Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви




НазваниеВеселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви
страница7/35
Дата конвертации16.11.2012
Размер3.64 Mb.
ТипРассказ
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   35


Наверное, это уже было к утру, пропели первые петухи, слышу хриплый голос под открытым окном:


— Катерина, слышь, а? Ты — мать, ты — отец! Опять зуб заныл, да так, что хоть волком вой! Слышь, Катя, ликвидируй его, чтобы посветлело, а то вон какой мрак кругом! — Он спохватился. — Подожди, подожди, действительно, почему так темно? Я же пришел — было еще светло… Ну, и дела у меня, сдурел, что ли? Эй, Вася, мать вернулась с поля или мне померещилось?


Мать вскочила, зажгла свет, быстро надела платье и подошла к окну:


— Ты протрезвел, пьянчужка? Убить тебя мало! Напился, как свинья, в чужом доме! Ну-ка, мотай отсюда!


— Куда мотать, Катюша? Дерни зуб, а потом — убей, не возражаю, мне жить неохота при такой боли. Прошу как Богородицу.


— Герган, ты же ненабожный!


— Будь на моем месте — поверишь и в черта. Извини, прости, впусти, век не забуду, отблагодарю! Золота у меня нет, но золотых рук хватает… Будь человеком, хотя ты женщина, но какая женщина! Нет на селе равной тебе — зубодер! Да что там на селе, в округе не сыщешь, а то и во всей Болгарии. Я так высоко ценю тебя, что, будь моя воля, приставил бы — плечикам крылышки, чтобы ты летала и где надо зубы риала. Но сначала мой, черт бы его побрал!..


— Забормотал… Понесло, поехало… Ты что, не выспался на сухой земле? Иди, доспи, место твое еще никто не


— Нет, матушка! Я зачем тебя расхваливал? Чтобы ты


послала меня подальше? Или ты мне — зуб, или я тебе — дом… Брось спички, а то нечем поджечь!


— Ты что, с ума сошел?! Я тебе дам, поджигатель! Ну, входи, бог с тобой.


Быстрей ученого зубодера, ловчее профессора мать, съежившись в рассветной мгле, рванула коренной зуб дяди Гергана так, что он не успел опомниться. Сунула ему в рот тампон, смоченный ракией, у двери схватила за плечо:


— И больше не смей переступать мой порог! Понял? Ну, отвечай!..


Дядя Герган лишь кивал головой, прижимая платок к губам.


Через несколько дней, было уже к вечеру, мы с матерью поливали грядки перца, как из-за калитки послышался голос, а потом показался сам дядя Герган:


— Катерина, здравствуй, спасительница моя, и добрый вечер! Я принес тебе благодарность — подарок для детей, — и положил на землю два стула. — Дай Бог, чтобы они тоже пошли по твоему пути — стали суперзубными врачами. А то я просил Ваську до тебя дернуть зуб, но… Не получилось… Научится, я уверен! И еще многому научится, лишь бы хорошему, а то пошли люди — дрянь: одни от пьянства, другие от бедности, третьи от глупости. Дай бог, побольше людей, как ты, Катюша, и мир уцелеет!


Мир-то уцелел, но крайней мере, до сегодняшнего дня. А вот горемыка дядя Герган давно завязал с выпивкой — говорят, что на том свете «сухой закон». Но до того света он еще долгие годы навещал наш дом и после каждого вырванного зуба тащил стул, так что этой мебели стало у нас в пять раз больше, чем седалищ в нашей семье.

Русская баня


Я — болгарин, а друг мой Боря — с Урала, из Перьми. Готовились стать великими писателями, если не в ближайшее время, то хотя бы в обозримом будущем. Итак, наш рассказ о русской бане, которую мне довелось испытать на собственной шкуре.


Зима, снег по колено, жгучий холод сшибает воробья прямо на лету, даже ртуть в термометрах на реке Каме, слыхал, замерзла. И туман — снежной пелериной окутывает землю. Сунешь нос наружу, кажется, тут же превратишься в сосульку. Вот почему на улицах большого уральского города люди проявляются, как видения художника, и исчезают, растворенные его кистью. Так длилось почти неделю, пока погода не сжалилась, показав даже солнце над лесом. Но разве это солнце? Протяни руку к нему, так рука окоченеет.


— Тебе не холодно? — спросил мой приятель.


— Напротив, — отозвался я.


Какой там холод, кроме зимнего пальто, я надел еще тулуп, который мне подбросил отец Бори.


— Осторожно, лед! — предупредил друг, но поздно — я упал прямо ему под ноги. — О, ты умеешь кататься на спине, — пошутил он.


Идем, а по дороге сугробы до двух саженей. Думаю: «Какой черт дернул меня ехать за две тысячи километров в такой холод? Простужусь тут, как меня больного повезут обратно в Москву?..» Но никак не мог отказать другу. «Поедем, — говорит, — Урал увидишь, зима у нас лютая, но красивая, в оперу сходим, в театр, в забегаловку заглянем, куда захочешь, туда и пойдем. Да и на русской печи полежишь, в русской бане попаришься, увидишь, как уральцы встречают дорогих гостей…» Друг был прав. Одно мне осталось увидеть и испытать — русскую баню. Туда мы и пошли.


Баня — на окраине! Дома — старые, деревянные, отяжелевшие от снега на крышах.


«Бау, бау!» — услышал злой лай. Смотрю — на калитке надпись белой краской: «Осторожно, злая собака!»


Я дернул Борю за локоть.


— Не бойся, собака на цепи, — успокоил меня. В тот же момент калитка открылась, с улыбкой встретил Борин знакомец — Лева.


— Чего так долго шли — баня совсем остыла!


И собака Левы — крупная, черная, неизвестно, какой породы, продолжает злобно лаять на нас, прыгая на задних лапах, вот-вот сорвет цепь, но стоило хозяину рявкнуть, как она поджала хвост и залезла в конуру. В доме печь, едва не упираясь в потолок, дышала теплом прямо в дверь. Лева помог мне раздеться, складывая верхнюю одежду на стул. Его сестра, наблюдая эту процедуру, громко рассмеялась.


— Ничего смешного, Галя! — заступился за меня друг. — Ты как себе представляешь? Мы сибиряки и все равно дрожим от холода, а он южняк, болгарин, а там сейчас на его родине розы цветут…


— Фантазия цветет у тебя, Боря, — с милой улыбкой заметала девушка.


— Пошли! Надень пальто, баня в конце двора, — заторопил нас Лева.


Собака опять кинулась, но, увидев хозяина, шедшего за нами, утихла.


— Зачем вам собака, притом злющая? — поинтересовался.


— А как без собаки? Она же друг человека, иной раз больше, чем человек человеку.


— Может, ты и прав, но мы в Болгарии уже привыкли без такого человекодруга. Вышел приказ уничтожить всех собак, так перестреляли не только бездомных, но и домашних. Придумали, что собаки много хлеба жрут, болезни разносят и прочее.


— О прочем не знаю, но что касается хлеба, я не согласен. Сейчас у всех мирная жизнь. Когда есть чем кормить людей, и домашние животные не в тягость, — защищался хозяин и, доведя нас до бани, сказал: — Думаю, без меня справитесь — Боря побывал тут не раз. — И пошел домой.


С маленьким окошком и низенькой дверью баня была потека-«а лесной домик. Из трубы прямо к небу тянулась тонкая струйка дыма, хоть иголку вдень.


Наконец, голые — в бане. Ничего особенного: печь с полуоткрытой дверью, откуда видны раскаленные угли, на «ж — котел с кипящей водой, рядом — два ведра с холодной, большой пустой таз, кружки, широкая деревянная скамейка, примкнувшая одним концом к стене,


В бане, как в любой бане, тепло и душно.


— Ложись на скамейку! — сказал Боря. — Буду выбивать грязь из спины.


Я лег. Он налил горячую воду в таз, бросил туда мелко нарезанное мыло, взял березовый веник, размешал им воду, которая от растворившегося мыла стала пениться. Потом вылил кружку воды в печь. Пар, как шипящая змея, взлетел к потолку и наполнил всю комнатку. Пот облил мое тело.


— Эй, что ты делаешь? Задушишь! — возражал я.


— Это же кайф, дорогой. На то и называется — парилка — от пара. Сейчас испытаешь всю прелесть русской бани. Ну, повернись на живот!


И начал колотить меня веником — по спине, по ногам, по… С одной стороны, приятно, с другой — больно. «Терпи, — говорю себе, — раз так надо!» Но разве можно терпеть? Словно ремнем бьют.


— Ну что, побаливает, да? — спросил Боря. — Э, братишка, в этом и заключается весь фокус: пар, веник, бей по голому. А теперь повернись! Поработаем и над животом. Отсюда выйдешь чище праведника!


Поменялись местами, и я, подражая Боре, стал нахлестывать его по спине веником.


— Потише, друг! Ты что? Замахиваешься, словно дрова сечешь… Делай, как я!


— Видал я твое «потише»! Ну ладно, — говорю, — пожалею.


— Подбрось воды на камни, а то пару совсем мало! — попросил Боря.


Взял ведро с холодной водой, открыл дверцу, смотрю: жар — как расплавленный металл. «Да, — подумал, — Лева не поскупился на дрова». И недолго думая бух — выплеснул полведра в печь.


Что произошло? Словами не рассказать. Обжигающий пар со страшной силой толкнул меня в грудь. Я отскочил, загремело ведро, разлив воду, почти кипяток, а сам я угодил в ведро с холодной водой. Прыгнул, ничего не видя в густом пару, налетел на нечто мягкое. «Ох», — крикнул мой друг и упал прямо у моих ног. «Дверь, дверь открой, быстро! Я задыхаюсь! Ищи дверь!» — закричал сумасшедшим голосом Боря. А где дверь-то — ничего не вижу и уши пищат. Вмиг почувствовал, что теряю силы, пар входил в легкие, а выдохнуть было невозможно. И как слепой, стал шарить по стенам. Нащупал окошко. Удар кулаком, второй удал… Не поддается. Понял — плексиглас! Конец, падаю! Но пальцы инстинктивно снова полезли по стене… Вдруг дверь с треском открылась, и пар, как из пробитого паровозного котла, полетел наружу, а вместе с ним… и я. Очутившись по пояс в снегу, как выброшенный карп на берег, жадно стал глотать свежий воздух. Лева орал на всю глотку перепуганным голосом:


— Да что вы тут натворили, дураки эдакие?!


И тут же вошел в баню.


— Эй, дяденька, — услышал я голос мальчишки из соседнего дома, — чего голым гуляешь по снегу? Не стыдно — женщины смотрят.


Тут Лева показался у порога.


— Ты чего там торчишь, гость несчастный? Входи в баню — замерзнешь!


— А пар? — прикрывая обеими руками срамное место, спросил я.


— Пар испарился, — сказал названый друг, с силой вталкивая меня обратно.


Приятель сидел на скамейке, свесив голые ноги, и платком вытирал кровоточащий нос.


— Извини, Боря, виноват, — сказал я.


Зубы стучали то ли от испуга, то ли от холода, то ли от свирепого взгляда друга.


— Дрожишь, а? Ну, ты разбойник! Испортил нам все удовольствие! Разве можно лить столько воды в печку? Я кружкой — не видел, ты — ведром! Ни (рига не соображаешь, как дикарь!.. И воздух выбил мне из легких, и нос разбил, и чуть на тот свет не отправил.


— Да, мог бы быть летальный исход, черт бы вас побрал. Спасло то, что я нечаянно заметил пар, вылетавший через щели двери. Мог бы найти, как пить дать, два трупа в собственной бане… Ха, ха…


И Лева так заразительно захохотал, что и нас рассмешил.


Мне было не до смеха, но все же лучше посмеяться над собой, чем друзьям плакать над тобой.


Немножко утихомирились. Лева сам начал парить веником друга, я быстро надел шмотки и побежал к дому. Собака опять бросилась, но цепь спасла меня… «Нет худа без добра, — подумал я, — на сегодня хватит одного удушья!..»


— С легким паром! — встретила меня с любезной ухмылкой Левина сестра.


— Спасибо!


— Залезай на печь, — сказала девушка. — У нас так принято: после бани — небольшой отдых. Что вы предпочитаете — чай или пиво?


«Это как — на печь, она что, шутит? Кто у нас в Болгарии ложится на раскаленной печке?» Но эта печь была особенная — из кирпича: снизу огонь горит, сверху отведено место, где можно полежать…


После колебаний я устроился на белой шкуре неведомого зверя. Прикрыл глаза и словно погрузился в какое-то сладостное блаженство. Мне показалось, что я испаряюсь, печь пошатнулась и я вместе с ней полетел вверх, все выш невероятно мягкие и пушистые облака, а рядом красиво… улыбается сестра Левы…


С тех пор я знаю, что такое русская баня.

В морском казино


Мы с женой — потрепанные жизнью, проводили отпуска в лечебницах, желательно в горных. Хотелось бы на море, но солнечные лучи так давят на седую голову, что спасу нет! Нервная система расшатывается, как старая телега. Это у меня… Жене, наоборот, лучи, море и песок — это ее излюбленный конек, не оторвешь. И вот снова летний сезон. На этот раз она взяла меня в руки, достала путевки в курортный комплекс неподалеку от Варны. Неделю уже ходим как пьяные, очарованные красотами родного черноморского берега. До обеда бегаем по разным процедурам для общего укрепления здоровья, после обеда — на пляже среди отдыхающих болгар и туристов. Жена, разумеется, счастлива, то в море барахтается, то валяется ка раскаленном песке, охотится за солнечными лучами. Я, само собой, берегу голову от этой благодати, лежу под зонтом, созерцая дальний горизонт, где море сливается с небом и немножко завидуя тем, кто не боится удара с неба. Были довольны и предовольны. И говорить нечего — что хорошо, то хорошо, и мы понимаем, что такое жить по-европейски. Хотя мы сами в центре Европы, но наши отсталость и бедность сказываются во всем, хотя бы в том, что редко кто из болгар может позволить себе роскошь жить в дорогих отелях.


Впрочем, это не столь важно, солнце для всех одинаково греет, осветляет и оживляет, было бы здоровье, остальное приложится, каждому — свое, но, как говорится, «много добра не всегда к добру». Вот мы и живем себе, жаловаться не приходится. Жалко то, что время быстро проходит: через три дня_обратно и снова вкалывай круглый год до одури. Кажется, такие мысли крутились у меня в голове, когда тем вечером случилось нечто, что нарушило ритмы нашего курортничества.


Мы сидим за столом в ресторане морского казино. Любопытство разъедало нас и мы неотрывно наблюдали за посетителями и зрителями казино. Говорю — зрителей, ожидающих, как и мы, вот-вот появления на эстрадном подиуме Кубинского ансамбля песни и пляски. Это я узнал днем, прочитав на афише, так что мы не случайно здесь, — и я решил разыграть роль уважающего себя супруга. А супруга в это время, всмотревшись в куверты, удивленно сказала:


— Да ты что платить 20 левов за куверты! Как это удалось тебе оторвать от кармана?


— Ну, милая, я же не такой скупердяй! Не будем же каждый вечер отмеривать километры по аллеям и дорожкам пансионата, соблюдая режим как гимназисты! Мы тоже люди, не хуже других, жаждущих получить свою долю удовольствия от более зажигательных развлечений. Увидишь, не пожалеешь!


Жена, не ожидавшая от меня такого благородного жеста, впала в восторг:


— Ой, как ты обрадовал меня, дорогой! Я всегда… Барабаны со сцены заглушили красивые слова в мой адрес, которые я все реже слышу от жены. Все взгляды были направлены к эстраде — кубинцы начинали свою экзотическую программу.


Официанты шныряли между столами, сервильно услужливо склоняя головы к клиентам, стараясь не мешать им смотреть, виртуозно разносили на подносах блюда и напитки. И к нам подошел официант:


— Як вашим услугам, — улыбаясь произнес он.


— А где меню, не вижу на столе? — спросил я.


— Меню нет! Это у нас ресторан, так сказать, на открытой площадке — если дунет ветер, меню полетит к морю, не сыщешь.


— Ветер есть, а тумана нет случайно? — попытался пошутить я.


— Тумана, как сами видите, нет. Есть шашлыки. — И, как зазубривший урок школьник, официант перечислил несколько предлагаемых блюд и напитков. То же самое повторил и перед клиентами соседнего стола. Там сидели три молодых пары, разодетые сообразно последним модам регресса: девушки — полуголые, парни — полуодетые.


Не раздумывая долго, заказали по сто граммов водки, салат, шашлыки, бутылку белого вина и мороженое к десерту. Едим с женой, не торопясь, один глаз в тарелку, другой — на сцену, выпиваем маленькими глоточками, чтобы вина хватило надолго, одним словом, наслаждаемся природой, объявшей нас верхушками столетних кедров, мягким шелестом прибоя, а боль. ле всего — изумительным кубинским искусством. Как говорится, кайф на всю катушку.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   35

Похожие:

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconИгорь Петраков Рассказы о детстве фрагмент предисловие
Воспоминания о детстве Они вносят живость в переживания настоящего, заставляют задуматься о непреходящем Они снова и снова появляются...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconЛитература XX века
И. А. Бунин «Господин из Сан-Франциско», «Деревня», сборник «Темные аллеи», рассказы о любви «Легкое дыхание», «Митина любовь», «Чистый...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconАстрахань. Признание в любви
Цель: способствовать развитию активной гражданской позиции учеников, способствовать развитию патриотических чувств через знакомство...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconИзбранные поучения из сочинения Плоть и Дух Святителя Тихона Задонского
Содержание: Житие Святителя Тихона. О любви к Богу. О любви к ближнему. О плодах любви. Совесть. Евангелие. Святое крещение. О первейшем...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconСодержание об авторе 13 предисловие редактора 15 предисловие 17
Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль. – Спб.: Прайм – еврознак, 2001. – 512 с

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconУрок повторения по теме «Древний Восток» (урок-игра)
Перед началом урока класс делится на группы по 7 человек. Если есть «лишние» дети, им можно дать работу по организации игры: следить...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconЛюбви. По Платону, прекрасная любовь внушается и посылается богами. Его "эротософия" этична, понятие любви нормативно (предъявляет некие стандарты). И развиваемое Платоном понятие любви, по сути есть совершенствование, духовное возвышение, так как дается человеку в качестве большого дара от самого б
Данная статья посвящена весьма актуальной теме на сегодняшний день – теме любви. Автор рассматривает понятие любви, индивидуальные...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconПредисловие чтение этой книги принесет разочарование тому, кто ожидает доступной инструкции в искусстве любви. Эта
Эта книга содержит много идей, выходящих за пределы того, о чем я писал раньше, и, что вполне естественно, даже старые идеи вдруг...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconПредисловие в этой книге нам хотелось
В этой книге нам хотелось рассказать о любви. О прекрасной и великой, о низменной и подлой. О той любви, которая всякий раз переворачивает...

Веселин Георгиев Самые смешные рассказы Содержание: Предисловие Игорь алексеев признание в любви iconМир животных (Рассказы о насекомых)
Игорь Иванович Акимушкин пишет книги о животных и это не монографии, и даже не научно-популярный обзор систематических групп животного...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница