отношения к партии; отношения к синдикатам; отношения к интернациональной организации левой оппозиции; наконец, методов и характера работы самой Лиги. Впечатление, которое я вынес на основании писем, документов и устных бесед с товарищами обеих групп, убедило меня в том, что во всех основных вопросах т. Молинье был гораздо ближе к революционной политике, чем т. Навилль. Разногласия имели не личный, а принципиальный характер и во многом совпадали с разногласиями между Шарлеруа и Оверстратеном, с той разницей, что т. Навилль никогда не формулировал своих взглядов с такой решительностью, как Оверстратен.

К этому я должен прибавить, что в объяснение своего требования исключительных мер против Молинье т. Росмер счёл возможным сослаться также и на все те неблагоприятные слухи, которые нам с ним были известны раньше и которые мы вместе с ним считали не заслуживающими внимания156. Этот аргумент т. Росмера произвёл на меня самое тягостное впечатление. Я ему ответил в том смысле, что если он придаёт значение старым или новым инсинуациям, то он обязан истребовать создания контрольной комиссии из надёжных и беспристрастных товарищей для рассмотрения вопроса в целом. Что другое можно предложить в революционной организации?

Вы знаете по собственному опыту, как нелегко я решился на разрыв с Оверстратеном, несмотря на то, что вы настаивали на этом (и оказались правы). Я считал своим долгом исчерпать все меры, чтобы добиться возможности сотрудничества. Совершенно так же я поступал и в отношении французских разногласий. Так как товарищи Росмер, Навилль и др[угие] предложили мне вмешаться в конфликт, то я решил с согласия обеих сторон сделать попытку отделить личные моменты от принципиального, смягчить трения и создать нормальные условия для обсуждения спорных вопросов. Не имея возможности приехать во Францию, я пригласил к себе товарищей Молинье и Навилля, провёл с ними ряд дней в обсуждении всех спорных вопросов, причём мы единогласно (с участием т. Милля, Франкеля и Маркина) выработали известные решения, которые шутливо назывались “принкипским миром”. Эти решения предусматривали создание контрольной комиссии для рассмотрения всякого рода личных обвинений. Принкипские решения вам, впрочем, должны быть известны (на всякий случай я попрошу послать вам их). На пленарном заседании Лиги эти решения были приняты единогласно, но т. Росмер не явился даже на заседание и продолжал бойкотировать Лигу, не объясняя и мне действительных причин своего поведения.

Условия “принкипского мира” были нелояльно нарушены т. Навиллем. Не обращаясь к контрольной комиссии, т. Росмер считал возможным и в дальнейшем делать совершенно недопустимые характеристики т. Молинье. Такого рода характеристики, говорящие всё и ничего, намекающие, двусмысленные, компрометирующие без прямого обвинения, нашли отражение и в том печальном письме, копию которого вы прислали мне. Такой образ действий я считаю противоречащим принципам пролетарской организации.

Такова фактическая сторона дела.

3. Несколько слов о принципиальной стороне. Лигой руководили Росмер и Навилль в течение первого года. В самых общих вопросах они развивали или давали развивать другим в “Веритэ” идеи левой оппозиции. Но это делали и Оверстратен, и Урбанс, и Ландау. Проверка началась с чисто французских вопросов, где приходилось занимать боевую позицию. Здесь т. Росмер ни разу не занял ясную позицию, особенно в синдикальном вопросе, и в то же время поддерживал в корне ложную политику Гурже и Навилля в синдикальной области. Мои письма т. Росмеру, в которых я указывал на величайшую опасность этой политики, начались с первого дня существования “Веритэ”. Т[оварищ] Росмер ни разу не дал мне ясного ответа. Я не ставил вопросов открыто в печати или перед организацией, ибо надеялся добиться результатов путём личной переписки и устных объяснений. Если т. Росмер отрицает принципиальные разногласия или даже говорит, что они были выдуманы задним числом (как?), то это только показывает, как невнимательно относится т. Росмер к основным проблемам пролетарской революции. Необходимую чуткость к революционным вопросам можно поддерживать в себе, только сохраняя с революционным движением непрерывную связь. Т[оварищ] Росмер по поводу тех или других конфликтов даже личного характера считает возможным отстраняться от движения на месяцы и годы. Немудрено, если при таком отношении к движению в целом ему наши принципиальные разногласия кажутся несущественными или даже несуществующими.

Ещё один вопрос, последний. Т[оварищ] Росмер говорит о “зиновьевских” методах. Что он хочет этим сказать? Надо перестать играть словами и сеять путаницу. Откуда взялись “зиновьевские методы”? Они выросли из крутой перемены политики. Когда эпигоны под давлением новых элементов и новых обстоятельств стали ломать традицию партии, они не могли опираться на общественное мнение пролетарского авангарда, - наоборот, они действовали против него. Суть “зиновьевских методов” состояла в том, что бюрократический аппарат путём насилия над пролетарским авангардом и путём обмана широких рабочих масс навязывал политику, противную традициям партии и революционным интересам пролетариата. Методы вытекали, следовательно, полностью из существа политики.

Что же означают “зиновьевские методы” в настоящем случае? Против какого пролетарского авангарда мы ведём борьбу? Какое революционное крыло мы подавляем или устраняем во имя оппортунистической политики? Надо же взвешивать слова. Под зиновьевскими методами понимают теперь нередко то, что причиняет личные огорчения или не удовлетворяет собственных вкусов.

На самом деле положение сложилось совсем иное. В оппозицию записывались в З[ападной] Европе начиная с 1923 года самые разнообразные элементы, в том числе и такие, которые с нашими идеями имеют очень мало общего. Субъекты типа Паза великодушно соглашались быть или числиться левыми коммунистами, крайними революционерами под тем условием, чтобы от них ничего не требовали и чтобы пролетарская революция не мешала их пищеварению. Во Франции очень распространены традиции кружков, где собираются раз в неделю, разговаривают обо всём, расходятся, ничего не решив, выпускают раз в месяц журнальчик, в котором каждый пишет, что ему придёт в голову. Лучшим из таких кружков до войны был кружок Монатта. Но и его дух, навыки, приёмы работы, метод мыслить - всё это было бесконечно далеко от пролетарской организации, хотя бы маленькой и слабой, но серьёзно стремящейся встать во главе масс. Кружок Суварина, с одной стороны, кружок Навилля, с другой, являются новыми разновидностями того же типа: несколько личных друзей обсуждают вопросы революции и печатают статейки. Вот и всё. Эти нравы, несомненно, принесены были и в Лигу. А когда более активные, более революционные элементы начали ставить вопросы по-иному, то в них увидели смутьянов, нарушителей мира, дезорганизаторов и пр.

И по принципиальной линии, и по политической, и по организационной т. Росмер неправ. У меня не было никакого основания выступать против т. Росмера, поскольку он просто отстранился от работы. Но сейчас т. Росмер фактически стал знаменем всех тех элементов, которые ведут борьбу против основных наших идей и которые до сих пор гораздо более компрометировали идеи левой оппозиции, чем пропагандировали их. На наших глазах происходит попытка беспринципного насквозь блока: бордигистов, Ландау, Навилля, Оверстратена, даже Снивлита, заигрывание с Урбансом, - причём все эти элементы так или иначе пытаются прикрыться Росмером. Ничего более смешного, карикатурного и недостойного, чем этот блок, нельзя себе представить. Дать этому блоку своё имя значит скомпрометировать себя навсегда. Несмотря на то, что многие десятки моих писем оказались безрезультатны, я всё же хочу надеяться, что т. Росмер не даст своего имени недостойному блоку, заранее осуждённому на жалкий провал.

Во всяком случае, я со своей стороны готов сделать решительно всё для восстановления возможности совместной работы, - всё, кроме отказа от тех принципов, которые лежат в основе деятельности большевиков-ленинцев.

С коммунистическим приветом

Л.Троцкий.

P.S. Во избежание недоразумений отмечу то, что разумеется само собой: я не брал и не беру на себя ответственности за все политические шаги т. Молинье, с которым мы не раз расходились в оценке серьёзных практических вопросов. В тех случаях, когда мне казалось, что т. Молинье совершает крупные ошибки, я это высказывал ему и другим. Такого рода расхождения совершенно неизбежны при общей работе. Никакая принципиальная солидарность не может обеспечить совпадения взглядов во всех вопросах тактики и организации. Разногласия с группой Навилля, наоборот, имели всегда в своей основе принципиальные расхождения. Что касается т. Росмера, то, как уже сказано, держась в принципиальных вопросах крайне уклончиво, он на деле поддерживал и поддерживает Навиля, Ландау и пр.

[Л.Д.Троцкий]

28/VI/1931 [г.]


[Письмо М.Миллю]

28 июня 1931.

Дорогой товарищ Миль!

1. Посылаю письмо для Шарлеруа157 с двумя приложениями. Письмо придётся вам, очевидно, перевести. Оно, может, пригодится и для Франции, раз Росмер выступает активным противником.

2. Уже месяца три тому назад я предупреждал т. Нина, что Маурин заключит сделку со сталинцами и что Нин окажется при этом выброшен. Если ваши сведения верны и дело к этому подходит, то надо как можно скорее распространить критику декларации каталонской федерации.

Надеюсь, что последнее моё письмо по поводу испанских дел158 (лозунг “долой Замора” и пр.) вы немедленно после перевода пришлёте Лакруа.

3. Телеграмма Рейтера159 из Варшавы о моём мнимом интервью - неслыханная гнусность. Следовало бы в “Веритэ” хоть в двух строках отметить это. Полемизировать мне в греческой печати не имеет смысла. Но греческие товарищи могли бы сами напечатать разоблачительную заметку. Я в своё время, помнится, говорил, почему непосредственная связь отсюда с активистами представляет большие неудобства.

4. Я пишу сейчас Раймону [Молинье], чтобы он 10 июля передал итальянским товарищам 1000 франков на издание брошюры об Испании на итальянском языке. Я надеюсь, что письмо дойдёт ещё своевременно.

5. Не ясно мне, почему вы с такой категоричностью говорите о том, что наша испанская кампания на организации не отразилась и “не отразится”. Что за странный фатализм? Тогда что же отразится, если не испанская революция?

6. Не совсем мне понятно также и то, что вы пишете по поводу “Веритэ” и “Лютт де Клясс”. “Веритэ”, насколько я знаю, есть орган Лиги. “Лютт де Клясс”, по-видимому, остаётся органом клики Навилля. Если так, а по некоторым признакам я сужу, что это так, - то странно изображать “Веритэ” и “Лютт де Клясс” просто как два конкурирующих органа.

[Л.Д.Троцкий]

1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   41

Похожие:

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconМашины, оборудование и механизмы; электротехническое
При условии соблюдения положений примечания 1 к данному разделу, примечания 1 к группе 84 и примечания 1 к группе 85, части машин...

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconКарл поппер открытое общество и его враги
В. И. Брюшинкиным (главы II —17 и примечания к ним, Дополнения к тому 2), П. И. Быстровым (главы 18—20, 25 и примечания к ним), В....

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconЛитература Ниже приводятся 1,7,9 и 10 главы сочинения. Примечания, выделенные курсивом авторские, примечания обычным шрифтом психолога Вяч.
Примечания, выделенные курсивом – авторские, примечания обычным шрифтом – психолога Вяч. Вс. Иванова, составившего комментарии при...

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconИ поражений под редакцией доктора исторических наук Ю. Г. Фельштинского москва терра-книжный клуб 1999 удк 947
В65 1917-й. Год побед и поражений / Под ред. Ю. Фельштинского. — М.: Терра—Книжный клуб, 1999. — 320 с. — (Тайны истории в романах,...

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconИз Видевдата Перевод с авестийского Ивана Стеблин-Каменского
И. Стеблин-Каменский, 1992, перевод на русский язык, предисловие, примечания, словарь

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconИздания и проч. В общем случае аппарат издания включает: выходные сведения, аннотацию или реферат (в научных изданиях), содержание (оглавление), библиографические элементы, указатели различного назначения, примечания, комментарии и др. Состав аппарата и его полнота определяются видом издания
Редакторская работа в книжном деле многофункциональна и разнообразна. Между тем есть в ней общая цель, которая определяет, объединяет...

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconБ. Л. Смирнов Ашхабад, 1978 г. Издательство «Ылым»
Философски тексты «Махабхараты». Отв ред. Ю. М. Волобуев. Перевод с санскрита, предисловие, примечания и толковый словарь Б. Л. Смирнова....

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconЮ. Г. Фельштинского и Г. И. Чернявского
Известия, №157 с указанием сведений, добытых расследованием Особой комиссии

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconЮ. Г. Фельштинского и Г. И. Чернявского
Известия, №157 с указанием сведений, добытых расследованием Особой комиссии

Предисловие, примечания, указатели Ю. Г. Фельштинского и iconПрограмма расследования Особой комиссии по земельному вопросу
Красный террор в годы Гражданской войны / Под ред Ю. Фельштинского. М.: Терра-книжный клуб, 2004. 512 с


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница