Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal




НазваниеПриказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal
страница16/31
Дата конвертации28.04.2013
Размер4.1 Mb.
ТипДокументы
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   31

* * *


Марк остановил машину напротив строения «типа барака», рядом с которым как парус раздувался от гордости баннер: «Motel». На английском, разумеется. Тут большинство вывесок и названий на английском, включая, конечно, и те, которые в буквальном смысле слова стыдили Буша: «Shame on you, Bush» <Стыдно, Буш (англ.).>. Половина названий улиц, заведений — на том же языке. Демократия.

Хозяин этого клоповника — толстый неопрятный араб с огромным носом — на ломаном «гребаном» потребовал документ и уже потом поинтересовался платежеспособностью клиента. Принял доллары: небрежно, словно демонстративно, смял десятку и бросил ее куда то под стойку. Марковцева подмывало заглянуть за этот, с позволения сказать, прилавок и посмотреть, куда упали американские деньги. Такое чувство, что там стоит огромная картонная коробка или ползет нескончаемая лента конвейера.

На сей раз хозяин, одетый в джинсы и белую рубашку с длинными рукавами и наглухо застегнутыми отворотами, показался не арабом с мясистым носом, а японцем с малюсенькой пипкой.

— Ки, — сказал он.

— Чего? — по русски переспросил Марк, наморщив лоб. Потом — на «гребаном»:

— What?

— Ки, — повторил араб. — Your key. I put your machine on parking.

«Твой ключ. Я ставить твоя машина на парковку», — с трудом перевел Марк. В английском он был не силен — то, что осталось после курсов усовершенствования офицерского состава. Больше понимал на немецком, который изучал в школе. Пришел к определенному выводу.

Глянув в окно, увидел еще одну полицейскую машину — бело синий «Форд», на невысокой скорости проехавший мимо. «Что у них, соревнования, что ли?» — поиграл он желваками.

— На мой ки, — Сергей бросил на прилавок ключ, который подходил и к дверцам машины, и к замку зажигания «Фольксвагена». Сложил ладони и склонил к ним голову:

— Я — спать. Меня не будить. Давай мой ки от мой номер. Андестен, паскуда?

Получив ключ от комнаты, Марковцев поднялся на второй этаж, нашел комнату под номером 12 и зашел.

Даже не огляделся. Единственное, что сейчас ему было нужно, — это кровать. И тишина. Ненадолго, совсем ненадолго. Нужно вытянуться на кровати и по привычке заложить руки за голову.

Лег. Закрыл глаза. Но все равно видит человека мотылька, перелетающего через его машину.

Убийство…

Полицейский с обрюзгшим и недовольным лицом вышел из машины, громко хлопнув дверцей. К нему присоединился напарник, сидевший за рулем. Солнце только только вставало. На небе ни облака, денек снова будет жаркий. Еще и по той причине, что начался он со срочного вызова на место ДТП.

Черный путь торможения сразу бросался в глаза. Он начинался с двух четких ровных полос, идущих параллельно друг другу, которые несколькими метрами дальше начинали змеиться, пересекаясь еще парой траурных лент. Полицейский привычно отметил, что торможение хоть и было резким, но вначале заблокировались передние колеса, потом задние.

Из поступившего в участок звонка от свидетеля происшествия следовало, что марка машины — «Тойота Королла». А водителю, которого она сбила, принадлежал красный «фольксваген». Ни того ни другого автомобиля поблизости не было.

Полицейские пошли вдоль бровки и в придорожных кустах увидели обломки фар и бокового зеркальца. На росистой траве остался четкий след колес. Он и вывел к «Тойоте», рядом с которой лежал труп неизвестного.

Полицейский связался по рации с участком и обрисовал обстановку.

— Да, — докладывал он, — скорее всего, преступник воспользовался транспортом пострадавшего. — Он принял от напарника документы на машину, извлеченные из нагрудного кармашка потерпевшего, и конкретизировал:

— «Фольксваген Кадди Лайф». Крутая машина. Думаю, найдем скоро. Хорошо, я останусь на месте.

Он оставил рацию на приеме. Воспользовался ею буквально через минуту.

— Судя по номерам и карточке на панели, «Тойота» из рент а кар…

Неожиданно для себе Марк задремал. То ли нашел способ отвлечься, то ли опустились, разгладились, как у ежа, ощетинившиеся нервы иголки. Толи пробудившиеся воспоминания убаюкали — как проснувшаяся мать, похлопывая по плечу разревевшееся чадо. Парашюты…

Десятки, сотни белоснежных куполов расцветают в небе… Жалеет Марк о прошлом. И кто то нашептывает ему на ухо: «Значит, у тебя есть сердце». Он хочет вернуться назад. И вот шепот звучит с укоризной: «Значит, у тебя нет ума». Пусть. Пусть нет ума, но неодолимо тянет в прошлое…

Сколько прошло времени, Сергей не осознал. Очнулся он от громкого стука в дверь. Однако с кровати не встал.

Повторный стук, и в проеме открывшейся двери Сергей увидел двух полицейских, снова услышал ломаный английский:

— Present your papers…

Марк встал, вынул из кармана бумажник и протянул полицейскому водительские права. Тот, видя в бумажнике еще какие то документы, пощелкал пальцами: «Еще».

Как будто в очко играет, сравнил Сергей, не в силах противиться нервному тику, забившемуся под глазом.

Вытянет все документы и удовлетворенно кивнет: «Себе».

Документы фальшивые, но сделаны на высоком профессиональном уровне. На взгляд от настоящих не отличишь.

Сергей вспотел. Спина взмокла, под мышками чуть ли не хлюпает. Явно выраженный признак опасности и усталости. Раньше такого за собой не замечал. Мог несколько часов кряду бежать маршевой скоростью, жалуясь лишь на прокуренные легкие.

Ознакомившись с бумагами, полицейский шагнул к окну и распахнул шторы. Глянув на парковку, бросил через плечо:

— Это ваша машина?

Сергей сделал шаг, но был остановлен резким жестом:

— Оставайтесь на месте! Это ваш «Фольксваген» красного цвета?

— Да.

— Вы арестованы.

Полицейский потянулся к кобуре.

Его напарник тоже продемонстрировал оружие: пистолет Макарова.

«Людвиг Ван Бетховен, — пронеслось в голове Марковцева. — Стофферс Георг Макс Готфрид… Максим Мейер… Иваненко Сергей…»

Артемов Михаил Васильевич. Каролина Зельман.

И еще два имени — двух парней, которые томились в тюрьме.


30


Начальника тюрьмы Джемиля Эхмеда по прозвищу Мур алай (Полковник) за глаза называли «раздавателем наказаний». Ему было далеко за пятьдесят. Он любил барствовать. По мнению Мур алая, приверженца старины, преступники не стоят судебного приговора. Раньше по одному мановению полномочного паши, безо всякого суда, сотни буйных голов слетали с плеч непокорных.

Когда Мур алай вошел в кабинет следователя, присутствующие на допросе оперативники примолкли. Лишь Бешар — остроносый, с пронзительными черными глазами следователь, сидевший за столом в расстегнутом пиджаке, — насмешливо бросил арестованному:

— Ну теперь я тебе не завидую.

Марк посмотрел на вошедшего как на вурдалака и понял, что вот сейчас начнется самое страшное.

— Он молчит? — спросил Мур алай.

— Да, — ответил Бешар, демонстративно откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. — Ничего не хочет говорить.

— В камеру для допросов его, — распорядился начальник и первым вышел из кабинета.

Следователь подошел к Марку вплотную и, глянув на всякий случай на дверь, вполголоса сказал:

— Хочешь знать, что я думаю об этом человеке?.. Он выродок. Официально он — полный выродок. Теперь держись. Теперь даже я не смогу тебе помочь — если даже ты согласишься говорить. Хотя, может, скажешь, откуда у тебя фальшивые документы? Если купил, то где, у кого? Ну?.. Ей богу, я сейчас начну терять чувство юмора. Ты еврей? Где проходил подготовку? В «Мецуде», «Мистаравиме» <Израильские спецслужбы. «Мецуд» занимается вербовкой и засылкой агентуры в арабские страны; кандидаты набираются из числа евреев, прибывших из арабских стран. «Мистаравим» вербует европейских евреев.>? Не хочешь отвечать? Ну ладно. Муралай заглянет тебе в штаны. В камере для допросов ты не увидишь еврейский флаг.

Бешар вернулся на свое место.

— Где твои настоящие документы? Может, по ним у тебя дипломатический статус? Поэтому молчишь? Хочешь вылезти на скандале? Только Мур алаю плевать на это. Знаешь, чем он подтирает себе задницу? Копиями Нью йоркской конвенции против пыток. Столько копий наделал, что сломал ксерокс.

Следователь еще какое то время смотрел на арестованного, потом перевел взгляд на оперативников и развел руками:

— Видит бог, я сделал все, что мог.

Полковник закатал рукава рубашки и поджидал арестованного в камере для допросов. Он стоял лицом к высоченному окну, точнее, к каменной кладке, которая заменила и рамы, и стекла. Смотрел на кирпич и словно проникал за него взглядом.

Позади «раздавателя наказаний» стоял массивный стул с привязными ремнями. Фиксация головы, рук и ног.

Как на электрическом стуле. Только не было проводов.

Все напряжение проходило через руки Полковника. И если бы в свое время ему развязали руки, он бы выбил показания с безымянных диверсантов максимум за пару часов, а так… Но те по определению относились к «политическим», их судьбу решали власти страны, а защищать должны были власти другой. Так что пытать их с особым пристрастием Мур алаю запретили.

Этот же арестованный — просто преступник, он совершил «наезд со смертельным исходом». Потому его (по документам — подданного Черногории), туриста, можно пытать «по черному». Притом у него фальшивые документы.

Мур алай повернулся лишь тогда, когда Сергея Марковцева зафиксировали ремнями к креслу…


31


Вот если бы сейчас Михаил Артемов мог видеть Сергея Марковцева… Он бы нашел его глаза не просто усталыми, а безмерно изнеможенными. Ему бы снова припомнилось из любимой кинокомедии: «Он же расколется… Сдаст нас…»

Марка кололи два долгих, нескончаемых часа, но он держался. А вот сейчас — из последних сил. Вопросы чередовались с хлесткими ударами — в голову, в печень, отчего надолго перехватывало дыхание. Он едва мог различать вопросы, по наитию угадывал их смысл.

Откуда у тебя фальшивые документы?

Из какой страны ты прибыл?

С какой целью?

Он сбил на арендованной машине какого то чиновника, «уважаемого человека». Он спрятал его тело, завладел его машиной, за это полагается…

По крайней мере хороший удар по печени. И еще один — открытой ладонью по уху.

Звенит в голове. Тянется нескончаемая симфония нескольких авторов: Макс Готфрид… Иваненко Сергей…

Максим Мейер…

Михаил Артемов.

Маленький оркестр, прибывший в страну на гастроли со своими инструментами: штурмовые винтовки «грендел», сотворенные искусными руками, пистолеты немецкой фирмы…

Нет, нет, он этого не говорил.

Еще один удар, выбивающий из глаз слезы. А в них отражаются пацаны в голубых беретах, выполняющие расшвартовку и ныряющие в люки боевых машин.

— Заводи! Вперед!

Только что здесь был глубокий вражеский тыл, и вот уже бой ведет «крылатая» пехота…

Так сильно Марка не били давно. Последний раз двое вышибал с бритыми затылками в особняке генерала службы безопасности. Они били так, что подполковник долго харкал кровью и мочился сукровицей.

Тогда он выстоял и с лихвой вернул болезненные удары каждому. Тогда он, чувствуя на спине ритмичное сердцебиение вышибалы, резко согнул ногу в колене, ударяя того в пах. И тут же провел очередной удар затылком в лицо. Он не сомневался, что даже после двух очень болезненных ударов вышибала останется стоять как скала, потому, тотчас же опираясь на него, двинул ногами подступившего вплотную второго.

И еще одно резкое движение головой, после которого Марк, высвободив правую руку, обвил ею шею охранника, впился зубами в его щеку и вместе с ним, ускоряя темп, пробежал до печки в гостиной генеральского особняка. Хороший прием — охранник даже не сопротивлялся, он сам бежал за страшной болью в прокушенной щеке, как глупый осел бежит за привязанной впереди него морковкой. Мощнейший удар головой в край кирпичной кладки, и вышибала с раскроенной черепной коробкой обмяк окончательно. Но Сергей, шагнув ему за спину, опускался вместе с ним, избегая получить пулю от второго, вставшего на ноги. Опускался и высвобождал пистолет из наплечной кобуры охранника.

Выстрел.

Еще один.

Лишь с третьего раза ему удалось остановить живучего амбала…

Тогда он выстоял. Вернул болезненные удары с лихвой.

И сейчас нужно держаться.

А ему уже заглядывают в глаза, видят сплошную муть, словно по ним прошел кабаний выводок. И знают наверняка: этот человек скоро сломается.

«Он же расколется… На него и давить не надо, просто пригвоздить стальным взглядом, и все».

Марк едва не захлебнулся, когда на него опрокинули ведро воды. Бодрит водичка, взгляд просветлел, различает серые тюремные стены, лампу одиночку на потолке; и другую лампу — на струбцине, яркую, как вспышка молнии. Стандарт.

Кто ты? С какой целью прибыл?

Да пошли бы вы, суки!

Они не умеют читать чужие мысли, они мастера читать по глазам. Получи в ответ.

Руки, пристегнутые к подлокотнику кресла, затекли и распухли. Маленький оркестр. Сволочи! Мне же играть через сутки. Развяжите!..

Полковник бил сильно, с коротким замахом, с приседом. Он походил на ветерана боксера на тренировке.

Как и его жертва, он привык работать «руками» и был нетерпим ко всякого рода спецсредствам. Приверженец старины дышал тяжело и прерывисто, но не устало. Когда бил в пах, в его глазах зажигалась и долго не гасла смесь ненависти и обиды, зародившаяся, казалось, с трудного детства. В такие моменты его взгляд копировал нездоровый, озабоченный блеск российских ментов, который был хорошо знаком Марку: «В камеру к пидорам хочешь? Мы даже знаем, кому из педерастов ты понравишься». Однако удивительной осведомленности о вкусах и пристрастиях последних в глазах Мур алая не было. Он являл собой помесь обиженного и стража порядка. Это была его камера отдушина, и он делал в ней все, что хотел.

1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   31

Похожие:

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconМалколм Барбер Процесс тамплиеров ocr litPortal
Книга М. Барбера — одно из самых авторитетных исследований в мире и первая публикация па русском языке — восстанавливает реальную...

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal icon«Михаил нестеров. Легионеры»: эксмо; Москва; 2002 isbn 5 699 00881 0
Но с этим решительно не согласен бывший подполковник спецназа гру сергей Марковцев. Ведь из за этих подонков погибли его друзья....

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconСамое главное правило – мастер всегда прав
Если вы обратились к мастеру по любому вопросу ― его решение является окончательным и обсуждению не подлежит

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconВсероссийское совещание по обсуждению итогов апробации комплексного учебного курса "орксэ"
В апкиппро состоялось Всероссийское совещание по обсуждению итогов апробации комплексного учебного курса «Основы религиозных культур...

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconВ апкиппро состоялось Всероссийское совещание по обсуждению итогов апробации комплексного учебного курса «Основы религиозных культур и светской этики»
Всероссийское совещание по обсуждению итогов апробации комплексного учебного курса "орксэ"

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconМеждународный Форум «голоэкспо-2007»
На научно-практической конференции предлагаются к обсуждению следующие основные вопросы

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconИгра проводится как расширенное заседание редакции, посвященное обсуждению материалов очередного выпуска журнала «Химия и энергетические ресурсы». Цели игры
Имитационная модель игры. Игра проводится как расширенное заседание редакции, посвященное обсуждению материалов очередного выпуска...

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconOcr as psychology Unit G542 Core Studies

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconПриказ от 30. 12. 2009г. №624 ) и старому ( приказ от 09. 12. 2008г. №274 ) перечням работ Приказ Минрегионразвития Российской Федерации Примечание
Подготовительные работы на строительной площадке (4510214, 4510215, 4510223, 4510224, 4520106)

Приказ обсуждению не подлежит Марковцев 5 ocr litPortal iconРазведчика: система спецназа гру. Ocr палек, 1998 г


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница