Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова




НазваниеПеред нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова
страница1/11
Дата конвертации28.11.2012
Размер2.15 Mb.
ТипИсследование
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
ПРЕДИСЛОВИЕ


Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова «Эстетические взгляды Абулькасима Фирдавси».

Ныне, как нам представляется, назрела острая необходимость и появилась реальная возможность глубоко и всесторонне исследовать, переосмыслить творчество великих деятелей культуры и искусства прошлого Средней Азии и Ирана. Абулькасим Фирдавси, относится к тем великим мастерам слова, идеи которого предвосхитили формирование философских и этико-эстетических воззрений последующих деятелей искусства, литературы и философии.

По своим философско-методологическим позициям А. Курбанмамадов придерживается общечеловеческих философских и эстетических ценностей. Судя по содержанию книги, творчество Фирдавси с точки зрения эстетической науки, как ни парадоксально, до сих пор достаточно не исследовано, хотя отдельные, косвенные высказывания об эстетике Фирдавси можно встретить в филологических, литературоведческих трудах учёных Средней Азии, Ирана и России. Данное монографическое исследование, пожалуй, является первым, где основные эстетически понятия и категории рассматриваются в систематической последовательности. Поэтому эта монография даёт возможность любителям творчества Фирдавси более целостно представить себе эстетические воззрения Фирдавси, которые выражались в художественно-образной форме.

Композиция книги Курбанмамадова А. отражает ход исследовательской мысли: автор пишет о взглядах автора на прекрасное, трагическое, на искусство поэзии, музыки, архитектуру, на религию и историю. Научная постановка историко-теоретических проблем эстетики, анализ эстетических взглядов Фирдавси на основе его бессмертного творения «Шахнаме» убеждает в актуальности и востребованости и в наше бурное время. В своих суждениях А. Курбанмамадов опирается а конкретный материал творчества Фирдавси, что делает его работу строго научной, и в то же время живой, доступной для широкого круга русскоязычных читателей. Он также в своих выводах опирается на богатую традицию персидско-таджикской, среднеазиатской духовной культуры, пронизанную демократизмом, пафосом человеколюбия, стремлением к свободе и счастью.

Автор находит в «Шахнаме» Фирдавси богатство эмоциональной палитры, включающей в себя радость и страдание, надежду и страх, любовь и ненависть, смех и насмешку, восхищение и удивление и т.д.

Из рассуждений автора о взглядах Фирдавси на прекрасное в человеке становится ясно, что великий поэт ратовал за красоту человека как единство красоты духа и тела, защищал нравственное и эстетическое достоинства человека. Фирдавси был первым из мыслителей нашего региона, глубоко понимавших ценность и важность для жизни человека Свобода Родины. Он в своем «Шахнаме» проводил идею свободы Родины как естественное, необходимое для человека явление. Можно сказать, что характерная черта мировоззрения Фирдавси в целом – это искрений и глубокий патриотизм, что даёт возможность понять творчество Фирдавси как достояние современной культуры. При этом его патриотизм сочетается с глубоким чувством уважения к другим народам, к другим этническим народностям и к их культуре. В «Шахнаме» нетрудно обнаружить основные черты, свойственные взглядам мыслителей-гуманистов: страсть к прошлым бесценным гуманистическим идеям, интерес к человеку и к проблемам чистоты его нравственной жизни, апология свободы духа, стремление возродить, обогатить родной язык, бесследно исчезнувшие лучшие обычаи и традиции, культ истории и религии, стремление к познанию божественной Истины и т.д.

В «Шахнаме» красной нитью проходит важная для нашего время мысль, что во всех отношениях равны, ибо все они сотворены единым Богом. Понимание людьми своего единства способствует упрочению добрых нравов и расцвету общества, и, тем самым, приумножаются общественные блага.

Автор в своём исследовании особое внимание уделяет пониманию Фирдавси красоты природы. Поэт с глубоким чувством восхищения и наслаждения относился к красоте природы, вне которой не может быть прекрасным. Творчество многих персидско-таджикских поэтов до Фирдавси пронизано эстетизацией, «одухотворением» природы. Фирдавси продолжил эту традицию и добился больших успехов. Изображение природы в «Шахнаме» тому яркое подтверждение.

Автор монографического исследования довольно подробно рассматривает взгляды Фирдавси на такие сложные эстетические категории, как трагическое и комическое. Конечно, у Фирдавси мы не найдем четкого теоретического определения этих понятий, как справедливо пишет автор в своем исследовании, но в то же время ощущение, восприятие и представление Фирдавси об этих эстетических феноменах довольно близки нашему времени и сходны с современными эстетическими идеями.

Фирдавси глубоко осознал сущность трагического, что нашло отражение в его поэтическом творчестве. Трагические герои в «Шахнаме» предстают яркими и сильными, не только физически, но и духовно. Трагические герои Фирдавси, по словам Гегеля, одновременно виновны и невиновны. Они не виноваты в том плане, что не в состоянии изменить свою судьбу, а виновны в том смысле, что они несут глубокую нравственную ответственность за результаты и последствия своих поступков. В книге интересные наблюдения можно найти, относительно взглядов Фирдавси на проблему войны и мира. Фирдавси резко осуждает войну, несущей людям страдания, бедствия, нищету. Фирдавси гордился своими предками, которые мужественно сражались за свою Родину. Он был убежден в том, что только дружба народов помогает им встать на твердую почву человеческих взаимоотношений и раз навсегда избавиться от недоверия и сомнения между людьми. Резкое осуждение Фирдавси различных войн в наши дни звучит достаточно актуально.

На протяжении всего периода истории развития духовной культуры Средней Азии и Ирана эстетическая проблематика постепенно обогащалась, развивалась благодаря эстетическими идеями Фирдавси. Фирдавси были заложены те основы представлений о сущности поэзии, музыки, живописи, архитектуры и т.д., которые стали существенной частью средневековой эстетики Средней Азии и Ирана. Они получили дальнейшее развитие у Низами Ганджави, Анвари, Хусрави Дехлави, Джами, Навои и т.д.

В своём исследовании автор подробно анализирует взгляды Фирдавси на поэтическое искусство. Он воспринимал поэзию не только как художественное, но и как важное общественное явление. Поэт должен быть связан с народом, обществом. Поэзия требует от поэта огромной духовной энергии и эрудиции, глубокого знания истории и жизни. Она должна быть пронизана философскими, историческими идеями.

В монографии отдельные главы посвящены взглядам Фирдавси на религию и историю. Возможно, что читатели в этих главах в рассуждениях автора находят дискуссионные, спорные моменты. Но, это естественное явление в науке, тем более, когда речь идет о таком крупном поэте, мыслителе общечеловеческого масштаба, как Фирдавси, творчество которого многогранно и многоаспектно.

В заключении хотелось бы отметить, что уже более тысячелетия прошло после написания «Шахнаме», но идеи заложенные в этом бессмертном произведении Фирдавси не утратили своей значимости, звучат остро, современно и в наши дни. Эти идеи помогают расширить представления людей не только о духовной жизни прошлого, но и о современной жизни людей. Монография А. Курбанмамадова «Эстетика Фирдавси» в этом плане, несомненно, окажет большую помощь русскоязычным читателям.


С О Д Е Р Ж А Н И Е


ВВЕДЕНИЕ………………………………..……………………………….стр.

Глава 1. ПРЕКРАСНОЕ…………………………..……..…………………….…стр.

Красота человека………………………….…………………………….стр.

Красота мироздания, природы………………...……………………….стр.

Цвет в «Шахнаме»………………………………...…………………….стр.

Красота Родины…………………………………………………………стр.

Глава 2. ТРАГИЧЕСКОЕ. Война и мир в «Шахнаме»……………………,….стр.

Глава 3. КОМИЧЕСКОЕ. Смех в «Шахнаме»………………………………….стр.

Глава 4. ИСКУССТВО……………………………………………………………стр.

Поэзия…………………………………………………………………....стр.

Музыка………………………………………………………………..…стр.

Живопись, архитектура, скульптура, декоративно-прикладное

искусство………………………………………………………………..стр.

Глава 5 ЦЕРЕМОНИАЛЬНАЯ ЭСТЕТИКА…………………………………....стр.

Глава 6. ФИЛОСОФИЯ РЕЛИГИИ…………………………………………..стр.

Глава 7. ИСТОРИЯ В «ШАХНАМЕ» И «ШАХНАМЕ» В ИСТОРИИ…….стр.

ЗАКЛЮЧЕИЕ ……………………………………………………….стр.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА……………………………..стр.


В В Е Д Е Н И Е


Значимость «Шахнаме» трудно переоценить с точки зрения эстетической науки, ибо в нём заложены не только основные постулаты персидско-таджикской духовной культуры, но «Шахнаме» является концентрированным выражением эстетического и художественного сознания эпохи Средневековья на Ближнем и Среднем Востоке. Действительно, был прав Низами Арузи Самарканди, писавший о Фирдавси, что «им поистине ничего не оставалось несказанным…» 1.

По «Шахнаме» можно без труда восстановить структуру, характер и содержание эстетического сознания эпохи Средневековья, степень и уровень взаимодействия культур Востока и Запада.

Говоря об эстетическом сознании эпохи Средневековья, мы должны констатировать, что оно не существовало как некий самостоятельный феномен, отличающийся от других форм общественного сознания, не выражалось абстрактно, то есть в научно-теоретических конструкциях, а конкретно воплощалось в том или ином материале искусства, в практической деятельности людей, в религиозно-философских проповедях, книгах, трактатах. Эстетическое сознание эпохи Средневековья выступает как составная часть общественного сознания и в известном смысле преобладает над другими формами сознания своей эмоционально-чувственной стороной, выступая необходимым условием жизнедеятельности людей.

Красота эстетического сознания эпохи Средневековья заключается в его непосредственной связи с природой, обществом. Оно близко и понятно нам, людям иной эпохи, именно этим своим свойством. В противном случае оно было бы для нас недоступной «планетой», мерцание которой едва заметили бы на бескрайнем темном фоне истории. Специфика эстетического сознания Средневековья не только в его синкретичности (в определенной мере сознание синкретично и в наше время), а в его прямой и непосредственной связи с космосом, природой, трудовой практикой человека.

Средневековый человек организовал свою деятельность сообразно своим представлениям о природе, выражая свое эстетическое отношение к миру в целом. По многим своим параметрам эстетическое сознание сформировалось и функционировало в рамках естественного отношения к миру. Рациональное восприятие мира уступало эмоциональному, отдавалось предпочтение чувственному, как мы это наблюдаем в эпоху Средневековья в целом. Предпочтение отдавалось больше мудрости, чем разуму. Эстетическое сознание Средневековья непосредственно вырастало из практической деятельности людей.

Отсюда же средневековое представление о жизни включает в себя главным образом жизнь в достатке, спокойствии, радости и веселии. В персидско-таджикской культуре восхваление нормальной, обеспеченной жизни, преклонение перед космосом, солнцем, землей, трудом занимает важное место.

Как показывает творчество поэтов, предшественников Рудаки, Фирдавси и их современников, такое отношение является определяющим в их поэзии и выступает как их творческое кредо.

Поэт Абу Зироа (Х в.) предельно лаконично выразил это в двух бейтах (строках).


Надидам аз паси дин хеч бехтар зи хасти,

Чунин ки нест пас аз кофири бадтар зи ниёз. 2


Не видел я ничего лучшего после религии, кроме как достаток,

Как нет после безверья худшего, чем нужда.


Сказанное не означает, что эстетическое сознание не отражало негативных сторон в жизни общества, не отражало отрицательных явлений и всегда представляло панегирик своему времени. Нет, оно по-своему осуждало образ жизни, не соответствующий природе человека.

Если мысленным взором окинуть жизнь и судьбы людей по историческим и художественным произведениям тех времен, мы увидим, что народ, несмотря на свои страдания от нашествий чужих племен, мести, распрей, нищеты, дикости, искренне радовался красоте жизни и природы. Он стремился к прекрасной жизни, как бы забывая в эти минуты о своей бедности и страданиях. Стремление к красоте присуще человеку с момента его рождения. Оно делало человека «господином» своей Судьбы, помогало избавиться от серости монотонной жизни, от нищеты и страданий.

Фирдавси писал не только о горе и страданиях своего народа, но и о том, что было прекрасного и героического в его жизни. Поиски красоты в жизни пробудили у него интерес к истории Ирана, к воссозданию новой жизни. «Шахнаме» - это поистине неисчерпаемый кладезь народной мудрости, откуда можно постоянно черпать духовную силу и надежду на будущее. Никто до Фирдавси так убедительно не доказал, что жизнь - прекрасна и ради нее стоит бороться.

Вот уже более тысячелетия прошло со времен создания «Шахнаме», однако, эстетические идеи, рассыпанные по всем его достонам и имеющие общечеловеческую ценность, не утратили своей значимости в наше время. Парадоксально, но факт, что до сих пор эстетические идеи Фирдавси не привлекали внимания исследователей. Иранисты, философы порою ищут истоки эстетических идей в недрах иной культуры, иной социальной общности, а вот бесценный эстетический клад, лежащий рядом, остается незамечанным. Эстетические идеи не подвергались серьезной деформации на протяжении средневековья на Ближнем и Среднем Востоке и всегда служили краеугольным камнем для построения эстетических концепций для ряда поэтов, мыслителей традиционной культуры иранской ориентации.


ГЛАВА 1


П Р Е К Р А С Н О Е.


Красота человека.


Понятием «зебои» (прекрасное, красота) Фирдавси характеризует как духовный, так и материальный мир. В этом понятии также содержится оценка природных, общественных явлений, поступков и действий человека, его внешнего облика. Красота для Фирдавси обладает магическим преобразующим свойством. Она способна приводить в гармонию, равновесие духовный мир человека и активизировать его потенциальные возможности. Ощущение красоты возникает у Фирдавси при соприкосновении с любым явлением и предметом реального мира. Он как бы стремится проникнуть в тайну красоты. Не случайно в поэтической форме он довольно чётко ставит вопрос: «Что такое красота? (Ки андар чахон чист зебову нагз?». И в поэтической же форме отвечает:


Кучо мардро рушанидихад,

Зи ранчи замона рахои дихад (8,180; 181)*.


То есть красота – это то, что освещает путь благородному мужу и освобождает его от тягот времени.

Судя по многочисленным бейтам «Шахнаме», красота также заключает в себе стремление человека к приобретению знания, достижения истины, освобождение человека от невежества, заблуждений, эгоистических страстей, жажды мести, вражды.

Не случайно разум, знание, мудрость выступают одним из основных критериев, определяющих содержание красоты (8,180; 181). Грани духовной красоты у Фирдавси многообразны. Основными компонентами духовной красоты являются вера в единого и непознаваемого Бога, следование предписанию «чистой» религии (»дини пок»), стремление к совершению добра и справедливости. В этот ряд можно включить и любовь, преданность Родине, языку, роду, обычаям, традициям, свободе.

Все это придаёт эстетическим воззрениям поэта особую привлекательность и эмоциональность. Эстетика Фирдавси направлена на духовное возвышение человека, преображение человеческой природы и искоренение таких качеств, как жажда мести, похоть, алчность, высокомерие, жестокость, беспечность и т.д.

______________________________________


* Фирдавси Абулкосим. Шохнома. В 9-ти томах (На таджикском языке). Здесь и далее в скобках даны ссылки на это издание. Первая цифра указывает том, вторая – страницу.


В «Шахнаме» в художественно-образной форме нашли отражение и все эстетические идеи, существовавшие в культуре иранского средневековья. В Х веке, когда уже произошел повсеместный переход к новому правлению, к новой религии, Фирдавси продолжал отстаивать прежние, зороастрийские жизненные принципы, пытался возродить былое величие, красоту жизни своих предков (ниёгон), их веру, не страшась стать жертвой новых порядков. Отсюда вся эстетика Фирдавси построена на древнеиранских эстетических традициях, следовать которым в сложных перипетиях социальной жизни, по его словам, может каждый человек. («Ба оини пешин меравем»).

Для Фирдавси красота выступает высшим мерилом нравственности человека. Человека делает прекрасным не внешняя привлекательность, не богатство. Человек низменных побуждений не может считаться прекрасным, каким бы богатством он ни обладал «Ки бадхох зебо набошад ба ганч» (8, 461).

Согласно представлению Фирдавси о красоте отдельного человека, да и целого народа, нельзя судить по материальному благосостоянию или случайным успехам. Она освещена божественным сиянием (Фарри эзиди), представляет собой идеал Добра и Истины. Ведь подлинная красота человека проявляется в таких его качествах, как благородство, великодушие (родмарди), совестливость. Красота человека – это божий дар, придающий человеку жизненные силы, определяющий его нравственные духовные свойства, способствующий преодолению низменных начал и возвышению его до уровня человеческого рода.

Человек у Фирдавси рассматривается в широком эстетическом плане, тесно связанном с идеалом «мардуми», то есть человечности, патриотизма, набожности, духовного величия, трудолюбия, приобретением знания и т.д. По Фирдавси, человеку в равной мере необходимы, как физическая, внешняя красота, так и внутренняя, духовная. Гармоническое единство этих двух видов прекрасного составляет содержание эстетического идеала Фирдавси. Мы часто в процессе эстетического воспитания молодежи ссылаемся на высказывания А.П.Чехова о том, что в человеке все должно быть прекрасно: и душа, и тело, и лицо, и одежда. А вот Фирдавси еще в Х в. глубоко осознал подобное гармоническое единство в человеке. Он писал:


Шикебову, бодонишу ростгуй,

Вафодору покизаву тозаруй (8, 200).


По Фирдавси, наивысшей формой красоты в человеке является та, в которой неразрывно сочетаются терпеливость (шикебо), знание (дониш), правдивость (ростгуй), верность («вафодор»), опрятность («покиза») и свежесть, чистота (тозаруй). Человек, обладающий этими качествами, везде и всюду пользуется большим уважением и добрым расположением.

Даже у падишаха (царя) они всегда в почёте:


Чу бо ин хунархо шавад назди шох,

Набошад нишасташ магар пешгох, (8, 200).

(Если человек) с такими способностями идёт к царю,

(То) его место только в первом ряду.


Известно, что красота внешнего облика человека высоко оценивалась со времен Авесты. В то далекое время привлекательность и красота внешнего облика обожествлялись и трактовались как важные способы достижения благополучия. Для Фирдавси внешняя красота человека со всеми своими атрибутами (прямой стан, черные и ясные глаза, белизна кожи, могучая, физическая сила и т.д.), с одной стороны, выступает как выражение совершенства человеческой природы, с другой – как залог действительного стремления человека к гармонии, чистоте, добру.

Рассмотрим более конкретно представления Фирдавси о женской и мужской красоте, которые впоследствии в различных модификациях развивались во всех регионах Ближнего и Среднего Востока эпохи Средневековья, вплоть до нашего времени.

В научной литературе бытует мнение, что мыслители Средневековья и, в частности Ближнего и Среднего Востока, недооценивали в женщине её творческой и преобразующей силы, и она представала как беспринципное и безвольное существо, неспособное к свершению великих дел. Её функции и роль видели лишь в том, чтобы она заботилась о своем муже, была покорной и послушной ему, чтобы вдохновляла его, воспитывала детей, выполняла домашнюю работу и т.д.1.

Некоторые даже абсолютизировали ряд психологических черт женщины, объявляя её «шайтаном» – сатаной, способной только к измене, хитрости, обману, что никогда её слово не совпадает с её делами и поступками, поэтому усердно советовали мужчинам, никоим образом не прислушиваться к её советам, не попадать в её силки, всегда быть выше её злых помыслов. В «Шахнаме» Фирдавси выражает отрицательное отношение к тем женским чертам, (6,245) которые характеризуют её психологическую и эмоциональную неустойчивость. Они действительно присущи некоторым женщинам и отличают её как биологический тип от мужского характера.

Такие, например, качества, присущие некоторым женщинам, как эмоциональная неустойчивость, неумение держать слово в тайне, чрезмерная болтливость и т.д., резко осуждаются Фирдавси.


В уста Исфандиёра Фирдавси вложил такие слова:


Ки пеши занон роз харгиз магуй,

Чу гуи сухан, боз ёби ба куй.

Ба коре макун низ фармони зан,

Ки харгиз набини зани ройзан (6,283).


Никогда не раскрывай свою тайну женщинам,

Как только выскажешь слово, они передают её другим.

Не следуй также указаниям женщины,

(Ибо) никогда не встречаются мудрые женщины.

(Подстрочный перевод – А.К.)


Подобное осуждение мы находим и у других мыслителей Востока и Запада. Даже Лукмон Хаким советовал не прислушиваться к советам женщин 2. Аристотель также выражал свое отношение к женщине, сводя её роль лишь к оплодотворению. Отцы церкви Тертуллиан и Ориген осуждали некоторые неустойчивые эмоциональные черты женщины. Распространено мнение, якобы пророк Махаммед считал, что женщине нет места в раю, ибо она – существо низшее по своей природе. Результатом подобного представления является униженное положение женщин в ряде стран Востока. 3. На уровне обыденного сознания в эпоху Средневековья женщину сравнивали с кошкой, как символ хитрости, измены, неверности 4.

В целом, функции женщины сводились к тому, что она должна быть хорошей хозяйкой или подвижницей, а все остальное - от дьявола.

Но, указывая на некоторые отрицательные свойства, психологические черты в характере женщины, Фирдавси отнюдь не был противником женского пола, унижающим её достоинство и честь. Как поэт-мыслитель, гуманист он глубоко осознавал неразрывную связь бытия женщин и мужчин. Это единство является источником счастья их обоих, оно всегда облагораживает их сердца и влечёт к великому благу, имя которому – ЖИЗНЬ.

Не случайно в «Шахнаме» Фирдавси воссоздал галерею прекрасных женских образов, которые воплощают его понимание места и роли женщины в жизнедеятельности человеческого общежития.

Женская красота занимает большое место в эстетическом сознании Фирдавси 5. Он обрисовал её блистательными для своего времени красками и языком, коим он велик, где каждое слово прошло через его душу. Правда, на первый взгляд, кажется, что Фирдавси акцентирует внимание на внешней женской красоте, но в действительности он не рассматривает внешнюю красоту в отрыве от внутренней красоты. Внутреннюю красоту женщины он передает в таких словах, как «покдоман» (целомудренная); «бо хирад» разумная), «бо мехр» (искренняя), «бо шарм» (скромная) и т.д. (4, 235; 9, 234; 7, 518).


Агар порсо бошаду ройзан,

Яке ганч бошад пароканда зан.

Ба вижжа, ки бошад ба боло баланд,

Фуру хишта то пой мушкил каманд.

Хирадманду хушёру бо рою шарм

Сухан гуфтани чарбу свози нарм (*,131).


Если (женщина) благочестивая, умная

Она – сокровище и особенно, когда

Она стройная, скромная, мудрая,

стыдливая. С косами до пятки.

Красноречивая, приятная и мягкая в разговоре.


Описание красоты женщины в «Шахнаме» настолько пленительно, что и в наше время оно способно вызывать чувство восхищения.


Паси пардаи у яке духтар аст,

Ки руяш зи офтоб некутар аст.

Зи сар то ба пояш ба кирдори оч,

Ба рух чун бихишту ба боло чу соч.

Бар он суфти симин ду мушкил каманд,

Сараш гашта чун халкаи пойбанд,

Рухонаш чу гулнору лаб чу нордон,

Зи симин бараш раста ду норвон.

Ду чашмаш ба сони ду наргис ба бог,

Мижаи тираги бурда аз пари зог.

Агар мох чуи, хама руи уст,

Ва агар мушк буи, хама муи уст (1,251).


За его занавесом была некая девушка

С лицом краше солнца.

С головы до ног подобно клену.

Обликом прекрасна, станом стройна.

Щеки подобны цветку граната, губы – зерну граната

На белой груди произросли два гранатоподобных соска

Её глаза подобны нарциссу в саду

Чернота её ресниц подобна черноте крыльев ворона.

Если ищешь куну – все это её лицо.

Если ищешь мускус – все это её косы.


Каждый женский образ, будь-то Рудоба, Фарангис, Манижа, Гурдофарид, Джарида, Тахмина, Катоюн, будь-то Гурдия, Марьям, Гулнор, запечатлел неповторимую прелесть внешней красоты. Но Фирдавси делает акцент не на внешнем, прекрасном облике красавиц, а на их духовной, внутренней красоте. Так, если красота Гурдофарид, Бонугушасб, Духти Мехрак, Гурдия, связана с их смелостью, героизмом, патриотизмом, красота Судобы внешняя, мнимая, обманчивая. Она внешне красива, пленительна, но внутренне фальшива, порочна.


Чтобы удовлетворить свою похоть, она способна на все, вплоть до измены мужу. Длинноволосая Ширин – армянка, красива, но она эгоистична, ревнива, мстительна. Поистине прекрасна Манижа, ибо красота ее не только телесная, физическая. Она предана мужу, поэтична, искренна. Это прекрасное существо, которое жаждет жизни. Красота Гулнор пленяет изяществом и пленительностью. Гурдия бела, как снег, чиста, как весна и т.д.

Красота Фарангис в ее безмерной преданности мужу (Сиявушу). Красоту Мушкноз, Мушкинак, Нозтоб, Савсанак проявляется через их трудолюбие и мастерство. Красота Озоды универсальна: она умна, мудра, мастерица на все руки, не уступает мужчинам в охоте, верховой езде, в игре на музыкальных инструментах. Синдухт - умная женщина, разбирается в политике и ведении войны и т.д. Фирдавси создал целую галерею женских образов, которые дают представление об эстетическом идеале не только поэта, но и его эпохи в целом. За исключением Судобы и Ширин, все эти прекрасные женщины не способны на дурные поступки, на измену и преступление. Безупречные и высоко-нравственные,такими они предстают в «Шахнаме», они не могут не вызывать симпатии у современного читателя. Прекрасное, красота прежде всего раскрывается через такие нравственно-эстетические категории, как скромность, стыдливость (шарм), любовь, привязанность (мехр), стройность (боло), благочестивость (порсо).


Ба се чиз занонро бувад бехи,

Ки бошанд зебою, тахт маи,

Яке он, ки бо шарму бо хостаст,

Ки чуфташ ба ду хона оростаст.

Дигар он, ки Фаррух писар зоид у,

Зи шоди хучаста бияфзояд уй.

Саввум он, ки боло ва равиш буд,

Ба пушидаги низ муяш буд.


Женщина хороша тремя качествами:

Первое, чтобы она была красивой, стеснительной


Второе, чтобы она была плодовитой и милой

Родила красивого сына, приносящей радость и благополучие


Третье, чтобы она была стройной и волосы её

были длинными,густыми и прикрытыми платком..


По Фирдавси, красота женщины доставляет огромную радость, большое наслаждение. Красота ее способна одухотворять человека. Поэтому он ни один волосок красавицы не променяет на все царства и все земные радости и богатства.


Хама тахту точу хама чашну сур,

Нахарам ба дидори як муи хур (9, 432).


Эстетические представления Фирдавси о прекрасном «цветисты», «ярки», «солнечны» и резко контрастны. Это относится как к физической, телесной, так и к духовной красоте человека.

Такова специфика средневекового эстетического сознания, которая просуществовала на протяжении ряда столетий на Ближнем и Среднем Востоке.

Описывая внешнюю красоту женщины своего времени, Фирдавси в то же время не стремился к передаче внутреннего состояния, внутреннего мира своей героини. И все же через их поступки, деяния поэт давал возмоможность читателю представить духовный мир, эмоциональную природу женщины его времени. В двух, четырех бейтах Фирдавси умел создать обобщенный образ прекрасного человека. Этого было вполне достаточно, чтобы читатель мог представить достоверный эстетически значимый характер героини. Так, описывая красоту Гулнор в поэме «Царство Ашкониён» («Подшохии Ашкониён») Фирдавси, стремится изобразить внешний облик восточной красавицы, прибегая к сравнениям, которые помогают зримо представить ее красоту.


Чу омад хиромон бари Ардашер,

Пур аз гавхару буи мушку абир (7, 184).


Подошла она грациозно к Ардашеру,

Вся в драгоценностях, благоухающая ароматами.


Нигох кард барно бод-он хубруй

Бад-он муву он руву он рангу буй (7, 184).


Смотрел молодой (Ардашер) на эту красавицу,

Смотрел на её косы,на лицо её благоухающее .


Красоту Молики поэт передает всего лишь одним бейтом:


Чу гулбарг рухсору чун мушк муй,

Ба ранги табархун лаби мушкбуй (7, 315).


Облик подобен лепестку, косы – мускусу,

Губы подобны красному цветку и мускусу.

Фирдавси всячески восхвалял красоту женщины, возвел её до своеобразного культа (вопреки эстетической теории суфиев, которые выступали против украшений, роскоши и т.д.).


Фирдавси подмечает красоту женщины, если даже её постигло горе.6 Необходимыми компонентами внешней красоты женщины Фирдавси считал различные украшения (золотые серьги, кольца, перстни, корону, драгоценные камни и т.д.), поэтому он одевает своих героинь в роскошные и драгоценные платья. Римский шелк (дебои руми), царская одежда (дебои шохи), золотая одежда (дебои заррин) лазурная одежда (перохани лочвард) – атрибуты, подчеркивающие красоту женщин.

Вот как появляются девушки перед Бахроми Гуром в Индии во дворце царя Шангула:


Се духтар биёмад чу хуррамбахор,

Ба ороишу бую рангу нигор (7,609).6.


Пришли три цветущие девушки,

Все в нарядах, украшениях и благоухании.


Шангул выдает замуж за Бахром Гура одну из своих дочерей по имени Сапендуд. Её красоту Фирдавси передает так:


Чу хуррамбахре Сапендуд ном,

Хама шарму нозу хама рою ком.

Бад-у дод Шангул Сапендудро

Чу сарви сахи шамьи бедудро.

Сапендуд бо шох Бахроми Гур,

Чу май буд равшан ба чоми булур (7, 611-610).


Красавица по имени Сапендуд

(Была) кокетливой, стыдливой, мудрой и умной

Шангул выдала замуж Сапендуд за (Бахроми Гура)

Стан её, как кипарис, лик – подобен свече (без дыма)

Сапендуд рядом с шахом Бахроми Гуром

Была подобно чистому вину в хрустальном бокале.


Такие эпитеты, как «цветущая молодость» (хуррамбахор), (сарви сахи), «свеча без дыма» (шамьи бедуд), «чистое вино» (май) и т.д., сопряжены с множеством чувств, эмоций человека и способствовали культивированию радостного восприятия жизни в сложную и непростую эпоху Средневековья.7.

Словом, красота женщины для Фирдавси выступает как выражение любви к жизни, стремление к прекрасному и добру.

Фирдавси использовал средства поэтической выразительности, благодаря которым его бейты приобретают глубокий эмоциональный заряд, который способен возбудить, затронуть самые тонкие струны эстетических чувств человека. Выражение чувства красоты не облекается Фирдавси в пространные, многоречивые рассуждения.

Красота понимается и трактуется им как магическая сила, способная проникать в душу и сердце каждого, как седовласого поэта, так и молодого человека, делая старика «молодым» (барнодил), а юношу смелым и отважным.

С точки зрения эстетического сознания западного читателя описание красоты человека, в частности женщины, у Фирдавси и других восточных поэтов, представляется стереотипным, жестко канонизированным, традиционным штампом и т.д. Эстетическим принципом мусульманских художников становилась нормативность, совокупность определенных типовых черт, которых они придерживались при описании внешнего облика человека. Но главная эстетическая сила такого описания заключается в её предельной обобщенности. В этом его слабость и в то же время его сила и прелесть. Сила её заключается в том, что такой подход даёт простор человеческому воображению, читатель легко может представить себе облик героини Фирдавси, сообразуясь с собственным представлением об идеале, о красоте.

Это стремление поэта сделать читателя соучастником, сотворцом прекрасного, пробуждая воображение, фантазию, стимулировало в нём творческий импульс. Говоря современным языком, для Фирдавси характерно ассоциативное мышление, когда художник давал возможность читателю домыслить невыраженное прямо.

Представление Фирдавси о красоте человека и природы можно охарактеризовать еще как символическое. Но в этом символическом изображении просвечивается общечеловеческое понимание красоты. Это кодовый знак, который представляет обобщение и потому вечен. Он содержит в себе идеал красоты вечно «юного поэта», который не стареет, как не стареет само искусство поэзии. Такое описание красоты имеет множество созвучий, оттенков, необыкновенную остроту эстетического восприятия. Бейты Фирдавси в «Шахнаме» так многозначны, весомы, что в одном или двух бейтах «Шахнаме», словно в капле воды сверкает весь мир, и в одном слове отражается трагедия целого народа. Эстетические чувства охватывают читателя, настраивая его на поэтической лад так незаметно и легко, как это бывает в природе.


Ба дида чу кору ба рух чун бахор,

Чу майхурдаечашими у пурхумор (9,265).

Ба рух чун бахору ба рафтор тазарв,

Ба рухсора рузу ба гесу чу шаб,

Хаме дурр борад, ту гуфти зи лаб (9,257).


Оставленные Фирдавси мозаичные и символичные представления красоты по-разному читались и дополнялись на протяжении тысячелетий на Ближнем и Среднем Востоке. Они замерцали, заискрились различными смыслами и оттенками в творчестве Хайяма, Низами Ганджави, Саади, Хафиза, Мухаммада Икбала, А.Лахути, Лоика Шерали, М. Каноата и т.д., оставляя за читателем право на домысливание и «дочувствование».

Фирдавси подмечает не только красоту, прелесть женщин из избранного общества, но и простых, бедных женщин из семьи трудового люда.

Так, в поэме «Царство Бахроми Гура» Фирдавси с большой теплотой и искренностью говорит о красоте дочерей старика-мельника, которые всю свою жизнь провели в горах. Фирдавси, чтобы подчеркнуть нежность, красоту, обаяние, прибавляет к их именам суффикс «ак» – Мушкинак, Савсанак (7,468). Следует сказать, что идеал женской красоты у Фирдавси еще резко не разделен на сословные, классовые, национальные представления, как об этот писал Н.Г.Чернышевский в своей диссертации «Эстетические отношения искусства к действительности».8 Фирдавси описывая красоту женщин, подчеркивает не только индивидуальные, но и типические свойства, исходя из общечеловеческих позиций. Рисуя внешнюю красоту человека, указывая на такие его качества, как грация (хиромон), изящество (неку), цвет волос, глаз, белизну и свежесть (хуррамбахор) лица и т.д., поэт не сводит эстетическое представление о человеке к этим внешним признакам. Он выделяет внутреннюю красоту человека, поэтизирует ее во имя торжества добра и справедливости. Источником внутренней красоты его героинь и героев выступает мудрость (хирад), знание (дониш), добро (неки), благоразумные, нравственные поступки, целеустремленность, богобоязненность и т.д. По Фирдавси, необходимым компонентом красоты женщины является стыдливость (шарм). Понятие «стыд» выступает как характеристика персидско-таджикской нравственной культуры эпохи Средневековья. Фирдавси в «Шахнаме» даёт эстетическую оценку этой нравственной ценности, которая оказала значительное влияние на духовный климат Ближнего и Среднего Востока.


Бипурсид, к-оху кадом аст зишт,

Ки аз арч дур асту дур аз бихишт?

Чунон дод посух ки занро, ки шарм

Набошад сиришту на овози нарм (8,406).


Спросил: Что является женским пороком

И что делает безобразной (женщину),

Заставляя забыть об уважении и красоте.

Ответила: Если она лишена стыда, хорошего нрава

И приятного голоса.


Фахриддини Гургони намного позже писал:


Туро гаршарму донишёр буди,

Забонатро на ин гуфтор буди.9


Если бы ты обладала стыдом и знанием,

То не говорил бы такие (дурные) слова.


Стыд у Фирдавси выступает как переживание нравственно-эстетическое и, несомненно, предполагает эстетическую оценку женщины. Стыдливость, по мнению Фирдавси, является как бы выражением нравственной чистоты женщины, духовного величия, добропорядочности.

Стыдливость в «Шахнаме» тесно связана со скромностью, мягкостью, уступчивостью, застенчивостью женщины. Она является характерной чертой духовного облика женщины эпохи Фирдавси, видимо, глубоко уходит корнями в персидско-таджикскую культуру. Не случайно эта особенность выступает характерной чертой женщины в современной таджикской и иранской духовной культуре. Отсюда же и стремление восточного человека к тому, чтобы не навязывать миру, другому народу свои чувства и переживания, идеи, идеалы, вкусы и оценки и т.д. Если глубже разобраться в персидско-таджикской этико-эстетической традиции, то в ней можно обнаружить достаточно тонкие и глубокие размышления о стыде как необходимом компоненте внутренней культуры человека. Конечно, эти размышления в основном характерны для художественного (поэтического) творчества, а не для теоретических построений. У Фирдавси стыд (шарм) прежде всего, осмысляется в нравственно-эстетическом русле. Стыд и кокетство (шарму ноз) как бы дополняют друг друга, и Фирдавси связывает эти эстетические свойства человека с нравственными качествами.

Иранский ученый Мухаммад Алии Нудушан справедливо замечает, что красота женщин, которая описывается в «Шахнаме», согласуется с эстетическим вкусом и идеалом Сасанидских царей и вельмож. И для подтверждения своих слов приводит слова Кристенсена, который в своей книге «Иран в эпоху Сасанидов», обратил внимание на представления Сасанидских царей о красоте женщин.

«Самая красивая женщина та, которая постоянно думает о любви к мужчине. Но с точки зрения внешнего облика самая красивая женщина та, которая обладает средним ростом, пышной грудью, красивой шеей, маленькими круглыми ножками, прямым станом, удлиненными пальцами, мягким и здоровым телом. Её соски должны быть, как айва, ногти белые как снег, щеки красные, как гранат, глаза миндалевидными, ресницы нежны, как руно, зубы белые и изящные, косы длинные и черные…и никогда не должны разговаривать грубо и дерзко». 10

В «Истории Балхами» (Х в.) также подробно описывается идеал красоты женщины эпохи Сасанидов во многом сходный с высказыванием Кристенсена.

«Канизак (т.е. служанка) должна обладать прямым станом, средним ростом, белым лицом, белой кожей, лунного или солнечного цвета, дугообразными бровями, быть покорной, смеющейся и кокетливой. Она должна иметь большие черные, яркие глаза, длинные черные, красивые ресницы, выточенный, тонкий нос, не слишком продолговатое и круглое лицо, длинные, черные и пышные волосы, не большую и не маленькую головку, а также шею, чтобы серьги не задевали её плечо.

Верхняя часть её тела должна быть круглой, широкой, пышной, соски – маленькими, круглыми, крепкими, плечи и руки – средними, пухлыми, пальцы рук – тонкими и не слишком длинными. Её живот должен быть на уровне груди, скулы невысокие, талия – тонкая, шея – не длинная, ляжки – полные, колени – круглые, голени – крепкие, лодыжки и пальцы ног – маленькие, круглые. Она должна быть послушной, богобоязненной, никогда не видевшей трудностей жизни, сияющей, стыдливой, мудрой, искренней, щедрой, великодушной, доброй. Она должна иметь благородный род, как по отцовской, так и по материнской линии и не быть расположена к полноте.

Она должна быть трудолюбивой, предусмотрительной, экономной, уметь шить, вязать, стирать, готовить еду; должна быть тихой, неболтливой, её разговоры должны быть приятными, добродушными.

Если изъявить желание приблизиться к ней, она должна ответить тем же, и если хочешь уйти от неё – она должна делать то же, и если хочешь быть с ней, её лицо должно гореть от желания быть с тобой». 11

Мы привели эти высказывания для того, чтобы еще раз подчеркнуть, что идеал красоты Фирдавси является прямым продолжением древнеиранской эстетической традиции. Эстетика Фирдавси не возникла на пустом месте, а разнообразными, многочисленными нитями связана с прошлым. Но уникальность описания красоты в «Шахнаме» заключается в том, что она является более глубоким и избирательным предпочтением этико-эстетических ценностей предков, и отталкиванием от чужеродных влияний, догматически предписанных.

Следует сказать, что красота женщины, наряду с прекрасным искусством (музыки, песни и т.д.), красотой природы, составляет в «Шахнаме» единый целостный, неразрывный эстетический мир, которому он придает универсальный характер. Фирдавси, создавая условия для постижения гармонии, освобождал своего героя от сословных, классовых предрассудков, интересов во имя идеала свободы, открывая в нём «вечного и себе равного человека» (Бахтин), облагораживая и совершенствуя его человеческую природу, во имя утвреждения гармонии в противоречивом мире, во имя торжества гармонии в протеворечивом мире, во имя высокой нравственности, красоты.

Иранский учёный, философ Фаридун Джунайди 25 октября 1992 г., выступая по таджикскому телевидению, сказал, что «красоту женщины, какой описал Фирдавси в «Шахнаме», я воочию увидел в облике и поведении, во взгляде и отношении современных таджикских женщин.

Красота таджикских женщин во всех отношениях вызывает вдохновение, и, она, по всей видимости, в свое время вдохновляла Фирдавси при создании «Шахнаме». И эта красота не улетучилась и не исчезла в небытие. Ушла в прошлое часть её, а до нас дошло нечто вечное, настоящее». К сожалению, та красота, которая окружает нас, не может быть оценена художественно-эстетически по недостатку образованности или недостаточно высокой эстетической культуре. Она может быть незамечена нами, мы проходим мимо неё и не можем сделать её источником радости и творческого вдохновенья.

Просто красота таджикских женщин так «унижена» и так «подавлена» под тяжелым бременем физического и домашнего труда, что её словно вообще и не существует.

Но где-то в глубине души теплится надежда, что то уважение, преклонение перед женской красотой, которые испытывали основоположники персидско-таджикской культуры - Рудаки и Фирдавси, - снова откроется и обретет дыхание и жизненную силу. И, несомненно, из всех благ жизни мы сможем выбрать красоту.

Если идеал красоты женщины в «Шахнаме» раскрывается в стыдливости и изяществе, женственности, то мужской идеал воплощен в героических натурах (Рустам, Сухроб, Сиёвуш, Гударз, Гев и т.д.). Мужскую красоту Фирдавси описывает в возвышенных тонах. На первый план выступает категория возвышенного, величественного, торжественного. Почти все герои иранской земли (Рустам, Сухроб, Гударз, Тус, Гев, и т.д.), возвышенно-прекрасны и возвышенно-благородны. Это происходит потому, что эстетическая оценка мужчины у Фирдавси прямо и непосредственно вытекает из свободолюбивых чувств героев. Известно, что во времена Фирдавси Иран потерял былую независимость и лишился духовных ценностей предков. Возрождение былого величия, по Фирдавси, требует от человека обладания физическими, нравственными и эстетическими качествами. Он был твердо убежден, что мужчина может стать подлинно прекрасным тогда, когда он борется за возрождение былого величия Родины, борется за её свободу. Поэтому ратный подвиг героев получает в «Шахнаме» самую высокую эстетичекую оценку. Он воспет как самое прекрасное деяние мужчины и является главным критерием красоты человека. Не случайно один из богатырей «Шахнаме», Тус, заявляет, что лучше умереть со славой, чем жить в страхе и в бедствии.


Хамон марг хуштар ба номи баланд,

Аз ин зистан бо харосу газанд (4,76).


Лучше умереть со славой,

Чем жить в боязни и нищете.


Более того, у Фирдавси патриотический подвиг совершает и женщина, что возвышает её, подчеркивает её красоту. Он связывает красоту женщины с мужеством и волей, с её борьбой за родную землю в образе Гурдофарид. Это точно подметил еще Н.Г.Чернышевский, который в своем произведении «Повесть в повести» писал: «Гурдофарид цветет здоровьем, только Зораб во всем Туранском войске может выдержать поединок с нею, когда она надевает шлем: если рука её слабее руки Ходжира, её сердце тверже, её взор смелее, её движения быстрее, её удары вернее, и она – первая защитница Ирана!


Но у самого Шекспира нет лица более прелестного. Дездемона и сама Джульетта далеко уступают ей дивною нежною прелестью».12 Конечно, Н.Г.Чернышевский не читал о Гурдофарид в оригинале, а если бы он мог это сделать, то, несомненно, больше бы нам рассказал об этой героине, которая, обладая безграничной смелостью, духовной силой и доблестью, не утратила своей красоты и женственности.

Облик героев - Рустама, Гударза, Туса, Гева и других - говорит о том, что героическая борьба за Иран неизменно была высшим критерием прекрасного в человеке.

Помимо патриотизма, необходимым мерилом оценки красоты человека (мужчины), по Фирдавси, заключается в умении владеть самим собой, своими страстями, быть мудрым и взвешенным в принятии решений, уметь укротить гнев, подавить свою вспыльчивость, быть щедрым и заботливым и т.д. Самым неприятным качесвом у в мужчины является грубость (тунди) и торопливость, суетливость. Все это сводит на нет величие и благородство мужчин. Грубость и торопливость, по Фирдавси, выступают причиной больших бедствий и несчастий. Не случайно поэт пишет:


Ки «Тунди пушаймони орад-т бор,

Ту дар бустон тухми тунди макор.

Ки тези на кори сипахбод бувад,

Сипахбад, ки тези кунад, бад бувад.


Хунар бо хирад дар дили марди тунд,

Чу теге, ки гардад ба зангор кунд (3, 458-459).


Грубость приводит к раскаянию

Ты в цветнике ( жизни – А.К.)

Не сей семена грубости.

Торопливость не дело полководца,

Если полководец торопится, это приводит

к несчастью.

Умение и мудрость в душе грубого мужчины

Подобно мечу, которой тупеет от ржавчины.


Для Фирдавси небезразлична внешняя красота мужчин. Внешнюю красоту Зола он передает так:


Ки: «Зол он савори чахон сар ба сар,

Набошад чун у кас сину фарр.

Ки мардест бар сони сарви сахи,

Хамаш зебу хам фарри шаханшахи.

Кафу соидаш чун кафи шери нар,

Хушивору мубаддилу шохфар (1, 270).


Золу, как наезднику, нет равного в мире,

Нет подобного ему человека, обладающего

Божественным сиянием.


Стан его прямой, как тростник. Он

обладает красивой внешностью и царским

сиянием.

Запястье и плечи могучие, подобно льву.

Разумен и равен царю.


В описании красоты человека нетрудно угадать, что у Фирдавси присутствуют элементы героического эпоса и мифологической фантастики (мотивы рождения, обладание фарром, божественным сиянием, неуязвимость, могучая сила и т.д.). Но эти элементы лишены у него первоначальной функции (магической, например) и имеют чисто эстетическую нагрузку, становясь, если применить слова Б.М.Жирмунского по отношению к героям Фирдавси, «средством монументальной художественной идеализации героя» и возведения «до монументальных масштабов героической человечности». 13

Словом, красота героев «Шахнаме» монументальна и величественна по своей форме и прямо вытекает из патриотического и героического идеала поэта.

Как известно, один из самых почитаемых героев Фирдавси на Ближнем и Среднем Востоке - Рустам. Он является олицетворением героизма и возвышенного в человеке. Этот мужественный человек «повсюду на земле Ирана и Турана» стремился разжечь огонь справедливости, правды и добра. В его образе можно обнаружить все признаки физической, нравственной и интеллектуальной красоты, которые неразрывно связаны между собой. Его добродетель не в смирении перед могущественной судьбой, а в исполнении своего человеческого, сыновнего долга перед Ираном. Отсюда его красота проявляется через совершение подвига, хотя и не лишена идеализации. Образ Рустама является противоречивым. В его облике истинная доброта порою сочетается с жестокостью, и все его подвиги основаны на применении грубой физической силы, однако, он способен раскаяться, управлять своей волей и чувствами, умеет отказаться от материальных благ, власти во имя добра и справедливости, перенести любые страдания, бестрепетно отдать жизнь за свои идеалы. В его образе смиренность и буйная активность дополняют друг друга.

Представление Фирдавси о мужской красоте передается и через образ Бахрома Гура. Вот как описывает поэт его облик:


Миёнат чу гарв асту боло чу сарв,

Хиромон шуда сарв хамчун тазарв.

Ба дил наррашери, ба тан жандапил,

Ба овард хишт афкани бар ду мил.


Рухонат ба гулнор монад дуруст,

Ту гуи хаме бар гулу лола руст.

Ду бози ба кирдори Рони хаюн,

Зи пой андар ори кухи Бехсутун. (7, 510-511)


Стан, как тростник, строен, как кипарис.

Величав, изящен, как фазан.

Сердцем, как могучий лев, телом, как

гигантский слон.

В сражениях сваливает легко (противника)

Щеки, подобно гранату.

Можно подумать, что они очень тверды

Два мускула, подобны ляжке верблюда,

А ноги, подобны горе Бехстуна.


Красота мужчины, по Фирдавси, непременно включает такие качества, как смелость (шердил), набожность (покдил), чистота души (равшанравон), красноречивость (чарбгуи) и божественное сияние (бофарр) . (8,513).

В «Шахнаме» мы находим художественно-эстетическое осмысление безобразного (зишти). Если прекрасное понималось как выражение мудрости (хирад), гуманности (мардуми), знания (дониш), правдивости (рости), благочестия (поки) и других положительных нравственных и эстетических ценностей, то безобразное у Фирдавси представляет антипод вышеназванных ценностей. Для большей выразительности при описании безобразного поэт прибегает к таким изобразительным средствам, как гипербола (муболига, игрок), сравнение (ташбех) и т.д. Образ дева воплощает представление о безобразном. В «Шахнаме» дев не только безобразен по внешнему виду, но и отвратителен внутренне. Физический, телесный облик дева Заххока сочетается с его низменными, отвратительными чертами, как коварство, вероломство, высокомерие, хвастовство, месть и т.д.

Таким же предстает шах Мазандарана, с которым сражается царь Ковус:


Яке зиштру буду болодароз,

Сару гардану ашк хамчун гуроз (2, 110)


Был некий безобразный лицом и высокий ростом

(Его) голова, шея и глаза, как у кабана.


Словом «зишт» Фирдавси передает различные модификации безобразного. Так, например, «зиштандеша» (злой умысел), зиштхуй (злонравный), зиштном (опозоренный), зиштчехр (уродливый) (3,46), зишткирдор (мерзкий) (5,107), рохи зишт (отвратительный поступок) (6,89), чои зишт (скверное место), (7,630), зишти ношустаруй (неумытый, дурной), (7,485), зишти бадком ( со злым умыслом) (9,262) и т.д.


А вот безобразный облик, представленный Фирдавси:


Бад-у гуфт, к-он бадтани кужпушт,

Бипурси сухан, постух орад дурушт.

Хамон хук биниву хобида чашм,

Дио оганда дорад, ту гуи ба хашм.


Ба дида бубини мар уро бад аст,

Ки у дар чахон душмани эзад аст (9,20)


Ему сказал, что он злой и горбатый,

Если спросить, ответит грубо.

Он и свиноносный и сонливый,

Скажешь: душа наполнена злобой

Взором окинешь его безобразие

В этом мире он является врагом. бога.


Физическое уродство (горбатый, свиноносный, сонливые глаза) является выражением сути безобразного. Но такое безобразное переходит в низменное, если оно сопровождается еще такими отрицательными чертами: злобой, местью, завистью и т.д. Подобный человек по сути выступает врагом Бога (душмани эзад аст), считает Фирдавси.

Чувство мести в «Шахнаме» выступает едва ли не самым главным признаком сути безобразного в человеке. На протяжении всех дастанов «Шахнаме» месть трактуется, как самая страшная сила, которая нарушает спокойствие и стабильность в обществе. С ней и связывается роковой путь распада высокой нравственности, самоуничтожения рода с сопутствующими ей войнами, преступлениями, человеческими пороками, а также с возникновением человеконенавистнических идей и умонастроений.

Не случайно чувство мести присуще как некоторым представителям рода Ирана, так и Турана. Чувство мести, которое владеет героями «Шахнаме» (Пашанг, Афросиёб, Гарсеваз и т.д.), делает их безобразными, уродливыми. Даже порою Рустам теряет своё величие, когда им овладевает чувство мести. Конечно, месть является самым древним чувством человека, и она тесно связана с родовыми обычаями, и человек как бы занимает подчиненное по отношению к нему положение.

Поэтому Фирдавси не придает мести онтологического статуса, т.е. лишает бытийной основы, поскольку это чувство не способствует укреплению добра и красоты в человеке. Не случайно поэт больше говорит о чувстве мести в мифологической, героической части «Шахнаме», нежели в исторической. Фирдавси словно дает совет нашему поколению:


Хирадманд бошеду покизадин,

Аз офат хама поку берун зи кин (1,213).


Будьте мудрыми, верующими ( в чистую религию),

Будьте осторожными в бедствии и в мести.


По Фирдавси, безобразное встречается очень часто в жизнедеятельности человека, ибо оно изначально является антиподом прекрасного. Безобразное это то, что разрушает жизнь, нарушает гармонию, меру, целостность и порядок, внося дисгармонию, хаос и тьму. Оно – дух злого Ахримана, является вечным спутником человека. И человеку необходимо вести с ним борьбу не только вне себя, но и в самом себе.

Судя по достанам (поэмам) «Шахнаме», Фирдавси нередко наряду с зишти (безобразное) как эстетической оценки предметов и явлений дает нравственно-эстетическую оценку «бади» (зло). В этом случае бади (зло) составляет неотъемлемую часть «зишти», является его внутренним смыслом, содержанием.


Он убежден, что истинное предназначение человека состоит в том, что избегать как безобразного, так и злого.


Хар он кас, ки хохад, ки ёбад бихишт,

Магардад гирди баду кори зишт (7,623).


Кто желает достичь рая (должен)

Остерегаться подлых и безобразных поступков.


По Фирдавси, за зло (бади) не всегда нужно отвечать злом. Иногда полезнее и более нравственно за зло отвечать добром. Конечно, такой поступок от человека требует огромных духовных усилий, выдержки и нравственного величия.


Мукофоти бад гар куни некуви,

Ба гети дарун достоне шави (7,344).


(Если) за зло вознаграждаешь добром,

(Тогда) слава о тебе прокатится по всему свету.


В «Шахнаме» поэт уделил большое внимание осмыслению безобразного и зла (зишти ва бади) именно с той целью, чтобы предостеречь людей от их пагубного воздействия на человеческую природу. Он испытал в конце своей жизни невероятное человеческое горе, унижение как морального, так и социального порядка; и в «Шахнаме» в конце каждого дастана, иногда даже в одном бейте, в виде философской сентенции поэт подытоживает свой личный и исторический опыт.

Фирдавси был настроен в духе непримиримости ко всякому злу и стремился к тому, чтобы искоренить всякое зло, безобразное из жизни людей и общества. Такое стремление красной нитью проходит через все дастаны «Шахнаме».

Безобразное в человеке, по Фирдавси, это не только уродливый внешний вид, но прежде всего это дикость, злость, ненависть, словом, все то, что мы называем в наше время бескультурьем, бездуховным.


Так, например, он передает безобразное в образе некоего турка.


Ибо сурх турке баде гурбачашм,

Ки гуфти дил озурда дорад ба хамш.


В-аз он пас бипурсид аз он турки зишт,

Ки «эй дузахируй дур аз бихишт»


Чи мардиву зоду нажоди ту чист?

Ки зояндаро бар ту бояд гирст (8,525).


Рыжеволосый, злой, с кошачьими глазами турок,

Видно, что душа наполнена ненавистью


Он спросил того безобразного турка:

«Эй, урод, душой и телом

Кто твой отец и твой род каков?

Родившая тебя (женщина) должна плакать

над тобой.»


В «Шахнаме» даётся философское понимание безобразного и злого. Оно заключается прежде всего в исконном онтологическом единстве прекрасного и безобразного, добра и зла. «Ки неки саросар бади дошт» (5,157). В связи двух начал и противоборстве - красоты и безобразного - ключ к пониманию природы человека. Но на человека богом возложена задача победить зло, отделить прекрасное от безобразного, добро от зла. И, конечно, Бог управляет действиями, поступками человека. Но он никоим образом не сковывает человека по рукам и ногам в поисках красоты, в борьбе против безобразного.


Дабири хирадманд бинвишт хуб,

Падид оварид андар он зишту хуб (2,87; 8,414).


Мудрый дабир (секретать) написал красиво,

Зримо стало в нём прекрасное и безобразное.


На взгляды Фирдавси на прекрасное и безобразное, видимо, оказал сильное влияние манихейский дуализм, согласно которому весь мир разделен на две враждебные противоположности. В этой жестокой борьбе обязательно свет победит тьму, прекрасное - безобразное. В манихействе, как известно, зло, безобразное не имеет нравственной ценности. Русский религиозный философ такую диалектику называл «зловещей». 14 Для Фирдавси безобразное, зло также лишены положительного начала. Он не оправдывает их и художественно эстетически, считая нравственным долгом каждого человека избегать их и бороться с ними средствами разума и мудрости.


У него безобразное, конечно, не связано с сотерологическим (спасение) учением, а всего лишь художественно-эстетическое осмысление его содержания. Но бесспорно то, что его эстетическая мысль двигалась в общечеловеческом плане, а не выражала идей определенного класса или группы людей.

Фирдавси выделяет десять свойств человеческой натуры, которые делают его девом, то есть безобразным: нужда и алчность («озу ниёз»), гнев и зависть («хашму рашк»), бесчестье и месть («нангу кин»), сплетня («намом»), лицемерие («дуруя»), безверье («нопокдин»), неблагодарность («бесипос»). (8,279) Все это даёт основание говорить о том, что для поэта безобразное - это такое явление, которое по форме многогранно, многолико и сопряжено со множеством нравственных, социальных, психических свойств человека. Безобразное способно уничтожить, отравить душу человека и обернуться для него потерей человечности, превращения человека в животное. И такого человека Фирдавси характеризует словом «шумный», зловещий, роковой, приносящий несчастье всем окружающим». На этом же уровне безобразное переходит в низменное и неминуемо приводит к гибели человека.

Смысл человеческого существования, по Фирдавси, в борьбе с безобразными явлениями, в их преодолении с помощью добрых дел и поступков.


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconПроцессы дефектообразования в кремнии, легированном ho, La, Eu, и их взаимодействие с технологическими примесями о и с
...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова icon«история с антропологией»
Бориса Фёдоровича Поршнева (1905-1972) — профессора, доктора исторических и доктора философских наук, лауреата Государственной премии...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconРеспублики Узбекистан Национальный университет Узбекистана имени Мирзо Улугбека Проф. Санджар Садык
Учебник написан в соответствии с программой для факультетов узбекской филологии университетов, составленной проф. О. Шарафиддиновым...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconЛекция: Содержание, задачи и методы патологической анатомии. История предмета
Рамн, доктора медицинских наук, профессора М. А. Пальцева, академика амн ссср, доктора медицинских наук, профессора А. И. Струкова,...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconНиторингового исследования = Под научной редакцией доктора педагогических наук, профессора В. И. Байденко и доктора технических наук, профессора Н. А. Селезневой москва 2009
Авт сост.: В. И. Байденко, О. Л. Ворожейкина, Е. Н. Карачарова, Н. А. Селезнева, Л. Н. Тарасюк / Под науч ред д-ра пед наук, профессора...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconПрограмма курса «Экономическое прогнозирование»
Программу курса разработала Ружинская Татьяна Игоревна, кандидат экономических наук, доцент при участии Клинова Виленина Георгиевича,...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconЧлена аттестационной комиссии Язенина Александра Васильевича, доктора физико-математических наук, профессора, декана факультета прикладной математики и
Язенина Александра Васильевича, доктора физико-математических наук, профессора, декана факультета прикладной математики и кибернетики...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconЧлена аттестационной комиссии Язенина Александра Васильевича, доктора физико-математических наук, профессора, декана факультета прикладной математики и
Язенина Александра Васильевича, доктора физико-математических наук, профессора, декана факультета прикладной математики и кибернетики...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconБиблиографический указатель «Неверов Валерий Владимирович» включает публикации доктора физико-математических наук, профессора Неверова В. В. с 1966г
В библиографическом указателе представлены основные направления исследовательской, научно-методической и изобретательской деятельности...

Перед нами научное исследование доктора философских наук, профессора Национального Университета Узбекистана им. Мирзо Улугбека Акназара Курбанмамадова iconЛюди известности
Беседа доктора философских наук Михаила Черникова с доктором философских наук Леонидом Грининым


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница