Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей




НазваниеАкмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей
страница1/17
Дата конвертации17.11.2012
Размер2.47 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17


САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ИНСТИТУТ ПСИХОЛОГИИ И АКМЕОЛОГИИ


АКМЕОЛОГИЧЕСКИЕ

ПРОБЛЕМЫ СУБЪЕКТНОСТИ:

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ И ДИАГНОСТИКА


МАТЕРИАЛЫ МЕЖВУЗОВСКОЙ НАУЧНО-

ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ СТУДЕНТОВ,

АСПИРАНТОВ, ПРЕПОДАВАТЕЛЕЙ


23 апреля 2009 года


Санкт-Петербург

2009

План 2009 г.


Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика: Материалы научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 23 апреля 2009 г. / Под общей ред. проф. Ю.А. Шаранова. СПб.: Санкт-Петербургский институт психологии и акмеологии. 2009. 340 с.


В сборник включены материалы докладов и выступлений на межвузовской научно-практической конференции «Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика», проходившей в Санкт-Петербургском институте психологии и акмеологии 23 апреля 2009 года.


© Санкт-Петербургский институт

психологии и акмеологии, 2009


ПРЕДИСЛОВИЕ

Актуальность исследования проблемы «субъекта» и «субъектности» в настоящее время определяется многими факторами, среди которых, кстати, мировой финансовый кризис занимает далеко не первое место. По существу более ста лет психологи в том или другом контексте используют понятие «субъект». Оно стало настолько привычным, что далеко не всегда возникает необходимость в его дополнительном определении. Проблемы стали возникать только тогда, когда интенсивное развитие наук о человеке вызвало потребность в интегративных теориях и соответствующем категориальном аппарате.

Общая психология одной из первых подверглась реформированию со стороны А.В. Петровского и М.Г. Ярошевского. Однако в результате этого новой метатеории пока не появилось. В свою очередь акмеология, особенно на этапе своего становления и институализации путем некоторой адаптации активно использовала наработанные в философии, синергетике, психологии, педагогике, социологии, конфликтологии и других науках категории и понятия. Не явилось исключением и понятие «субъект». Однако с самого начала субъектом определялся только взрослый, зрелый человек на этапе достижения акме. При этом постулировалась основная задача новой науки – исследование закономерностей только продуктивной, только успешной деятельности, по существу ее результата, для того, чтобы управлять этим процессом. Тем самым из контекста субъектности была взята только активность, направленная на созидание, творчество, достижение вершин в профессиональной деятельности. При этом постепенно отпала необходимость в гносеологии, как неотъемлемой стороне активности субъекта. Как представляется, слишком поспешно был принят известный постулат о том, что о «закономерностях развития ребенка нам почти все уже известно» (Д.И. Фельдштейн). Однако попытки построить не противоречивую концепцию зрелости человека не увенчались успехом.

Онтологическая природа субъекта никак не умещается в прокрустово ложе феномена взрослости. Зрелый человек оказался не менее сложным объектом для исследования, чем ребенок. В свою очередь в акмеологии по-прежнему сохраняются методологические подходы, заимствованные из психологии – рассматривать отдельные элементы и аспекты субъекта вне их функций от целого. Поэтому концепция субъектности уязвима в теоретическом плане, так как должна отвечать требованиям психологизма и историзма. Одновременно с этим, концепция субъектности атакуется с позиций утилитаризма. В практическом плане феномен субъектности постепенно расширяет горизонты, эволюционируя к технологии развития зрелого человека и достижения акме. Но по существу каждое конкретное исследование в акмеологии неизбежно сопровождается глубинным переосмыслением системной природы субъекта, в результате категория субъектности предстает еще более сложной по своему устройству и функциям. То есть происходит удвоение значения в результате внутренней перекодировки или теоретической рефлексии научных текстов.

В системе культуры тексты, как известно, выполняют две функции: адекватную передачу значений и порождение новых смыслов. Нередко это происходит путем создания искусственных языков. Ни одна из молодых наук не избежала искушения построить собственную оригинальную систему значений, которые на поверку не выдерживают испытание здравым смыслом. Здравый смысл не признает абстракций и тем самым не порождает новой сущности. Поэтому феномену субъектности зачастую удобнее выступать в качестве теоретического конструкта, нежели прикладного принципа.

Акмеологическая наука сегодня – это не беспорядочное накопление текстов, а стройная, иерархическая организация, работающая система теоретических и эмпирических способов постижения бытия и сознания. В то же время категории и понятия, то есть язык, на котором изъясняется наука, не успевает за процессом усложнения понимания человека, но стремится при этом сохранить верность принципам историзма. Очевидно, что не зрелость собственного языка акмеологии, неопределенность категориального статуса одного из ее основных понятий – субъектности, которое передает опорное содержание, ставит под сомнение эффективность технологий, которые предлагает акмеология практике. Поэтому проблема субъекта еще долго будет в центре внимания научного сообщества.

Участники конференции попытались с различных сторон представить свою оценку и свой анализ проблемы субъекта. В том числе, конечно, и в связи с мировым кризисом, который фактически является очередным вызовом человеку как субъекту и требует от него проявления творческой активности.

Не вызывает также сомнения возрастание значения лидерских качеств и ответственности субъектов власти, руководителей всех уровней, бизнеса, представителей элиты за судьбу и перспективы развития отечественной экономики. В этом отношении взгляд на проблему с точки зрения синергетики, юриспруденции, экономической психологии, педагогики и философии более чем уместен. Одновременно с этим обстоятельства настоятельно требуют от ученых-психологов, педагогов, акмеологов разработки новых теоретических концепций, расширения исследований, выявляющих универсальные закономерности становления и оценки субъектности как системного качества личности, как еще у растущих, так и у зрелых людей, проявляющегося в свободной и творческой деятельности.


Доктор психологических наук, профессор

Ю.А. Шаранов

Шаранов Ю.А.

ИМПЛИЦИТНЫЕ ПОСТУЛАТЫ1 КОНЦЕПЦИИ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТНОСТИ

ЧОУ ВПО Санкт-Петербургский институт психологии и акмеологии

г. Санкт-Петербург

В настоящее время понятия «субъекта» и «субъектности» являются ведущими не только в психологии, но и в акмеологии. Однако многочисленные публикации, специальные исследования (Б.Г. Ананьева, К.А. Абульхановой-Славской, А.В. Брушлинского, Л.М. Веккера, В.А. Ганзена, Л.А. Головей, Д.И. Дубровина, Б.Ф. Ломова, А.Н.Леонтьева, К.К. Платонова, А.В. Петровского, Н.И. Рейнвальд, С.Л. Рубинштейна, М.С. Роговина, Н.А. Соколова, В.И. Слободчикова, В.В. Селиванова, А.Н. Ткаченко, Б.Д. Эльконина, М.Г. Ярошевского и др.) не дают ответа на главный вопрос о том, каковы критерии категориального статуса данных понятий? Отсутствует и целостная концепция «субъекта» и «субъектности». Поэтому их описание и трактовка преимущественно осуществляется произвольно. Многими учеными не признается категориальный статус понятия «субъект»; не осмыслено в должной мере его соотношение с другими категориями. До сих пор не дифференцированы понятия «субъектогенез», «личностное развитие», «психическое развитие», «саморазвитие». Широкое словоупотребление понятия «субъект» в современной акмеологии свидетельствует, с одной стороны, о его распространении, с другой – многозначности, превращающей его в бессмысленный эпитет и делая невозможным его употребление в качестве определения. В условиях, когда именно понятия «субъекта» и «субъектности» обеспечивают системность категорий и определяют зрелость акмеологии как науки, задают ориентиры научного поиска, являются исходными положениями для объяснения и понимания объектов научного исследования такое состояние дел тормозит развитие предмета акмеологии, снижает ее творчески – преобразующий потенциал. В связи с этим обостряется потребность в методологической рефлексии, включающей в себя анализ и осмысление понятий «субъекта» и «субъектности» в структуре как устоявшихся категорий классической акмеологии, так и тех, которые используются в смежных научных дисциплинах.

Современная жизнь более чем благоприятна для исследования именно феномена субъекта и субъективности. С одной стороны, такие понятия, как свобода, автономия, суверенность, самореализация, креативность, ответственность, наконец-то признаны не только личной, но и социальной ценностью. В Конституции страны нашли отражение многие из перечисленных ценностей. Этот факт надо признать со всей очевидностью. С другой стороны, за декларациями должны последовать соответствующие дела представителей власти, поступки свободных граждан. Важно исследовать законы становления и реализации этих универсальных ценностей, для того чтобы субъекты гражданских отношений были предельно зрелыми, ответственными и разумными в собственном жизнетворчестве.

Интенсивность социально-исторических процессов в современном обществе постоянно возрастает, меняется конфигурация развития социальной среды, что предъявляет особые требования к субъектным качествам, свободе и ответственности каждого человека. Человеку все труднее и труднее быть субъектом, самостоятельно творить свое независимое, подлинное, аутичное бытие, оставаясь при этом самобытной, неконформной личностью. Российское общество на ходу решает проблемы обновления и становления новой этики, философии, новых установок каждого человека. В результате этого не у всех устанавливается и поддерживается продуктивный диалог с окружающим миром, особенно тогда, когда этот мир относится к человеку неуважительно или враждебно. Возрастание количества различных психических отклонений, манифестирующих реакций, пьянства, наркомании, суицидов и преступности свидетельствует об угрозе сохранения границ субъектности человека. В этой связи интересно понять:

  1. Что, собственно, представляет сам субстрат субъектности?

  2. Каковы границы субъектности?

  3. На каких языках выражается субъектность человека?

  4. Каким образом человек распознает и оценивает тот или иной уровень переживания свободы, автономности, суверенности, самореализованности, креативности или порабощенности?

  5. К чему обязывает состояние субъектности, как и от чего его надо защищать?

  6. Как человек проявляет субъектность в профессиональной деятельности, привыкая быть автором своей жизнедеятельности?

  7. Что происходит сегодня с субъектом при переходе от одной действительности к другой, от одной культурной формы к другой, от одного цикла к другому? Как устроены эти переходы? Что есть человек перехода?

Следует подчеркнуть, что в центре дискуссии специалистов также находится и вопрос о целесообразности использования самого понятия личности для объяснения определенного типа поведения человека. Действительно смысл термина «личность» всегда оставался не совсем ясным, поскольку в повседневной жизни под личностью подразумевают совокупность человеческих качеств, благодаря которым люди отличаются друг от друга (В.П. Зинченко). Можно, например, сказать, что человек имеет «интересную» или «антиобщественную» личность (или ею является). В этом контексте личность – это оценочная абстракция, но ее часто овеществляют и представляют как мистический объект, существующий независимо от социального поведения, эмоций, когнитивных процессов и любых других факторов.

Создатели теорий личности концентрируют внимание на аспектах психологического функционирования, которыми, по их мнению, обусловлены различия между людьми, и предлагают множество различных определений «личности». Однако, как справедливо отмечают авторы этих концепций (Холл и Линдсей, 1970), подобные определения диктуются теорией и невозможно сформулировать определение личности, не приняв какой-либо теоретической позиции, с которой эта личность будет рассматриваться. Таким образом, строго говоря, не существует такой «вещи», как личность, и более уместно говорить о ней как об области исследований.

В широком смысле психология личности – это дисциплина, изучающая поведенческие закономерности, которые отличают одного человека от другого (т. е. склонности/диспозиции или черты), а также процессы и структуры, которыми эти закономерности обусловлены согласно принятым теоретическим постулатам. Одновременно с этим слово «субъект» не заменяет понятия «личность». Как подчеркивает А.В. Брушлинский в московской школе психологии с понятием «субъект» более всего соотносится «личность». Это связано с тем, что психологическая природа субъекта раскрывается через совокупность его связей, отношений с миром, как реализация специфического способа «организации, качественной определенности сознания современной личности»2.

Не смотря на различные психологические концепции понятие «личности» имеет не только теоретическое, но и эмпирическое значение. Именно с этой установкой следует также подвергать исследованию феномен «субъекта» и «субъектности».

Как и многие другие категории, такие как личность, деятельность и т.д., понятие «субъект» исходно является философской категорией3. Возникновение и развитие этого понятия в русле философского знания уже являлось предметом исследования. Согласно мнению В.А. Татенко, наиболее полный анализ философской категории «субъект» принадлежит М. Хайдеггеру. Начиная с середины XVIII в. возникает новое, близкое современному понимание субъекта, которое, благодаря работам И. Канта становится необходимой принадлежностью философии.

В свою очередь, категория «субъекта» также подвергалась психологическому анализу4. Собственно, психологической данная категория становится, когда С.Л. Рубинштейн раскрывает, а вернее, по словам К.А. Абульхановой-Славской, заново воссоздает онтологический план категории «субъект». Тем самым создается «проект генетической онтологии субъекта», который был разработан С.Л. Рубинштейном в статье «Принцип творческой самодеятельности». «Рубинштейновский проект нацеливает исследователя на анализ процесса развития, образования субъекта, становление субъекта формообразующей и самоустремлённой объективной силой»5.

Точно также в трактовке Г.И. Челпанова за субъектом признаётся активность, он рассматривается как причина, источник душевной жизни. Учёный не просто использует понятие «субъект», а доказывает его существование:

1. «субъект есть субстанция, потому что мы представляем его как нечто, обладающее известными свойствами, которые сами по себе, без связи с этим нечто не существуют»6;

2. наше сознание нельзя объяснить без признания субъекта, ибо сознание не сводится к сумме ощущений и представлений.

Субъект в понимании Г.И. Челпанова относится не только к сознательному, но и к бессознательным сферам психического. Но главное качество субъекта выражается в развитии, изменении и сохранении: «Нельзя сказать, что в нашей жизни все текуче, что наша духовная жизнь представляет собой только изменяющийся процесс. В нашей жизни есть и нечто постоянное. Так, например, в процессе сравнения есть нечто, постоянный субъект, благодаря которому может осуществиться процесс сравнения. В самом деле, если предположить, что в нашем сознании есть только состояние А и состояние В, то, разумеется, процесс сравнения не мог бы осуществиться, поэтому мы должны допустить ещё один общий субъект»7.

Таким образом, Г.И. Челпановым было сделано три важных для развития категории субъекта открытия: во-первых, утверждение тождественности субъекта душе (это позволило впервые признать понятие «субъект» не просто философским эпитетом, но и психологической категорией); во-вторых, рассмотрение диалектики развития, изменения и сохранения; в-третьих, определение субъекта как проявления сознательного и бессознательного. Кроме того, закладывается понимание субъекта как основания целостности психического8. Тем самым Г.И Челпанова можно по праву назвать родоначальником субъектного подхода в России.

Дальнейший анализ психологического направления позволяет увидеть основные различия и сходство в подходах школ и понять вклад каждой из них в развитие категории субъекта. Выделяются четыре основные отечественные школы9, которые внесли наибольший вклад в разработку понятия «субъект»: школы Узнадзе, Рубинштейна, Ананьева, Выготского - Леонтьева.

Согласно фактической исторической последовательности, категория субъекта впервые употребляется в психологической науке в СССР именно в работах Д.Н. Узнадзе, в то время как у С.Л. Рубинштейна она представлена впервые в статьях и рукописях 20-х гг., и в рукописи книги «Человек и мир» (50-е годы)10.

Для Узнадзе понятие субъекта имеет принципиальное значение. Он настаивает на том что «психология как наука должна исходить … из понятия самого субъекта, как целого, который, вступая во взаимодействие с действительностью, становится принужденным прибегнуть к помощи отдельных психических процессов»11. То есть в качестве одной из главных характеристик субъекта им выделяется целостность.

Следует отметить, что субъект и личность у Д.Н. Узнадзе являются синонимами: эти понятия он часто пишет через запятую. Поэтому исследователи его концепции обычно говорят об «опыте построения общепсихологической теории личности», не учитывая вклад ученого в разработку категории субъекта12. Однако у Д.Н. Узнадзе можно обнаружить попытку дифференциации личности и субъекта: «Так в случае гипнотического внушения непосредственному влиянию подвергаются не действия субъекта, а его личность. Именно у личности возникают стремление, готовность (установка) выполнять определенный поведенческий акт. В качестве субъекта личность реализует собственную установку, а не чужой приказ»13. Характеристика целостности субъекта связана у Д.Н. Узнадзе с понятием установки, определяемым им как «состояние субъекта, меняющееся в зависимости от задач, которые он сам себе ставит и условий, в которых он их разрешает»14. Для К.А. Абульхановой-Славской, анализирующей труды Узнадзе, это понятие позволяет решить «мнимую альтернативу предшествования сознания деятельности или деятельности сознанию»15. Связь понятия установки с деятельностью выступает у Узнадзе следующим образом: «Установка является модусом субъекта в каждый данный момент его деятельности»16, т.е. категория субъекта связывается с деятельностью. Рассматривая теорию установки, М.Г. Ярошевский делает иной вывод: «Своеобразие пути, которым пошёл Узнадзе, состояло в том, что его главной темой становится не деятельность и сознание, а деятельность и бессознательное»17. Из этого вытекает критика Узнадзе идеи тождества психики и сознания, что, по его мнению, приводит «к отрицанию существования целостного, активного субъекта психической жизни»18. Поэтому субъект в теории установки, в отличие от концепции С.Л. Рубинштейна, не всегда является сознательным.

Категория «субъект» в концепциях Б.Г. Ананьева, М.Я. Басова, А.Н. Леонтьева, С.Л. Рубинштейна также занимает ключевое место. Так, С.Л.Рубинштейн разработал основополагающие принципы, которые определили, во многом, дальнейшее развитие этой категории.

Труды Рубинштейна не раз анализировались его учениками и последователями. В частности, Абульханова-Славская провела исследование, посвящённое проблеме субъекта в творчестве Рубинштейна.

Одной из главных заслуг Рубинштейна является, по мнению Абульхановой-Славской, объектизация субъективного, которая доказывается через:

1. включение субъекта в бытие;

2. введение принципа детерминации.

Рубинштейн выступает против двух тупиковых, с его точки зрения, для психологии направлений: интроспекционизма и гносеологии. Первое, по его мнению, неправомерно отождествляет субъекта с сознанием, тем самым, замыкая его на самого себя. Второе сводит понятие субъекта лишь к познанию и проблеме его объективности. Рубинштейн рассматривает категорию субъекта в онтологическом плане, хотя и не игнорирует при этом познавательный аспект.

Им выделяется два значения субъективного. 1. «Субъективность в первом исходном её значении связана с принадлежностью всего психического индивиду, человеку как субъекту»19. 2. Она «связана с более или менее адекватным, отношением психического к бытию как объекту»20. Дифференцируя эти понятия, он чётко проводит границу между субъективностью и субъективизмом.

Тем самым С.Л. Рубинштейн выводит категорию субъекта из гносеологического тупика: «Говоря о познании субъекта, нужно различать субъекта как определённую реальность – человека как сознательное существо, т.е. того, кто является субъектом, и понятие субъекта, т.е. функцию субъекта, которую он выполняет в процессе познания»21. С этой точки зрения становится понятным познание субъектом самого себя.

Анализ трудов Рубинштейна позволяет вывести ряд важных характеристик субъекта22.

Во-первых, это сознательность субъекта. Такая характеристика важна не только для познания. «Субъект – это сознательно действующее лицо», – подчёркивает С.Л. Рубинштейн в своей книге «Человек и мир»23.

Во-вторых, понимание субъекта как субъективной реальности. Позже это будет разрабатываться как одно из направлений психологии субъекта.

В-третьих, субъект понимается как «центр перестройки бытия», его роль состоит в том, что он «своим познанием и действием конструирует бытие»; человек имеет «деятельностную модальность, но она сводится не к деятельности, а к сущности деятеля, который осуществляет её» 24.

В-четвертых, С.Л. Рубинштейн подчеркивает ещё одну важную зависимость: субъект часто сопряжён с понятием личности. Вот что пишет по этому поводу К.А. Абульханова-Славская: «Для Рубинштейна характерно понимание субъекта как основания связи сознания и деятельности: данная связь образуется личностью»25. Нечёткость разделения субъекта и личности будет в дальнейшем приводить к их смешению, перенесению функций одной – на другую, к их синонимичности.

В-пятых, категория субъекта определяется Рубинштейном так же через отношения, «в число которых он вводит в качестве равноправных с познанием и действием созерцание и этическое отношение»26. Именно с помощью отношения человек может преодолеть «внеположенность» другого и отнестись к нему как к свободному, имеющему право на самоопределение субъекту». Здесь многие исследователи видят начало субъект - субъектного подхода.

В-шестых, одной из наиболее важных характеристик субъекта, выступающих как высший уровень активности, наряду с инициативой, является ответственность. «Ответственность человека не только за то, что он делает, но и за то, чем он будет, станет, за себя самого, за то, что он есть, поскольку то, что он сейчас есть – это в какой-то предшествующий момент его жизни было тем, что он будет»27. Это положение позволит нам увидеть, что человек – это творец своей жизни и что он несёт за неё ответственность.

В-седьмых, Рубинштейном ставится вопрос о коллективном субъекте. Речь, правда, идёт о научном коллективе, но декларируется и то, что каждое «Я», есть коллективный субъект, содружество субъектов, «республика субъектов». Это – одна из основ развития идеи полисубъектности в психологии.

В своей монографии «Человек и мир» С.Л. Рубинштейн трактует категорию субъекта не просто как источника и носителя активности (в человеческом понимании), а как источника причинности всего бытия. Для С.Л. Рубинштейна было важным различие сознания и деятельности как разных способов взаимодействия человека с миром. Сознание, обеспечивая познание субъектом мира, определяет не только отражение мира, но и выражение отношения к нему субъекта – созерцание. При этом, как подчеркивает К.А. Абульханова, в деятельности объект преобразуется в целях субъекта, в созерцании сохраняется субъектом (и для субъекта) для раскрытия его ценности. Вообще же, по С.Л. Рубинштейну, субъект – это способ реализации человеком своей человеческой сущности в мире. Такое определение, безусловно, очень широко. Узкое понятие субъекта – субъект деятельности, субъект общения, субъект саморазвития, коллективный субъект, полисубъект – тоже нуждаются в уточнении и содержательных дефинициях, опирающиеся на ясные критерии. Эти критерии сам С.Л. Рубинштейн искал на границе, отделяющей субъекта от объекта.

Именно субъект-объектное членение реальности – одна из самых фундаментальных оппозиций, укоренившихся в мышлении современного человека. Подразумевается, что каждое совершающееся с человеком событие он может непроблематично квалифицировать как случившееся с ним или сделанное им. В первом случае он сталкивается с независимыми от него силами объективного мира, во втором – выступает автором своего поступка. Граница, проходящая между этими событиями, и есть граница, отделяющая объект от субъекта.

Если дальше следовать логике рассуждений, то наиболее важно в этом феномене то, что граница локализации ощущений (т. е. граница между Я и не-Я) прямо зависит от границы автономности/предсказуемости поведения объекта. Если его активность и конфигурация воспринимаются как неизвестные или неожиданные, то есть ожидаемые ощущения не совпадают с действительными, привычными, немедленно включается познавательная активность субъекта. Отсюда можно обнаружить как минимум два момента субъект-объектной диссоциации. Во-первых, факт подвижности границ субъекта, а во-вторых, универсальный принцип объективации: свое феноменологическое существование явление (объект) получает постольку, поскольку обнаруживает свою непрозрачность и упругость. Сознание проявляет себя лишь в столкновении с иным, получая от него «возражение» в попытке его «поглотить» («иное» не может быть предсказано, и именно граница этой независимости есть граница субъект-объектного членения)28. Все, что при этом оказывается по одну сторону этой границы, есть Я, а то, что лежит по другую, - иное. Объективный мир существует для моего сознания именно постольку, поскольку не может быть раз и навсегда учтен и требует постоянного приспособления, осуществляющегося «здесь и сейчас» (Тхостов А.Ш.). Плотность внешнего мира определяется степенью его «предсказуемости», придающей его элементам оттенок «моего», т. е. понятного и знакомого, или, напротив, «чуждого», т. е. неясного, «непрозрачного». Становясь «своим», внешний мир начинает терять свою плотность, растворяясь в субъекте, продвигающем свою границу вовне.

Известно, что культурная история человека, история создания орудий, инструментов, метрических систем, способов действия, технологий и пр.- это одновременно история формирования и человеческого тела, и конфигурации субъект-объектного членения. Инструмент лишь тогда становится «орудием», когда он хорошо освоен и перестает существовать в качестве объекта, на границе с которым действует субъект. Внутри ощущения «моего тела», содержится универсальный принцип порождения феномена субъективности, реальность которого обнаруживается лишь в точке сопротивления, соприкосновения с иным. «При этом тело более или менее мне послушно, я могу им управлять и именно это чувство авторства позволяет мне называть его моим. Значительная часть ограничений, накладываемых на тело, усваивается субъектом так же, как перцептивные схемы и языковые игры, «растворяя» жесткую конструкцию организма-объекта и оставляя лишь его редуцированную, «превращенную» часть, которую я и называю – «мое тело» (Тхостов А.Ш.). Ограничения, налагаемые обществом на натуральные функции организма-объекта, создают принципиально новый «ландшафт» культурного тела. Например, «эмпирическое Я» проясняется на ограничениях различного характера, налагаемых на меня как на субъекта социальных отношений. Социальное Я куда менее свободно, и его поступки определяются не рациональностью (подразумевающей свободный выбор), а более или менее четким, предписанным (а, следовательно, не вполне рациональным) каноном сохранения той или иной формы самоидентификации. Эти идентификации ограничены в волеизъявлении и именно этими ограничениями и созданы. Субъект, идентифицировавшийся с отцом, героем и пр., должен совершать поступки, не вытекающие из его воли, но предписанные избранной ролью. Его свобода заканчивалась выбором своей социальной идентификации.

Именно плотность коммуникативных ограничений (М. Бахтин), запретов, табу «вырезает» особую конфигурацию, ответственности и вины за проявление моих желаний и реализацию наслаждения. Super-ego суть продукт сворачивания, интериоризации своеобразного зонда контроля, формирующего особую форму самоидентичности: топологию социального, морального поведения. Отсюда процесс включения человека в контекст культуры связан с особой практикой объективации его физической активности, физиологических проявлений, установлением ограничений, последующее преодоление, «сворачивание» которых и есть путь социализации, развития произвольности и вторичной прозрачности телесных функций. «Создание "объектов" на пути субъекта – это постоянно текущее задание новой топологии субъект-объектного членения» (Тхостов А.Ш.). Отсюда субъектность – это определенный стиль жизни, а не характеристика наблюдаемого индивида.

Из этих положений вытекают довольно важные следствия. В частности, мысль о том, что законы, посредством которых строится топология социального субъекта, могут быть лишь жесткими, «мертвыми». «Мягкость» закона не позволяет его интериоризовать и разрушает четкость границ ответственности. С феноменологической точки зрения «закон» - это не то, что написано на бумаге, пусть оно и называется «конституцией», а в первую очередь именно его неумолимость, пусть нигде не записанная, ибо я могу превратить в зонд лишь негибкие, однозначно предсказуемые вещи. Это свидетельство не ограниченности, а, наоборот, проницательности. Размывание карательных функций власти, обязанной быть гарантом неукоснительности исполнения закона, приводит к коррозии морали и нравственности именно потому, что «необъективность» законов, возможность их неоднозначной интерпретации – путь к деструкции топологии социального субъекта.

В акмеологии достаточно остро стоит вопрос о сущности и границах подлинной и навязанной (вынужденной) субъектности, так как наличие субъекта предполагает динамическое существование, обеспеченное возможностью выхода за пределы тотальной означенности, поглощенности дискурсом, системой языка и контакта с желанием (Ж. Лакан), возможностью осуществления внутреннего диалога (Л.С. Выготский). При этом для Л.С. Выготского на первое место выступает активность, направленная субъектом на самого себя, на управление собственной психической деятельностью, и язык рассматривается им как инструмент, который может быть использован субъектом; для Ж. Лакана же важнее активность, направленная на преодоление власти языка и зависимости от него. Результатом постоянного взаимодействия (взаимопроникновения) субъекта и внешней среды, а также подвижности этих границ является феномен «психологического пространства личности» или «субъективное пространство жизнедеятельности»29. Отсюда следует, что «субъектность – это системное человеческое качество, в котором реализуется важнейшая интенция человека как субъекта – стремление к проявлению и реализации себя как в пространстве собственного внутреннего мира, так и в пространстве окружающего мира; при этом субъектность наиболее ясно фиксируется именно на границе этих двух миров, являющихся очень подвижной и отражающей противоречивое, динамичное и взаимодополняющее единство внешнего и внутреннего30. При этом смысл бытия и самореализации личности как субъекта состоит не только в присвоении и персонификации нечто из среды, но также и в трансляции чего-то в социальный мир. Другими словами, согласно теории А.В. и В.А. Петровских, персонализация рассматривается как самодетерминируемый процесс, потому что, отвечая экзистенциальной потребности быть личностью, она использует в качестве ресурса несущие на себе отпечаток личности субъекта социальные связи. При этом средствами персонализации служат конкретные продукты его активности – построенное здание, посаженное дерево, мастерски выточенная деталь, написанная книга – это, с одной стороны, предмет деятельности, а с другой, - средство, с помощью которого человек утверждает себя в общественной жизни.31 Это совпадает с представлениями в акмеологии, что истинная субъектность возникает на определённом уровне зрелости личности как качественный уровень ее самоорганизации, позволяющий ей играть роль детерминирующего начала собственной активности. Данное свойство личности возникает через разрешения противоречия между внутренними и внешними детерминациями развития и существования, необходимостью и свободой, нормативностью и индивидуализацией32. Зрелая личность как субъект деятельности проявляется через способность к созданию, выбору или использованию средств для преобразовательной деятельности.

В числе важнейших субъектно-личностных характеристик деятельности для акмеологии оказываются понятия «профессионализм» (А.А. Бодалев, В.Г. 3азыкин, А.К. Маркова и др.), «мастерство» и «компетентность». Все три понятия подразумевают направление и критерии совершенства деятельности, высшего качества и уровня ее осуществления, то есть напрямую отвечают предмету акмеологии. Большинство современных исследователей склонны рассматривать профессионализм как особую характеристику субъекта деятельности. Н.В. Кузьмина определяет эту характеристику мерой владения субъектом современным содержанием и современными средствами решения профессиональных задач, а также продуктивными способами ее осуществления. Поэтому профессионализм, компетентность и мастерство в акмеологии являются обязательными атрибутами субъекта.

Н.В. Кузьмина, А.А. Деркач и другие ученые-акмеологи в своих работах заключают, что в целом профессионализм личности напрямую связан со способностью к самодвижению, самореализации с формированием личности как субъекта собственной профессиональной деятельности. В рамках этой акмеологической концепции субъект понимается как определенный уровень самоорганизации, самодетерминации системы самоопределения собственной активности, требующейся для разрешения актуального противоречия.

Субъектность выражается в самоорганизации личностных и психических возможностей и способностей, координации внутренней активности, объективной организации деятельности. Это мера активности личности в использовании внутренних и внешних, по отношению к личности, ресурсов для реализации поставленных целей. Субъектность – это инструмент, позволяющий пересмотреть имеющиеся ресурсы в поиске повышения эффективности их использования. В этой связи при рассмотрении подструктуры субъектности в акмеологии предлагается три основных критерия: активность, самосознание, саморазвитие. Выделение именно этих трех критериев основывается на анализе и синтезе следующих идей:

  • идея субъектогенеза, отражающая стремление человека к самополаганию, детерминации собственной активности, развитии в онтогенезе способности человека выступать в роли субъекта;

  • положения субъектогенетической теории о том, что целостное психологическое описание личности в качестве субъекта активности может быть произведено с помощью таких понятий как инициатива и ответственность, преобладающие типы стимулирования, основные ориентиры личности, притязания, удовлетворенность и саморегуляция;

  • работы КА. Абульхановой по проблеме проявления субъектности и ее диагностике.

Таким образом, выделенные критерии позволяют определить следующие общие характеристики истинной субъектности:

  • неотчуждённая активность (Э. Фромм) в плане оптимального соотнесения на основе личностного смысла своих потребностей с деятельностными возможностями и возможностями, представленными условиями жизни;

  • взаимосвязанная с первой характеристикой оптимальная сбалансированность всех личностных бытийных пространств;

  • восприятие и позиционирование себя как субъекта, внутренняя потребность занимать именно субъектную позицию;

  • субъектная позиция, характеризующаяся оптимальным балансом интериоризованной и экстериоризованной субъектности, а также такими параметрами, как целостность восприятия своей жизни; внутренний трансситуационный локус контроля; экоориентация; трансситуационная смелость;

  • бытие личности, в значительной степени отвечающее характеристикам истинного существования;

  • истинная субъектность как спонтанное проявление субъектных характеристик в соотношении с минимальной ценой личностных затрат;

  • масштаб возникающих противоречий и уровень их конструктивности;

  • гармоничное соотношение активности и деятельности в каждом из личностных бытийных пространств;

  • ответственность за содеянное и упущенное (С.Л. Рубинштейн, К.А. Абульханова);

  • умение принимать решения на основе сознательных нравственных убеждений (последние выступают в качестве реальных и устойчивых регуляторов личностной активности).

Таким образом, понятия «субъекта» и «субъектности» становятся ведущими в современной психологии и акмеологии. Категория субъекта обрела статус системообразующей, методологической категории.

Для субъекта окружающая действительность выступает как объект действия и познания, при этом другие люди также являются субъектами (А.В. Брушлинский). Субъектность же определяется, как способность человека управлять своими действиями, планировать способы действий, реализовывать намеченный программы, контролировать ход и оценивать результаты своих действий.

В то время, стремление авторов создать непротиворечивую концепцию субъекта приводит их к выводу о том, что это уровневый феномен. Остается также спорным вопрос о критериях субъекта и периодах его становления. Для многих авторов становление субъекта начинается с ранних этапов онтогенеза – с выделения ребенком себя из окружающей действительности и противопоставление себя ей как объекту действия, познания, созерцания. На сегодняшний день большинство акмеологов вслед за Б.Г. Ананьевым и К.А. Абульхановой считают, что это, прежде всего, взрослая личность.

Анализ существующих подходов и точек зрения на феномен «субъекта» и «субъектности» показал, что потенциал субъектности становится понятным лишь в том случае, если учитывается многообразие связей человека с жизненными ситуациями, а через них – с окружающим миром. Учёт реального бытия субъекта в его познании способствует, в конечном счёте, пониманию закономерностей духовного роста, трансцендентной потребности человека выйти за пределы самого себя, собственной личности. Сегодня становится очевидной тенденция к тому, что практика индивидуального совершенствования и самореализации субъекта тесно сливается с практикой социального преобразования.

Александров В.И. (Натаров)
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconНизаций: анализ и пути решения сборник докладов межвузовской научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых 30 ноября 2005 года Бийск 2006
Современные проблемы финансирования и инвестирования организаций: анализ и пути решения: сборник докладов межвузовской научно-практической...

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconРеформирование экономики: проблемы и решения материалы Первой межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых Барнаул 2005
Реформирование экономики: проблемы и решения: Материалы Первой межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов...

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconРспективы материалы II всероссийской научно-практической конференции молодых ученых и аспирантов (14-16 апреля 2008 г.) Часть 1 Уфа фгоу впо «Башкирский гау» 2008
Всероссийской научно-практической конфереции молодых ученых и аспирантов «Молодежная наука и апк: проблемы и перспективы»

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconПрограмма региональной межвузовской научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых пятигорск 2011
Горбунов А. П., ректор Пятигорского государственного лингвистического университета, академик апсн, профессор

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconПрограмма региональной межвузовской научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых пятигорск 2012
Горбунов А. П., ректор Пятигорского государственного лингвистического университета, академик апсн, профессор

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconМатериалы Всероссийской заочной научно-практической конференции студентов, аспирантов, молодых ученых

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconПрограмма шестой международной научно-практической конференции молодых ученых, студентов, аспирантов «Проблемы естественно-математического образования в исследованиях профессионально ориентированной личности»
Программа шестой международной научно-практической конференции молодых ученых, студентов, аспирантов Проблемы естественно-математического...

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconБюллетень владикавказского института управления №29 Материалы XI межвузовской научно-практической конференции «Человек, государство, общество: традиционные проблемы и новые аспекты»
России и странах снг, проблемам права, образования, переводы статей известных зарубежных ученых, материалы социологических исследований,...

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconБюллетень владикавказского института управления №36 Материалы XIII межвузовской научно-практической конференции «Человек, государство, общество: традиционные проблемы и новые аспекты»
России и странах снг, проблемам права, образования, переводы статей известных зарубежных ученых, материалы социологических исследований,...

Акмеологические проблемы субъектности: интерпретация и диагностика материалы межвузовской научно- практической конференции студентов, аспирантов, преподавателей iconПоложение о проведении Городской научно-практической конференции преподавателей и студентов
Настоящее положение определяет порядок организации и проведения городской научно-практической конференции преподавателей и студентов...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница