Закат человечества




НазваниеЗакат человечества
страница2/7
Дата конвертации11.03.2013
Размер1.23 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7


Общества при максимумах цивилизаций организованы в систему независимых правителей, где решение принятое на более высокой ступени иерархической лестницы, признается нижестоящими лишь в той мере, в какой оно было выражает их общие интересы. Именно такие иерархические системы представляют собой современные политические организации, напр., ЕС и НАТО, где между центральными органами союза и отдельными государствами существуют типичные отношения вассалитета. В такой же союз превратится и США около 2062 года, когда отдельные штаты станут независимыми федерациями графств. А к сер. 22 в. сформируется Вашингтонская империя, где кроме имперского правительства в Вашингтоне будет существовать множество региональных правительств на более низких уровнях иерархии, напр., Европейское, правительство Андских стран (Венесуэлы, Колумбии, Эквадора, Перу и Боливии) и т. д. Этот мир будет однополярным в том смысле, что гегемоном в нем будут США, и многополярным в том смысле, что для каждой территориальной единицы будет существовать кроме глобального находящийся на более низком уровне иерархии локальный центр притяжения, напр., для Центральной Европы – ФРГ, для Кореи – Япония, для Украины и Белоруссии – Россия.

Точно также была организована и Римская империя: «…фригийскую, карийскую и лидийскую части, как и страну мисийцев, трудно разграничить. Этому смешению немало содействовало то обстоятельство, что римляне не разделили их по племенам, а организовали управление небольшими областями, в которых они собирают народные собрания и производят суд»19.

Гегемония Рима Средиземноморье и США в современной цивилизации обусловлена глобализацией мирового хозяйства, которая автоматически превращает самую сильную страну мира в его правителя. Шпенглер отчасти верно указывал: «Римляне отнюдь не завоевывали мира. Они лишь овладели тем, что готовой добычей лежало для каждого»20. Конечно, Римская империя не только определенная стадия развития. Национальный момент здесь все же присутствовал. Однако римляне овладели Средиземноморьем не благодаря своему «пуританскому» прагматизму, а благодаря величине ресурсов своей стране и смежных с ней стран. Точно так же американцам предстоит стать господами 2/3 Земли не благодаря американским ценностям, которые уже почти улетучились вместе с их национальным характером, а по тем же причинам, что и Риму.

Конечно, гегемония США не примет таких грубых форм, как гегемония Рима. В зависимых странах будут сохранены местные правители. Однако эти правители аналогичны римским проконсулам, которые во внутренних делах своих провинций обладали не меньшей самостоятельностью от Рима, чем, например, английский премьер от Вашингтона. Государственным же слиянием провинций с Италией следует считать предоставление их городам латинкого гражданства. Т. к. жители Испании, балканско-анатолийского региона и Нарбоннской Галлии получили право латинского гржданства при Цезаре, слияние ЕС, североамериканских и андских стран в союзное государство следует отнести к началу 22 в., оновременно с установлением монархического строя в этих странах.

Россия присоединится к Вашингтонской империи ок.2120 г., т. к. военное присоединение ее аналога, Египта, совпало с экономическим – в 30 г. до н. э. в нем была введена римская монета. Примерно в то же время, что и Россия, к империи присоединятся Япония с Кореей.

При максимумах культуры власть организована так же, как и при максимумах цивилизции. Так в Средневековой Европе существовал гегемон – Германия, вассальные ей королевства (напр., Чехия, Италия) и более мелкие территориальные единицы, находящиеся на более низких уровнях иерархии и подчиняющиеся только своему непосредственному сеньору. К концу 11 в. Западная культура представляла собой такое же интернациональное сообщество, как Средиземноморье в начале 1 в. н. э. и цивилизации Земли к сер. 22 в.

Т. о. мы видим, что общество цивилизации является зеркальным отражением общества культуры. Однако если при максимуме цивилизации причиной интернационализации является расцвет международной торговли и специализация регионов на определенных видах товаров, то при максимуме культуры, наоборот, к интернационализации приводит расцвет натурального хозяйства, т. к. в условиях такого хозяйства регионы просто не нуждаются в центральном правительстве, как посреднике для связи с миром. Феодалы были такими же космополитами, как деятели современных ТНК, и так же как последние ищут страны с наибольшими возможностями для получения прибыли, так и феодалы средневековья искали господина, который даст больше золота, независимо от его национальности.

Именно потому, что максимумы культуры являются отражениями максимумов цивилизации, Шпенглер перепутал максимум культуры в Византии и Арабском халифате с максимумом цивилизации.

Отнесение Шпенглером национального к культуре, а интернационального – к цивилизации, конечно неверно. Расцвет отдельных наций приходится на границу между культурой и цивилизацией, когда влияние рыночного и натурального хозяйства уравновешено. Для Западной Европы это время – вторая четверть 17 в., для прочих стран – позже.

При максимуме цивилизации одни нации зарождаются на месте других (причем не обязательно со сменой языка), к точке равновесия культуры-цивилизации достигают расцвета своего типа и к моменту максимума культуры исчезают, а на их месте начинают выкристаллизовываться новые. Например, эллины как нация зарождались в 11 в. до н. э., достигли максимума национального типа ок. 500 г. до н. э. и закончили свое существование в начале 1 в. н. э., когда на их месте зародилась греко-византийская нация, достигшая максимума в 6 в. н. э. и растворившаяся в нач. 11 в. Т. о. нации всегда существуют между точками поворота циклов Шпенглера.

Отметим, что равномерность исторического развития характерна не для отдельных стран и народов, а для их комплексов – культур и цивилизаций. Для этих комплексов характерно расширение в пространстве. Так, предшественницей современной цивилизации была древнеанатолийская, ей наследовала более широкая балканско-анатолийская культура, которую сменила более широкая Средиземноморская цивлизация, породившая более широкую Западную культуру. Из лона Западной культуры вышла современная цивилизация Земли, которая породит к 33 в. культуру Абсолюта, в которую кроме Земли будут входить планеты ближайших к ней звезд.

Что касается характеристики Шпенглером общества цивилизации как застывшего, то оно конечно верно только для общества около максимума цивилизации. И здесь мы видим, что цивилизация – отражение культуры, т. к. общества около максимума культуры такие же статичные. То же мы видим и в развитии флоры: весной растения наращивают зеленую массу, а летом ее рост заканчивается и эта масса используется для одревеснения побегов. Осенью вновь наступает пора больших перемен, когда листья, выполнив свои функции, начинают опадать – процесс, обратный весеннему. Зимой же наступает оцепенение, противоположное летнему. Сходство это не случайно, а связано со специфическими свойствами времени, о чем ниже.

3

Аналог Латинской Америки – Галлия. Галлами римляне называли континентальных кельтов, а жителей Великобритании, не входившей в Средиземноморскую цивилизацию, - британцами, аналог которых на Земле ,конечно, отсутствует.

Ныне господствует искаженное представление о галлах как о народах, отличных от всех их окружавших. Якобы галлы развивали не науку и технику, а мистическое видение мира, магические практики и т. п. чепуху. Причем это понимание противопоставляется бытовавшему в советской историографии представлению о галлах, как отсталых, «варварских» народах. На самом деле оба вышеприведенных представления не соответствуют действительности. Галльские народы развивались по тем же законам, что и другие народы Средиземноморья, а их характерные особенности соответствуют латиноамериканским, что и будет показано ниже.

«Все племя, теперь называемое галльским и галатским, помешано на войне, отличается отвагой и быстро бросается в бой; впрочем оно простодушно и незлобиво. Поэтому в состоянии возбуждения галаты устремляются в бой открыто и без оглядки, так что тем, кто захочет применить хитрость, их легко одолеть. Кто бы, когда и где не пожелал бы под любым предлогом раздражить галатов, найдет их готовыми встретить опасность, хотя бы у них не было никакой поддержки в борьбе, кроме собственной силы и отваги. Если же их убедить, то они легко доступны соображениям пользы, т. к. способны воспринимать не только образование вообще, но также науку(!*). Что касается их силы, то она зависит отчасти от их крупного физического сложения, а частью обусловлена их многочисленностью. Они легко собираются вместе в большом числе, т.к. отличаются простотой, прямодушием и всегда сочувствуют страданиям тех своих близких, кому, по их мнению, чинят несправедливость. Теперь все они живут в мире, т. к. будучи порабощенными, вынуждены жить по предписаниям их покорителей – римлян; я дал это описание на основании древних обычаев…Хотя все галаты по натуре воинственный народ, все же они более искусные всадники, чем пехотинцы»21.

«Вдобавок к простодушию и храбрости у них еще много глупости и хвастовства, а также страсти к украшению… В силу такой душевной пустоты они нестерпимы как победители и выглядят совершенно растерянными, потерпев поражение»22.

«У всех галльских племен, вообще говоря, существуют 3 группы людей, которых особенно почитают: барды, предсказатели и друиды. Барды – певцы и поэты; предсказатели ведают священными обрядами и изучают природу; друиды же вдобавок к изучению природы занимаются также и этикой и вследствие этого им вверяют рассмотрение как частных, так и общественных споров»23.

Вышеприведенное описание галлов идентично латиноамериканцам. Люди, называемые Страбоном предсказателями, аналогичны латиноамериканским колдунам, весьма популярным в определенных кругах, а друиды – католическим священникам, которые в Латинской Америке действительно обладают высоким авторитетом, особенно среди сельского населения и, как и друиды, отличаются повышенным вниманием к социальным проблемам («теология освобождения» и т. п..). Однако в Латинской Америке существуют и атеисты, и вольнодумцы, не слишком уважающие авторитет священников. Кроме того, для Л. А., как и для всего остального мира, характерен процесс секуляризации, и обыватели все больше предпочитают церкви светские зрелища. Конечно, и в Галлии существовали атеисты (по крайней мере, в эпикуровском смысле) и люди, не признающие авторитета друидов. Совершенно неверно мнение, что друиды были самым образованным слоем и являлись единственными учителями и хранителями знаний галлов. Несомненно, что в Галлии большинство образованного класса, как и в других странах Средиземноморья в 3-1вв. до н. э., составляли учителя и ученые, а не друиды. Эти люди и являлись носителями цивилизации и прогресса, а вовсе не друиды, точно также как в современной Л. А. При всей популярности католических священников, колдунов и певцов важнейшую роль в развитии региона играют светские ученые, учителя и инженеры, причем подавляющее большинство из них придерживаются секуляристских взглядов. Примечательно, что Страбон пишет, что дал описание характера галлов на основании древних обычаев, что доказывает стирание особенностей национального характера галлов наждаком цивилизации.

Экономика и домашнее хозяйство галлов также идентичны латиноамериканским. «Пища у них обильная, состоящая из молока и мяса разного сорта, но главным образом из свинины, как свежей, так и соленой. Свиньи у них живут на свободе и отличаются величиной, силой и быстротой; они опасны…Что же касается их домов - больших и куполообразных, - то они строят их из досок и плетней, набрасывая наверху массу тростника. Стада овец и свиней так многочисленны, что галлы снабжают шорными изделиями и в большом количестве солониной Рим и большую часть областей Италии24».

Цизальпинской Галлии соответствует Мезоамерика (Мексика, мелкие «банановые» республики и Антильские острова). Полибий описывает обычаи цизальпинских галлов в первое время их поселения (до проникновения сюда римлян): «…селились они неукрепленными деревнями и не имели никакого хозяйства, ибо возлежали на соломе, а питались мясом; кроме войны и земледелия не имели никакого другого занятия, вообще образ жизни вели простой; всякие другие знания и искусства были неизвестны им. Имущество каждого состояло из скота и золота, потому что только эти предметы они могли легко при всяких обстоятельствах всюду брать с собою и помещать их по своему желанию. Величайшее попечение прилагали кельты к тому, чтобы составлять товарищества, ибо опаснейшим и могущественнейшим человеком почитался у них тот, у кого было наибольше слуг и верных товарищей»25.

«…Инсомбры, многолюднейший из этих кельтских народов»26, аналог мексиканцев, а Медиолан, «наиболее значительный город в стране инсомбров»27, аналог Мехико.

«Доказательством высоких достоинств этой области является ее многочисленное население, величина городов и богатство; во всех этих отношениях римляне, живущие в этой стране превосходят остальную Италию. Действительно, возделываемая земля приносит в большом количестве разнообразные плоды, а в лесах так много желудей, что Рим по большей части питается мясом свиных стад, происходящих отсюда. Богата эта страна и просом в силу обилия влаги в почве. Просо является весьма действенным в случае голода. Действительно, оно противостоит всем влияниям непогоды и всегда дает урожай, даже если случается недород других злаков28». Просу в Л. А. соответствует кукуруза, весьма распространенный здесь злак, про который как и про просо можно сказать, что он «противостоит всем влияниям непогоды» и «является весьма действенным в случае голода». Аналогия просо – кукуруза показывает отсутствие влияния климата на характер национальной экономики, т. к. в Мексике засушливый климат, а на Паданской равнине умеренно-влажный, однако и в том и в другом случае выращивается неприхотливый злак – приспособленное к умеренно-влажному климату Галлии просо и приспособленная к засушливому климату Мексики кукуруза, что объясняется многочисленностью и относительной бедностью населения регионов-аналогов. В Италии также выращивалось просо, особенно в «просяном поясе» близ Капуи, но только как кормовая культура, так же, как кукуруза на Среднем Западе США.

Как Мезоамерика является наиболее связанным с США регионом Земли, так и Цизальпинская Галлия относилась к Италии. В 49 г. до н. э. вся Цизальпинская Галлия получила право римского гражданства. Аналогом этого события будет предоставление всех прав гражданства США Мезоамерике около 2100 г. и ее полная интеграция в политическую и экономическую систему США, причем мексиканские штаты войдут в США по отдельности. В дальнейшем судьба США и Мезоамерики будет неразрывно связана и к началу 28 в. на их территории достигнет максимума англоязычный национальный тип, испанский же язык полностью выйдет из употребления.

Аналог Филиппин – Венеция. Положение Венеции в дельте Пада аналогично островному положению Филиппин, что станет яснее из нижеследующего. «Ведь одни города здесь являются островами, другие же только частично омываются водой. Удивительно, насколько все города, которые лежат над болотами внутри страны, доступны при плавании вверх по рекам, в особенности же по реке Паду»29. «…В отношении нравов и одежды они (венеты*) мало отличаются от кельтов, но языком говорят особым. Писатели трагедий упоминают часто об этом народе и рассказывают о нем много чудес (сравните: «филиппинская хирургия» и т. п.*)30». Аналог Манилы, возможно, Патавий. «Патавий – наилучший из городов в этой части страны (т. е. в Венеции, считавшейся частью Цизальпинской Галлии*)… Множество посылаемых в Рим разных товаров и всевозможной одежды также ясно обнаруживает, насколько многочисленно его население, и как оно искусно в ремеслах»31.

В 34-36 в. на Филиппинах, как и в Венеции за 2150 лет до этого, будет процветать торговая республика с центром на одном из нынешних захолустных островов (напр., на Палаване). Этот расцвет связан с фактором наличия неосвоенных ресурсов (общим для Латиноамериканского региона, частью которого следует считать Филиппины), а также с географическим положением Филиппин, окраинным для Латинской Америки и ближайшим к странам Востока (так же, как положение Венеции было окраинным для Галлии и ближайшим, по сравнению с другими частями Галлии, к Востоку.

Аналог Лигурии – Гвиана (Гайана, Суринам, фр. Гвиана). Здесь в 34-36 вв., как и на Филиппинах и по похожим причинам, вырастет торговая республика, аналогичная Генуэзской.

Трансальпийская Галлия соответствует Южной Америке. Массалиотида – аналог Перу. Аналог Лимы – Массалия. «Массалия основана фокейцами и расположена в скалистой местности. Гавань ее лежит у подошвы скалы, имеющей вид театра и обращенной к югу. Сама скала и весь город, хотя он значительной величины, прекрасно укреплены… Они владеют областью, которая хотя и обсажена оливковыми деревьями и виноградниками, но в силу своей неровной поверхности бедна хлебом; поэтому массалиоты, доверяя морю больше, чем суше, предпочли пользоваться своими врожденными дарованиями для мореплавания»32. Вышеприведенное описание вполне соответствует Лиме и Перу, жители которого, пожалуй, так же «доверяют морю больше, чем суше». По рыболовству Перу, как известно, занимает одно из первых мест в мире.

Массалия была основана ок. 600 г. до н. э., что примерно соответствует времени основания Лимы. Массалия первоначально была главным экономическим и культурным центром южной части Трансальпийской Галлии, впоследствии потеряв значение лидера. Точно также Лима – центр испанского вице-королевства Перу до середины 19 в. была первым и самым богатым городом испанской Южной Америки, центром цивилизующего влияния на соседей, впоследствии утратив роль лидера, но оставаясь одним из крупнейших городов Ю. А. Отличие же – Лиму основали не немцы, лишь формальное, т. к. греки-массалиоты не превратили окрестных галлов в эллинов, а передали им лишь внешние элементы своей культуры (алфавит и т. п.). «Массалиоты, расположившись в земле галлов, переняли немало туземных обычаев33», да и бол-во населения Массалии, по крайней мере с 3 в. до н. э., несомненно составляли галлы, а не греки.

Нарбонская Галлия в целом соответствует странам Андского пакта (Венесуэла, Колумбия, Эквадор, Перу, Боливия) и, возможно, Чили. Наиболее ориентированный на связи с США Каракас аналогичен Нарбону. «Нарбон лежит над устьем Итака и озером Нарбонитидой, это самый большой порт в этой стране»34.

Аналог Боготы – Немаус (Ним). «Столица арекомисков Немаус хотя и значительно уступает Нарбону в отношении количества чужестранцев и купцов, но превосходит его числом граждан, ибо у Немауса есть 24 подвластных селения с многочисленным, выдающимся по храбрости населением из единоплеменников, которые платят ему подати»35. Страна арекомисков – аналог Колумбии, а страна Нарбона аналогична Венесуэле. Страна арекомисков имела унитарное устройство, как и Колумбия, а страна Нарбона – федеративное, что доказывается между прочим тем, что при Цезаре вместе с Нарбоном право латинского гражданства получили окрестные города, в частности Русцина (Рускинон), по-видимому являющаяся аналогом Маракайбо. «Что касается Рускинона, то около него есть озеро, недалеко над морем болотистая местность со множеством соляных источников»36. Видимо, соль в районе Рускинона аналогична нефти района озера Маракайбо. Соль является необходимым элементом питания, кроме того, в античности она являлась практически единственным консервантом, а так как экономика Средиземноморской цивилизации базировалась на рабах (аналоге машин современной цивилизации), для которых пища являлась источником энергии, так же как топливные ископаемые – источник энергии для электростанций, питающих электричеством машины. Поэтому можно предположить что соляные источники играли в экономике Рускинона (а может и всего Средиземноморья) ту же роль, что нефтяные источники в штате Маракайбо.

«Вся остальная страна (Галлия к северу от Нарбонитиды*) дает большое количество хлеба, проса, желудей и скота всевозможной породы; она целиком возделывается, за исключением тех частей, где обработке препятствуют болота и чащи. Однако и эти места густо заселены, но скорее по причине избытка населения, чем в силу его усердия. Женщины отличаются плодовитостью и хорошие кормилицы, напротив, мужчины скорее воины, чем земледельцы. В настоящее время они вынуждены заниматься земледелием, оставив оружие»37. Это описание полностью соответствует Южной Америке к востоку от Анд. Хотя эти части Галлии не имели выхода к морю, как их аналоги в Южной Америке, они были хорошо доступны по рекам. «Так, по Родану на значительном расстоянии вверх по течению могут плавать даже большие грузовые суда, достигая многих частей страны в силу того, что впадающие в него реки судоходны и в свою очередь способны принимать большое количество грузов»38.

Страна арвернов, по-видимому, аналог Аргентины. «Арверны живут на Лигере; главный город их – Немосс (совр. Клермон-Ферран) – расположен на реке Лигере… В доказательство своего прежнего могущества арверны указывают на то, что они нередко воевали с римлянами, выставляя 200 тыс. ч., а иногда вдвое больше… Арверны распространили свое господство вплоть до Нарбона и границ Массалиотиды, они властвовали над племенами вплоть до Пиреннеев, до океана и Рена. 39

Лугдунская Галлия – аналог Бразилии, а ее многоплеменность выражает федеративный характер страны. Лугдунум – аналог Сан-Паулу. «Из всех прочих городов он самый населенный, за исключением Нарбона; ведь это не только торговый пункт для окрестного населения; римские правители чеканят здесь золотую и серебряную монету»40. Точно так же Сан-Паулу является крупнейшим финансовым центром Южной Америки. Утверждение же Страбона о том, что Лугдунум менее населен, чем Нарбон, скорее всего неверно, т. к. хотя за 160 лет, отделяющие нас от времени, аналогичного тому, в которое писал Страбон, положение может измениться, Сан-Паулу вряд ли будет менее населенным, чем Каракас. Нарбон имел более тесные связи с Италией, чем Лугдунум, и более значительное количество италийцев-колонистов, поэтому его значение могло преувеличиваться.

В отношении Галлии существуют две распространенные ошибки: во-первых, преуменьшение численности населения ее городов, а во-вторых утверждение, что эти города основали римляне, а до их прихода галлы жили исключительно по деревням. Однако, рассмотрение хотя бы аналогии Сан-Паулу – Лугдунум, показывает, что во 2 в. до н. э. население последнего было не меньше, чем в Риме (конечно, с учетом прибавки «трущобной урбанизации») и основан он был, как и Нарбон, задолго до прихода римлян. Римляне не основывали города в Галлии, а лишь поселялись там как коммерсанты (как это делают американцы США в Л. А.), иногда переименовывая их. Точно также в большинстве случаев основывали города на Востоке Александр Македонский и его преемники. Из-за вышеупомянутых ошибок галлы и считаются примитивными, варварскими народами, хотя ясно что уже в конце 2 в. до н. э. галлы были не менее развиты, чем, например, египтяне, хотя конечно они уступали по своему развитию Испании или Сицилии.

На территории Трансальпийской Галлии (видимо, в Аквитании) по-видимому следует искать также аналоги католических стран Центральной Африки (Габон, Конго, Ангола). Что касается аналога Лютеции - будущей столице Южной Америки, то им, возможно, является Манаус, т. к. последний, как и Лютеция, расположен в центре крупного неосвоенного района, и имеет удобный выход к морю (по Амазонке).

То, что из всех слаборазвитых регионов именно Латинской Америке предстоит стать высокоразвитым, неудивительно, т. к. этот регион ближе всех других расположен к наиболее развитой стране современного мира – США, и обладает огромными неосвоенными ресурсами. Такое же положение характеризовало Галлию, поэтому ныне ее территория является наиболее развитой из всех бывших территорий Средиземноморья. Своего рода ценой за это первенство стала потеря кельтским населением Галлии своего языка и культуры. То же самое предстоит народам Латинской Америки. Вообще, превращение определенных территорий в наиболее развитые ( названные выше несущими конструкциями исторических комплексов), обусловлено двумя вышеуказанными факторами – относительная близость к наиболее развитой в данное время стране и наличие крупных неосвоенных ресурсов. Имеются в виду не только природные, но и людские ресурсы. Например, Канада, как и Л. А. расположена вблизи США и имеет значительные неосвоенные природные ресурсы. Однако ее жители, в отличие от латиноамериканцев, не готовы продавать свой труд за низкую плату пришельцам из США. Поэтому у Канады нет возможности значительно повысить относительный уровень своего развития.

Вышеописанный двухфакторный механизм действует на протяжении всей истории. Так, наиболее развитая ныне страна – США, получила импульс развития за счет двух факторов: близость к Европе и наличие больших неосвоенных ресурсов. За счет близости к Средиземноморской Европе и наличия крупных неосвоенных ресурсов Германия в раннее Средневековье превратилась в мощное государство и т. д.

4

Аналог Восточной Австралии – Сицилия. «К чему говорить о всеми восхваляемом плодородии этой страны, которая, говорят, нисколько не уступает Италии. В отношении зерна, меда, шафрана и некоторых других продуктов Сицилия, можно сказать, даже превосходит ее…Ведь остров этот является некоторым образом частью Италии и снабжает Рим всевозможными продуктами легко и без особого труда, как бы с италийских полей. И, действительно, Сицилию называют житницей Рима, т. к. все продукты, за исключением немногих, потребляемых на месте, вывозятся туда. К числу предметов вывоза относятся не только плоды, но и рогатый скот, кожа, шерсть и т. п.»41. Аналоги сицилийских и австралийских городов можно предположить следующие: Мельбурн = Сиракузы, Сидней = Катана, Брисбен = Мессена, Палермо = Таунсвилл.

Аналог Западной Австралии – Сардиния. «Большая часть Сардона скалистая и в ней неспокойно, хотя много земли, богатой всякими плодами, в особенности же хлебом. Городов на острове несколько, но достойны упоминания из них только Каралис и Сульхи. Однако высоким качествам этой местности противостоят и большие недостатки, т. к. летом остров вреден для здоровья, в особенности же в плодородных областях»42. Каралис, столица Сардинии - аналог Перта. Пустыни, разделяющие Западную и Восточную Австралию, играют ту же роль, что и море, разделяющее Сардинию и Сицилию.

Аналог Северных территорий (по крайней мере, северной их части) также следует искать на Сардинии.

Аналог Новой Гвинеи – Корсика. «Образ жизни на острове отсталый, потому что остров каменистый и большей частью совершенно непроходим, так что обитатели гор, живущее разбоем, свирепее диких зверей. Во всяком случае, всякий раз когда римские полководцы выступали на них походом и внезапно напав на их укрепления, захватывали в плен много людей, можно было видеть в Риме и дивиться на этих рабов, как сильно у них проявляется звериная и скотская натура… Однако на острове есть несколько обитаемых частей и кое-где маленькие городки»43. Аналогия в комментариях не нуждается, стоит лишь отметить, что западная половина Новой Гвинеи (как и восточная, христианская по своей культуре), оккупированная Индонезией, также аналогична Корсике, поэтому ее следует относить к одному региону вместе с восточной Новой Гвинеей и Австралией. Как Корсика подверглась романизации вместе с Сицилией и Сардинией, так и Новой Гвинее предстоит американизироваться вместе с Австралией.

5

Аналог Канады – Испания (Иберия), которую римляне разделили на Ближнюю (Тарраконскую) и Дальнюю (Бетику или Турдетанию). Последняя – аналог Канады (кроме провинций Британская Колумбия и Юкон). «В глубине страны обитают карпетаны, оретаны, и большое число веттонов. Эта страна не очень плодородна, но область, непосредственно примыкающая к ней на востоке и юге не уступает ни одной местности во всем обитаемом мире в смысле плодородия и ценных продуктов, добываемых из земли и моря44». По-видимому карпетаны, оретаны и веттоны - аналоги индейских этносов Канады, аналог же англоканадцев - турдетанцы. «Турдетанцы считаются самыми культурными у иберийцев»45. «Сама Турдетания наделена от природы удивительными богатствами; и если она производит множество разннообразных продуктов, то эти блага еще удваиваются легкостью вывоза, ибо излишки продуктов можно легко сбыть при наличии большого числа торговых судов»46. «Вся торговля этой страны идет с Италией и Римом»47. «Из Турдетании вывозят много хлеба, вина, а также в большом количестве и превосходного качества оливковое масло. Предметом вывоза являются еще воск, мед, смола, большое количество кермеса (краситель*) и киновари… Турдетанцы строят свои корабли из местного леса; у них есть также каменная соль и немало источников соленой воды; значительной является также заготовка соленой рыбы, не только местной, но также доставляемой с остального побережья за Столпами (т. е. Гибралтаром*)… Турдетания богата всякого рода скотом и дичью… Изобилие вывозимых продуктов из Турдетании доказывается величиной и численностью кораблей; действительно, самые большие корабли плавают из этой страны в Дикеархию (Путеолы*) и в Остии – гавань Рима; число их кораблей почти не уступает ливийским (т. е. карфагенским)»48. «Хотя вышеупомянутая страна наделена от природы столь великими благами, однако не меньше, а даже больше всего следует признать и удивляться ее природному богатству металлами… В самом деле, до настоящего времени нигде на земле не находили столько золота, серебра, меди и железа в естественном состоянии и такого достоинства»49.

Все вышесказанное о экономике Турдетании можно сказать и о Восточной Канаде. В самом деле, последняя также богата металлами, лесом и вывозит много хлеба (пшеница) и рыбы. Канадские корабли также строятся из местного материала, только если 2150 лет назад их делали из дерева, то сейчас из канадской стали, которая производится из местной руды. Следовательно, деревообрабатывающая промышленность античной Испании аналогична металлургии Канады. Что касается источников «соленой воды», то выше уже указывалось предположение об их соответствии нефтяным, а каменная соль возможно имеет своим аналогом каменный уголь, также добываемый в Канаде. Экономика Канады почти полностью ориентирована на США, так же как экономика античной Испании почти полностью ориентировалась на Италию. Мы видим что экономика Испании, как и канадская, почти полностью опиралась на собственные богатые природные ресурсы, в отличие от Селевкиды сирийской (аналог Японии), например, также экспортно-ориентированной страны, но почти полностью опиравшейся на привозное сырье.

«Протяженность этой страны (Турдетании) не более 2000 стадий в длину и ширину, но городов в ней огромное множество, как говорят до 200. Наиболее известные из них благодаря торговым сношениям те, что расположены по берегам рек, у лиманов и на море. Наибольшей славы и могущества достигла Кордуба… и город гадитанцев (Гадиры); последний прославился морской торговлей…, а первый – плодородием почвы и обширностью территории»50. Страбон пишет что Кордуба и Гадиры – самые большие торговые центры страны51. Очевидно, что Гадиры – аналог Монреаля. Последний, хотя и не является приморским городом, рекой св. Лаврентия связывается с Великими озерами и океаном. Как и Гадиры, Монреаль расположен на острове (на реке Св. Лаврентия). Кордуба, возможно, аналог Калгари (или Эдмонтона).

«После Кордубы и города гадитанцев знаменит Гиспалий… еще и теперь он остается торговым центром области»52. Гиспалий, как и Торонто, расположенный в центре основной территории экономического развития, аналогичен Торонто.

Области у побережья между Гибралтаром и мысом Гата, относительно изолированные от основной территории Испании, аналогичны Нью-Брансуику, Новой Шотландии и Ньюфаундленду. Аналог Галифакса, по-видимому, Малака (Малага) – «…по внешнему виду финикийский город… Там находятся и большие помещения для засола рыбы»53.

Тарраконская провинция - аналог Британской Колумбии, Юкона и Аляски. Аналог Ванкувера – Новый Карфаген. «Карфаген находится посередине морского берега Иберии в заливе, обращенном к юго-западу… Весь залив получает значение гавани, и вот по какой причине: у входа в залив лежит остров (Скомбрария*), по обеим сторонам которого остаются лишь узкие проходы внутрь залива. Т. к. морская волна задерживается у острова, то во всем заливе господствует затишье, если только не производят волнения юго-западные ветры… другие ветры не имеют сюда доступа благодаря замыкающему залив материку. В глубине залива выдается в виде полуострова возвышенность, на которой и расположен город»54. Это описание местоположения Нового Карфагена полностью соответствует положению Ванкувера, гавань которого образует остров Ванкувер.

«Новый Карфаген – самый могущественный из городов этой страны (Тарраконской провинции); он прекрасно укреплен, обведен отличными стенами, имеет гавань, озеро и серебряные рудники… Здесь, как и в соседних местах, широко распространен засол рыбы. Кроме того, этот город является более значительной факторией не только по ввозу заморских товаров для жителей внутренних областей, но и по вывозу из глубины страны для всех иностранцев»55.

Тарраконская провинция была несколько изолирована от основной территории хозяйственного развития Испании, так же как Западная Канада от Восточной отделена Скалистыми горами. Наиболее удаленная часть – Каталония, аналог Аляски, а ее центр – Тарракон, аналог Анкориджа. Тарракон, город «хотя и без гавани, но имеющий довольно много других преимуществ, теперь его население не меньше, чем в новом Карфагене. Действительно, он представляет природные удобства для пребывания наместников, являясь как бы главным городом не только по эту сторону Ибера, но и большей части области за Ибером»56.

Невежество современных географов относит Аляску к Западному экономическому району США на основании ее политической принадлежности, тогда как на самом деле Аляска тяготеет к Канаде, и образует с последней общий экономико-географический комплекс.

Страна басков, вероятно, аналог Гренландии.

Аналоги Чукотки, Магаданской области, Камчатки и, возможно, территорий восточнее хребта Черского, принадлежащих ныне Якутии также следует искать на территории Пиренейского п-ова (в Лузитании), так как для России эти области являются лишь сырьевыми колониями (так же как ранее Аляска), основная территория ее развития (Восточно-европейская равнина) удалена от них на огромное расстояние, отсюда уже сейчас идет отток некоренного населения, тогда как рядом расположена быстро и неуклонно растущая экономика Америки. Не позднее 60-х годов 21 века эти территории будут присоединены к США, и если Россия не продаст их своевременно, как Аляску, то, конечно, они будут отобраны силой, хотя последнее крайне маловероятно.

Остановимся подробнее на рассмотрении аналогов Испания – Канада, Сицилия-Сардиния – Австралия. Причиной слияния сицилийцев с италийцами обычно считается географическая близость Сицилии к Италии. Сравнение вышеназванной пары аналогов показывает, что это неверно. В самом деле, если в Средиземноморье Испания была намного дальше от Италии, чем Сицилия, то в нашем мире наоборот Канада ближе к США, чем Австралия. Тем не менее аналогия очевидна и то что Канаду ожидает та же судьба, что и Испанию, а Восточную Австралию – та же, что и Сицилию, несомненно. Причина не в расстояниях, а в самом характере этих территорий. Если Восточная Австралия, Западная Австралия и Новая Гвинея, также как Сицилия, Сардиния и Корсика образуют комплексы сильно расчлененных (природными рубежами) территорий, то Канада имеет гораздо более прочное внутреннее единство, и ее неосвоенные территории гораздо более доступны для освоения самими канадцами, чем американцами США, также как внутренние области Испании были более доступны для самих испанцев, чем для италийцев, в силу своей изолированности от моря (также как северные территории Канады). Этот резерв для внутреннего развития, которого нет у Австралии (в ее центре, не настолько удаленном от незамерзающего моря, как северные территории Канады, не очень перспективные для дальнейшего развития пустыни), позволит канадцам и через 2150 лет сохраниться как самостоятельная нация, лишь франко-канадцы англицизируются. Последнее относится и к Аляске, которая по мере усиления своего развития и отказа от чисто сырьевой специализации также станет тяготеть к Канаде, оставаясь все же наиболее изолированной ее частью, что через 2150 лет будет выражаться и в том, что на ее территории будет существовать нация, отличная от канадцев (аналог каталонцев).

Т. о., именно в характере территории, в сочетании с ее положением в пространстве-времени, коренится общественное устройство, а вовсе не в величине расстояния от того или иного объекта, отсутствия или наличия выхода к морю и т. п. вульгарных географизмах, на которые только и способны современные историки (особенно тойнбианцы).

6

Аналог Лондона – Карфаген, который еще Моммзен называл Лондоном античного мира. Карфаген, как и Лондон, вырос на перекрестке важных торговых путей, но в отличие от Этрурии сельское хозяйство играло здесь не меньшую роль, чем посредническая торговля, причем на территории, аналогичной Англии (назовем ее Ливиофиникия – это территория Карфагена в границах провинции проконсульская Африка), овцеводство и обработка шерсти играли такую же важную роль, что и в Англии 16-19 вв. Большое развитие сельского хозяйства Ливиофиникии доказывается и тем, что по разрушении Карфагена римляне отдав его библиотеку нумидийцам, оставили сельскохозяйственный трактат Магона, специально переведенный на латинский язык по распоряжению сената.

Характерными чертами Карфагена, как и Англии, были крупнейшая колониальная империя и почти монопольное положение на мировом (средиземноморском) рынке до первой Пунической войны.

Хотя США и не воевали с Англией, как Рим с Карфагеном, однако 2-я Пуническая война привела к краху колониальную империю Карфагена, так же как и вторая мировая война окончательно истощила Британскую империю, последствием чего и явилось ее крушение. Вообще история Карфагена обнаруживает множество параллелей с английской. Например в первой половине 5 в. представители «нового слоя» - коммерсанты свергли династию Магонидов и установили в Карфагене аристократическое правление республиканского типа. По прошествии периода Шпенглера (2150 лет) в Англии произошла «Славная революция», имевшая аналогичный характер.

Т. н. «коллегия суффетов» (слово «суффет» обычно переводится как «судья») аналогична палате лордов. Эта коллегия, как и ее английский аналог, была главным тормозом развития Карфагена, по крайней мере к началу Пунических войн. Именно попытки ее реформы привели Ганнибала к вынужденному бегству с родины, т. к. суффеты не остановились перед тем, чтобы просить Рим забрать его.

Разрушение римлянами Карфагена не отменяло естественного положения его территории, как центра Ливиофиникии, поэтому при Цезаре он был восстановлен, заселен преимущественно пунийцами и, по словам Страбона, «опять процветает, как и любой другой город в Ливии»57. Последнее замечание стоит отметить, так как Ливиофиникия была одной из наиболее урбанизированных стран Средиземноморья, как Англия – одна из наиболее урбанизированных стран Земли. Страбон сообщает, что перед разрушением (в 149 г.) население Карфагена составляло 700 тыс. чел58. Это примерно в 10 раз меньше Лондона. С помощью этого коэффициента и периода Шпенглера, зная население городов и стран Земли, можно вычислить количество населения их аналогов 2150 лет назад (кроме некоторых особых случаев).

Отличию Карфагена от Англии – карфагеняне были не автохтонами, а колонистами финикиян, возможно следующее объяснение. Как читатель уже понял, национальные типы не есть нечто случайное, и воплощение их на определенных территориях в определенных сочетаниях закономерно. Отсюда естественно следует, что культуры и народы можно сгруппировать по сходству признаков и составить из них таблицу, аналогичную таблице Менделеева для химических элементов. О такой группировке речь ниже, а здесь мы применим аналогию из химии, вспомнив что есть элементы с одинаковыми свойствами, занимающие в таблице Менделеева одно и то же место - изотопы, одни из которых устойчивые, а другие нет. Финикиян Азии и ливиофиникиян также можно считать изотопами, причем первые являются неустойчивым изотопом, т. к. не воплотились вновь в современной цивилизации. Финикия и Ливиофиникия имели аналогичное географическое положение. Финикия была изолирована от Азии горами Ливана, а ее центр Тир располагался на острове и был с суши недоступен. Однако Финикия была расположена рядом с относительно освоенными территориями и не имела рядом с собой таких «диких» территорий, как Испания, Сицилия. Поэтому ее колониальная экспансия была направлена на запад Средиземноморья, где такие территории имелись, и центром для возникающей здесь колониальной империи финикиян естественно стал Карфаген, отделенный морем и от своей метрополии, и от «вечно» конфликтующих между собой балканско-анатолийских народов. Хотя Карфаген не был островом, его соседями были дикие народы, не более опасные для Карфагена, чем шотландцы для Англии. Опасными они сделались только тогда, когда Рим фактически разрушил карфагенскую армию и стал попустительствовать бесчинствам нумидийцев. Кроме того, Ливиофиникия была расположена на выступе африканского материка, что увеличивало протяженность ее морского побережья. Т. о. географическое положение Ливиофиникии совершенно аналогично островному положению Англии.

7

Аналог Эллады в современной цивилизации, конечно, Германия. Как и эллины в Средиземноморье, немцы внесли наибольший вклад в науку и философию цивилизации Земли, по сравнению с другими народами. Для эллинов, как и для немцев, характерен культ сильной личности, в отличие от италийцев и американцев США, поклоняющихся Ее Величеству Юстиции.

Связь между культом личности и культом разума у немцев и эллинов станет ясна из нижеследующего: «Как бы хороши и справедливы не были законы, все они имеют один изъян: они не могут противостоять нужде, необходимости. Поэтому-то князь должен уметь управляться с правом, как и с мечом, и по собственному разумению определять, где и когда смягчить его… Высшим законом и лучшим законоведом должен быть разум»59.

Характерной особенностью эллинской и немецкой наций является их раздробленность. Возникновение немецкой нации обычно связывают с 19 в., однако, как и прочие нации, она достигла своего расцвета на границе между преобладающим влиянием культуры и цивилизации, которая для Германии приходится примерно на сер. 17 в., когда раздробленность достигла максимума. Эта раздробленность не связана с раздробленностями культуры («феодальной») и цивилизации («капиталистической»), поэтому ее следует называть не феодальной, а национальной раздробленностью. Она связана с расположением Германии в центре Европы, на перекрестке международных связей, в связи с чем связи с соседними странами для отдельных регионов Германии не менее важны, чем связи с регионами своей страны.

Пресловутый «полисный строй» Эллады являлся вовсе не этапом ее развития, а национальной особенностью. Достаточно указать, что в то же время, когда в Элладе существовали «полисы», Ливиофиникия с ее крупными городами была объединена одним Карфагеном. Неудивительно, что историки все время искали в последнем (и находили!) восточные черты, «азиатский способ производства», «палестинские традиции» и т. п. чепуху. На самом же деле Ливиофиникия, как и азиатская Финикия, была типичной «западной» страной.

Аналог Штутгарта - Афины. Вся история Афин состоит из мифов, созданных историками, изуродованными филологией, из которых наиболее распространены два: Афины – республика, и Афины – самый крупный экономический и культурный центр, наиболее населенный город Эллады. Первый миф рассеивается при первом же взгляде на историю Афин, т. к. на всем протяжении их истории там существовала тирания, а т. н. республика появлялась лишь эпизодически, причем и ее нельзя назвать республикой, ведь еще Фукидид говорил о перикловых Афинах: «По названию это было правление народа, а на деле власть первого гражданина»60. Если сравнивать Афины с действительными республиками: Карфагеном, Этрурией, Римом, сразу бросается в глаза отсутствие «обезличенного» политического механизма, и строгого, действительно республиканского разделения властей в Афинах. Отличие же афинской государственности от других в Элладе в том, что здесь, как и в Штутгарте, существовал не абсолютистский, а конституционный режим. Тирания же для Эллады вообще являлась нормальным состоянием, как для Германии аналогичная ей княжеская власть.

Кстати, в перикловых Афинах не существовало не только республики, но и демократии, и филолого-глупологи, восторгающиеся бесплатными театральными представлениями для черни, даваемыми якобы для политического воспитания, не замечают, что это было такое же затыкание глоток, как и римские «хлеб и зрелища».

Вообще, пора бы перестать судить об Афинах по лубкам, вроде «Афинской школы» Рафаэля.

Эслинген, крупнейший экономический центр из ближайших к Штутгарту аналогичен торгово-ремесленному Пирею.

Аналог Нюрнберга – Эгина. «Итак, стоит ли говорить, что остров этот один из самых знаменитых. Это был остров, который некогда владычествовал на море. Почва острова в глубине землистая, но на поверхности каменистая, в особенности же такова равнина; поэтому вся страна лишена растительности, хотя ячмень растет довольно хорошо. Эфор говорит, что Фидон на Эгине первым начал чеканить серебро, ибо, добавляет он, остров стал торговым центром, так как вследствие скудости почвы население его занималось морской торговлей, отчего мелочный товар назывался эгинским товаром»61. Точно так же территория Нюрнберга обладала скудной почвой, пригодной лишь для ячменя, что в сочетании с положением на перекрестке торговых путей и создало этот крупный торговый город-государство. Ясно, что островное положение само по себе, безотносительно к окружающим территориям, не объясняет расцвет Эгины, точно также как роль Эллады совершенно не объясняется ее обширным морским побережьем, как склонны думать тупые историки (т. е. тойнбианцы) и ограниченные географы. Германия имеет гораздо меньше морского побережья, но ее пограничное положение с территориями, с аналогами которых Эллада была связана морем – Голландией, Австрией, западнославянскими землями и связь с этими (и другими) территориями по рекам совершенно аналогично приморскому положению Эллады.

Аналог Бадена – Эвбея, вытянувшаяся вдоль восточной стороны Аттики. Халкида – аналог Мангейма, а расположенная рядом Эретрия – Гейдельберга. «В настоящее время Халкида по общему признанию занимает первенствующее положение и считается метрополией эвбейцев; второе место принадлежит Эретрии. Однако уже и прежде эти города имели большое значение как на войне, так и в мирное время, поэтому они являлись приятным и покойным местопребыванием для философов. Об этом свидетельствует школа эретрийских философов во главе с Менедемом и его учениками, а также еще раньше пребывание Аристотеля в Халкиде, где он и окончил свою жизнь»62. Первоначально ведущую роль, как и Гейдельберг, играла Эретрия: «Власть эретрийцев распространялась на андросцев, теосцев, кеосцев и жителей других островов»63. Впоследствии первенство перешло к Халкиде, расположение которой у самого узкого места Эвбейского пролива соответствует положению Мангейма при слиянии Рейна и Неккара.

Беотии соответствует католическая Бавария. Тождественность характера беотийцев и баварцев очевидна. Консервативных и тугодумных беотийцев афинские шовинисты называли «тупые свиньи», что не мешало Беотии играть большую роль в политике и экономике Эллады. Столица Беотии, крупный город Фивы – аналог Мюнхена. Аугсбургу, финансовой столице Германии 13 – 15 вв., вотчине Фуггеров и Вельзеров, соответствует Орхомен. «По-видимому, Орхомен был в древние времена городом богатым и весьма могущественным. Свидетелем в пользу его богатства является также Гомер, ибо при перечислении богатых мест он говорит: «Даже хоть все, что приносят в Орхомен иль в Фивы египтян». Свидетельством их могущества было то, что фиванцы платили дань орхоменцам их тирану Эргину»64. К началу 1в. н. э. Беотия пришла в упадок по сравнению с другими землями Эллады. «Теперь Фивы не сохранили в общем даже вида значительного селения; в таком же положении находятся соответственно и другие беотийские города, исключая Танагры и Феспии, которые по сравнению с Фивами находятся в довольно хорошем состоянии»65. То же самое будет с Мюнхеном и Баварией к сер. 22 в. н. э.

Финансовой столице и одному из крупнейших транспортных узлов ФРГ – Франкфурту-на-Майне соответствует Делос с теми же экономико-географическими характеристиками относительно Эллады. «Соседние острова, называемые Кикладами, прославили Делос, так как эти острова посылали в его честь от имени государства священных послов, устраивали жертвоприношения и хоры девушек и справляли на нем всенародные празднества… Хотя Делос стал таким образом знаменит, однако с разрушением Коринфа его слава возросла еще более. Ибо купцы, ведущие заморскую торговлю, отправлялись на Делос, так как их привлекала туда свобода от налогов и повинностей, которой пользовалось святилище и удобство гавани… Остров удачно расположен для тех, кто плывет из Италии и Греции в Азию. Всенародное празднество – это что-то вроде торгового дела и римляне посещали его более других народов, даже когда Коринф еще существовал»66. На последнее стоит обратить внимание , ведь экономический подъем Делоса связывают со временем после разрушения Коринфа, тогда как из аналогии его с Франкфуртом ясно, что уже в 6 в. до н. э. экономическое значение Делоса начало усиливаться, именно поэтому в первой половине 5 в. до н. э. он стал местом союзных собраний и казнохранилищем т. н. Делосского союза. Точно также Франкфурт был политическим центром Германии: здесь выбирали императоров Священной Римской Империи. Роль Делоса как одного из крупнейших торгово-финансовых центров Средиземноморья показана и археологическими исследованиями, открывшими огромные по античным масштабам портовые сооружения (размеры которых аналогичны гигантским транспортным сооружениям Франкфурта) и присутствие здесь торговцев со всех концов Средиземноморья.

Аналог Кельна – Дельфы. «Дельфы славятся святилищем Пифийского Аполлона и древним оракулом… Местоположение самого святилища кое-что прибавило к его славе. Ведь оно расположено почти в центре всей Греции, как по эту, так и по ту сторону Истма. В силу такого благоприятного положения Дельф население легко собиралось туда, в особенности же окрестные жители… В настоящее время, конечно, Дельфийское святилище является весьма бедным, по крайней мере что касается денежных сумм… В прежние времена святилище было очень богато, как говорит Гомер: «Ни сокровища, сколько их каменный свод заключает в храме стрелка Аполлона, в Пифосе утесами грозном»67. Ясно, что если в гомеровское средневековье Дельфы были так богаты, то являлись крупным торговым центром, как и средневековый Кельн. Значение архиепископства Кельна, как главного религиозного центра католической Германии соответствует значению Дельф, как главного религиозного центра Эллады.

Мегары, вероятно, - аналог Йены.

Аналог столицы ФРГ Берлина – столица Ахейского союза и впоследствии провинции Ахайя Коринф. «Гомер называет Коринф богатым из-за его торговли, т. к. он расположен на Истме и владеет двумя гаванями, из которых одна ведет прямо в Азию, а другая – в сторону Италии»68. «Город коринфян всегда был великим и богатым, в нем было много опытных государственных деятелей и людей, искусно владевших ремеслами; ибо здесь и в Сикионе искусство живописи и пластики и все такого рода ремесла достигли особенного процветания»69. Именно Коринф был важнейшим промышленным и культурным центром Эллады с 3 в. до н. э., а вовсе не Афины.

Объединение эллинских государств в Ахейскую федерацию во главе с Коринфом аналогично объединению немецких земель в федерацию с центром в Берлине. Объединение Эллады вокруг Коринфа часто расценивается как случайное (из-за афинофильства историко-филолого-глупологов), ошибочность чего ясна хотя бы из нижеследующего. «Хотя Ахейский союз продолжал быть довольно крепким, вплоть до стратегии Филопемена, однако он постепенно распался, т. к. в это время римляне уже владели всей Грецией; они относились к каждому государству по-разному, одних желали поддержать, а других – уничтожить. Хотя ахейцы усилились настолько, что превосходили даже лакедемонян, но все же они не настолько известны, как этого заслуживают»70.

Расположенный близ Коринфа Сикион, столица земли Ахайя, значительный культурный и промышленный центр – аналог Потсдама.

Пелопоннес в целом соответствует северо-востоку ФРГ. «Можно сказать пожалуй, что Пелопоннес является акрополем всей Эллады»71. «Самыми знаменитыми из городов Пелопоннеса были и остаются до сих пор Аргос и Спарта». Арголида – аналог Саксонии и Саксонии-Анхальт, а Аргос, который по словам Страбона, «продолжает оставаться еще и теперь вторым по значению городом после Спарты»72, соответствует Лейпцигу. Как и Лейпциг в Германии, Аргос был крупнейшим торгово-ремесленным и культурным центром Пелопоннеса, до возвышения Коринфа. «Навплия – якорная стоянка аргосцев»73 аналог Галле, аванпорта Лейпцига на реке Зале, притоке Эльбы.

Аналог Нижней Саксонии – Аркадия, а Ганновера – Мегалополь, «самый большой город в Аркадии»74.

Аналог Восточной Пруссии – Лакония, а Спарты – Кенигсберг. Их соответствие совершенно очевидно. Отметим лишь, что давно бы пора отказаться от мифов об отсутствии в Спарте торговли, науки, философии, искусства и т. д. и перестать смотреть на нее глазами филолога, выдающего литературные штампы за истину. Точно так же, как жизнь Восточной Пруссии была далека от аскетического устава рыцарей Тевтонского Ордена, жизнь Лаконии была далека от законов Ликурга (чему есть множество свидетельств, археологических и литературных, старательно не замечаемых историко-филолого-глупологами).

В отличие от Восточной Пруссии, Лаконию отделяло от Эллады не море, а горные хребты, а так как связь с остальной Элладой проходила в основном по суше, то и Спарта – не приморский город.

Илоты соответствуют порабощенным тевтонскими рыцарями пруссам, только в Пруссии их сменили машины, а в Лаконике этого не произошло, однако только выдающееся тупоумие некоторых историков позволяет им утверждать, что лаконцы обходились своими «дремучими» илотами, не используя покупных рабов.

Элида – аналог Мекленбурга, а ее столица – г. Элида – аналог Шверина. «Область элейцев густо заселена и превосходит остальной Пелопоннес по обилию рабов и другого достояния. Некоторые из элейцев так любят деревенскую жизнь, что в продолжение двух – трех поколений не бывают в Элиде. Происходит это оттого, что правители государства весьма внимательны и заботливы по отношению к сельским жителям, так что правосудие отправляется у них на месте, и они тут же имеют все нужное для жизни»75. «Нынешний город Элида в гомеровскую эпоху не существовал; население страны жило только по селениям… Довольно поздно, только после персидских войн, население собралось вместе из многих общин в нынешний город Элиду»76.

Аналог Гамбурга, видимо, Самос. « Это благословенная страна, как это видно уже из того, что из-за острова нередко происходили войны, кроме того, хвалители острова не колебались применять к нему поговорку, что на острове «есть даже птичье молоко», как где-то сказал Менандр»77.

Хиос, видимо, - аналог Бремена. «На острове находится город с хорошей гаванью и стоянкой на 80 кораблей… Некогда хиосцы владели флотом и стремились к свободе и морскому владычеству»78.

Что касается будущего немецкой федерации, то в 60-х гг. ее члены станут независимыми, так же как штаты США.

8

Поскольку Эллада соответствует Германии, то и интеллектуальные деятели Эллады имеют своих немецких аналогов.

Автор «Песни о Нибелунгах» - аналог автора «Илиады» (т. н. Гомера).

Эсхил - аналог Андреаса Грифиуса. У обоих человек представлен игрушкой рока, «добычей злой судьбы и случаев несчастных».

Лейбниц – аналог Демокрита. Учению последнего об атомах соответствует учение Лейбница о монадах. Занятия Демокрита, как и Лейбница, охватывали все сферы человеческой деятельности.

Кант - аналог Платона. Разделение Кантом окружающего мира на мир «вещей в себе» и мир явлений соответствует разделению Платоном окружающего мира на мир «идей» и мир изменчивых предметов. И Кант и Платон рассматривали проблему познания независимо от его предметов («учились плавать, не влезая в воду», как сказал Гегель).

Гегель - аналог Аристотеля. Еще Энгельс называл Аристотеля Гегелем античного мира. Три этапа развертывания Абсолютной Идеи (схемы деятельности Мирового Духа) Гегеля соответствуют «началам» (причинам субстанции) Аристотеля, где логика (непредметное мышление) Г. соответствует «тому, откуда начало движения» А., природа (инобытие духа) Г. – «хюлэ» (материи) и «лежащему в основе субстрату» А., сознающий себя дух Г – «тому, ради чего и благу» А. Что касается четвертой первопричины А. – «сущности бытия», то, по словам А., ««что именно есть» и «ради чего» – одно и то же». Т. о. Абсолютная Идея полностью соответствует первопричинам Аристотеля. Сознавший самого себя дух Г. – аналог мыслящего самого себя мышления А. У Гегеля и Аристотеля, в отличие от Канта и Платона формы не существуют сами по себе, а всегда проявляются в материи.

Аналог Гете – Феофраст, преемник Аристотеля на посту руководителя перипатетической школы. Феофраст ошибочно считается учеником Аристотеля, тогда как на самом деле их деятельность переплеталась друг с другом.

Шеллинг - аналог Стратона Лампсакского, одного из руководителей перипатетической школы, почему его ошибочно считают учеником Аристотеля. «Стратон отошел от Аристотеля в ряде самых существенных пунктов. Основным понятием в его учении было понятие «природы», которую он считал универсальной, неотделимой от материи силой. Наоборот, бог и душа как самостоятельно действующие агенты им решительно отрицались»79.Как и Шеллинг, Стратон уделил значительное внимание психологии, стоя в этой области на более прогрессивной позиции, чем Аристотель. Самостоятельное значение философии Стратона еще не оценено, т. к. историки-афинофилы не хотят видеть в нем никого, кроме эпигона Аристотеля на посту руководителя перипатетической школы.

Евклид – аналог Бернгарда Римана.

Маркс - аналог Эпикура. Эпикур, как и Маркс, создал наиболее материалистическое для своего времени учение. Как и Маркс, он подчеркивал определяющую роль материальных благ для нематериальных: «Начало и корень всякого блага - удовольствие чрева; даже мудрость и прочая культура имеют отношение к нему». Как и Маркс, Эпикур был социалистом и порицал богатых (но не материальные блага вообще, как некоторые киники): «Любовь к деньгам, приобретенным нечестным путем, нечестива;
1   2   3   4   5   6   7

Похожие:

Закат человечества iconТатьяна Сергеевна Сорокина Часть Первобытное общество Глава 1 врачевание в первобытном обществе
История человечества начинается вместе с возникновением человека на Земле. Современная историческая наука определяет в развитии человечества...

Закат человечества iconЛекция общественное становление человечества Исход из Рая Плацента человечества Плацента человечества из тома «Ойкумена»
...

Закат человечества iconЦель развития человечества Эверест познания
Швейцер, ни П. Леру, ни Тейяр де Шарден, ни авторы Библии, Корана или Торы, ни Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций,...

Закат человечества iconЗагрязнение окружающей среды и экологические проблемы человечества. Виды загрязнений и их распространение. Пути решения экологических проблем человечества

Закат человечества iconВ «Неизвестной истории человечества»
Неизвестная история человечества/ Пер с англ. В. Филипенко. — М-: Изд-во «Философская Книга», 2001. — 528 с

Закат человечества iconВ «Неизвестной истории человечества»
Неизвестная история человечества/ Пер с англ. В. Филипенко. — М-: Изд-во «Философская Книга», 1999. — 496 с

Закат человечества iconВ «Неизвестной истории человечества»
Неизвестная история человечества/ Пер с англ. В. Филипенко. — М-: Изд-во «Философская Книга», 2001. — 528 с

Закат человечества iconОшибка! Стиль не определен.
Закат Америки. – Спб. – Ростов-на-Дону – Таганрог: Академия гуманитарных наук России, изд-во трту. 1999. – 22,6 а л

Закат человечества icon«Глобальные проблемы человечества»
Учебная – дать понятие о глобальных проблемах человечества, сущности, причинах возникновения и путях решения, региональных географических...

Закат человечества iconЗакат империи янки
...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница