Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных




НазваниеИзучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных
страница1/24
Дата конвертации03.12.2012
Размер3.99 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24






ПСИХОТЕХНОЛОГИИ


компьютерного психосемантического анализа и психокррекции

на неосознаваемом уровне


ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ВАРИАНТ


Введение


Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных проблем медицинской науки, что обусловлено как первоочередной важностью этих проблем для прикладной медицины, так


и их фундаментальным значением для процессов познания основных закономерностей форми­рования психической деятельности.

Положение, сложившееся к настоящему времени в области экспериментальной психологии в значительной мере обусловлено неудовлетворенностью психогигиены,психотерапии и психиатрии тем набором концептуальных и практических средств из этой области, которыми она располагает. Это активно побуждает­ исследователей к поиску новых подходов и раз­работке таких концептуальных моделей психической деятельности и ее нарушений, которые позволили бы создать новые, более эффективные способы профилактики, диагностики и лечения.

Фундаментальные исследования в области патологической физиологии высшей нервной деятельности (Г.Н. Крыжановский, Э.А. Костандов, П.В. Симонов), также настоятельно требуют широкого практического приложения в клинической психиатрии.

Не менее значительным в настоящее время представляется комплекс вопросов, связанных с неуклонно рас­­ширяющимися представлениями о роли неосознаваемых процессов в психической деятельности человека. До последнего времени изучать эти процессы можно было лишь умозрительно из-за отсутствия удовлетворительных аппаратных средств их исследования. С появлением компьютерных технологий стала реальной возможность быстрого анализа больших информационных массивов, что позволило создать адаптивные алгоритмы управляемых экспериментов, на основе которых были разработаны принципиально новые средства исследований психических процессов и их нарушений (Н.Shevrin). С помощью этих средств в настоящее время экспериментально подтверждаются концепции о роли неосознаваемых психических процессов, ранее высказываемые многими авторами на­ основе теоретических построений, бази­рующихся в основном на психоаналитических наблюдениях. (В 1953 году вышла работа Жака Лакана о "Функции и поле слова и языка".)

Наконец, фундаментальной основой, определяющей актуальность данного исследования, являются современные представления о роли семантических факторов­ в процессах жизнедеятельности. Поскольку се­­­­ман­­ти­чес­кие стимулы опосредуются преимущественно психикой, ясно, что по мере эволюции психики роль семантически модулированных сигналов возрастает. Вторая сигнальная система является системой семантических символов ­преимущественно вербального типа. Понятие «семан­тический» в общем виде распространяется на любой стимул, который может быть дифференцирован психикой и спо­собен вызывать, кроме ориентировочной реакции, какую-либо иную реакцию. Последнее возможно в том ­случае, если в психических сферах имеется аппарат семантических элементов, среди которых присутствуют элементы, схожие по каким-либо признакам с анализируемым стимулом. Эти схожие элементы и определяют семантику, т.е. «смысл» стимула. По мере взросления особи и накопления индивидуального опыта количество стимулов, которые можно рассматривать как «несе­мантические» и которые способны вызывать только ориентировочную реакцию, резко уменьшается.

Указанные предпосылки побудили нас к написанию этой книги, в которой мы пытаемся познакомить читателя с некоторыми фактами, гипотезами и представлениями.


История некоторых психофизиологических и нейропсихологических исследований


На протяжении всей истории человек мог познать другого человека только путем наблюдения его поведения, в частности, речевого. В конце прошлого и начале ны­нешнего веков появились методы ассоциативного экс­перимента, которые позволили использовать элементы субъективного анализа речевого ответа путем исследования его семантической сущности и времени, потребного на реализацию высказывания, следующего в ответ на семантическую посылку.

В середине двадцатого века появились методы, ­которые позволили связать когнитивные процессы­ с физиологическими. При этом использовали предъявление субъекту совокупности семантичесих стимулов и анализ совокупности возникающих при этом физиологических реакций.

П.Ж. Кабанис считал, что «головной мозг в некотором смысле переваривает впечатления, что он органически выделяет мысль. «Оставив в стороне сакраментальный спор о материальной или идеальной сущности мыслительных процессов, можно уверенно постулировать наличие вполне материальных коррелятов этих процессов. Так при любом семантическом воздействии можно наблюдать опре­деленные изменения многих физиологических ­па­­­­ра­­­мет­­ров: кожно-гальванической реакции, элек­троэнцефалограммы, миограммы и проч. Эти изменения неспецифичны и подвержены действию многих сочетающихся факторов: новизны семантического стимула, его эмоциональной значимости, значимости контекста. в частности, окружающей обстановки и др. Исходя из этого, можно найти определенный смысл в известном изречении Кабаниса: «Чтобы составить себе понятие об отправлениях, результатом которых является мысль, следует рассматривать головной мозг как отдельный орган, предназначенный исключительно для ее производства, подобно тому, как желудок и кишки совершают пищеварение, печень вырабатывает желчь».

Однако, если существуют функциональные пробы печени, осуществляемые путем введения в организм незначительных количеств какого-либо вещества, например, тимола, с последующим исследованием того, насколько быстро и качественно это вещество в прямом или трансформированном виде выводится печенью из организма, то невольно напрашивается прямая аналогия - функциональная проба мозга. В этом случае специфическим для мозга субстратом может служить семантический стимул, например, слово, а наблюдаемой реакцией - изменение состояния или поведения. В обоих случаях орган изучается по принципу «черного ящика», где на входе - тестирующий стимул, на выходе - доступный регистрации результат «переработки» стимула.

Как для печени одной из основных функций является детоксическая, так для мозга одной из основных функций является психическая.

Психическая функция мозга включает анализ, переработку и хранение информации, моделирование картины мира и управление состоянием и поведением. Любой из этих чрезвычайно сложных процессов имеет конечную скорость, которая у многих живых существ, возможно, значительно выше, чем у человека. Однако у высокоразвитых существ потеря скорости компенсируется качеством - развитием значительно большего количества включаемых при каждом из перечисленных процессов элементов психики. Отсюда возникает более высокая форма адаптивного поведения - отказ от принципа «стимул - реакция», доминирующего у низших организмов, и развитие адаптации по типу «стимул - множество возможных реакций».

Стимулом для мозга является любое изменение информационной среды. Не только сенсорные сигналы, но и любое изменение импульсации от проприо-, баро-, хеморецепторов, а также прямое физическое или химическое воздействие на клетки мозга приводят к изменению ­состояния и в конечном счете - поведения. При целе­направленном поведении возможность разнообразно ре­аги­ровать на один и тот же стимул подразумевает не случайный выбор любой из возможных реакций, а выбор лишь таких форы реагирования, которые, исходя из ­предшествующего опыта, способствуют достижению полезного результата - в широком смысле сохранению гомеостаза.

При дезорганизации психической функции поведение хаотично и в ответ на стимул возникает либо непредсказуемая реакция, либо множество неадекватных стимулу реакций. Соответствие реакций воздействующему стимулу есть результат предшествующего анализа того, какие изменения состояния, поведения и информационной среды, развивающиеся после прежнего воздействия стимула, содержат полезный результат: избегание боли, получение удовольствия, удовлетворение потребности. Если стимулы психической деятельности отсутствуют или количество их сильно ограничено, интенсивность деятельности снижается и в качестве стимулов продолжают выступать только неотъемлемые от деятельности мозга витальные потребности. Это хорошо изучено в случаях с сенсорной депривацией как в эксперименте на добровольцах, так и при наблюдении больных с полной сенсорной блокадой. У человека сенсорная депривация вызывает дезорганизацию психической деятельности, что проявляется в галлюцинациях, а при длительной депривации - в фор­мировании устойчиво нарушенной картины мира и возникновении психических заболеваний.

Формы дезорганизации психической деятельности при сенсорной депривации многообразны. Так, известны ­случаи, когда больные, способные ощущать только прикосновения к определенным участкам тела и лишенные всех других видов сенсорной чувствительности, все время наблюдения находились в состоянии сна. Длительная, хотя и относительная сенсорная депривация в условиях тюремного содержания приводит к развитию психических нарушений, действие которых распространяется и на все последующее поведение (Кузнецов О.К. Лебедев В.И.) Большое количество исследований в этой области проведено и на животных.

Все это подтверждает достаточно тривиальное положение о том, что для психики «питательным субстратом» является информация.

Любая информационная посылка, т.е. любое изменение внутренней или внешней среды, влечет за собой изменение психической деятельности и необходимое для сохранения гомеостаза изменение поведения.

Можно полагать, что, если стимул совершенно нов для воспринимающего его объекта, то есть встречается ­впервые и ни с чем из предшествующего опыта не ассоциируется, то реакция на него будет ориентировочной: повышение уровня бодрствования, готовность к действию и активный анализ последействия стимула. Если этот стимул сопровождается значимыми для жизнедеятельности изменениями состояния, ему присваивается смысл. Смысл стимула - это его связь, ассоциация с конкретным изменением состояния. Если первое предъявление стимула не сопровождается никакими изменениями состояния, он ассоциируется с контекстом стимула т.е. стимул означает что ему соответствуют другие, незначимые в данном сочетании для жизнедеятельности стимулы. Так или иначе, можно утверждать, что любые впервые воспринятые стимулы, немедленно приобретают тот или иной смысл. Это означает, что в памяти биобъекта они хранятся не в форме самого по себе семантического элемента, а лишь в совокупности этого элемента и его связей с другими, совпавшими по времени предъявления элементами.

Известно, что повторные предъявления индифферентного для жизнедеятельности стимула приводят к угасанию ориентировочной реакции на него: стимул становится контекстовым и при его повторных воздействиях не про­исходит изменения состояния и поведения. Нао­борот, сочетание впервые предъявляемого или ­уже из­­­вестного стимула с ноци­цептивным воздействием приводит к приданию «ноцицептивного» смысла этому стимулу и теперь уже сам стимул становится сигналом для соответствующего поведения.

Невозможно определить, когда самый первый стимул закладывается в память и появляется связь с любым последующим во времени восприятия стимулом. Известно лишь, что после появления на свет птиц и высших млекопитающих у них можно выделить сенситивный период, когда любая впервые предъявленная информация сразу запечатлевается в памяти - импримитируется. Можно полагать, что импринтированная в сенситивном периоде информация является базой для построения внутренней картины мира. Иными словами, семантизация т.е. при­дание смысла всем последующим информационным сти­мулам, первоначально происходит как результат случайного сочетания любого последующего стимула с первичным импринтированным. И немедленно с увеличением числа появляющихся в памяти семантических элементов лавинообразно увеличивается число возможных связей между ними, как результат импринтинга развивается ориентировочная реакция, позволяющая либо отнести стимул в разряд контекстовых, либо придать ему тот или иной ноцицептивный смысл.

О возможном исключительно важном значении впервы­е импринтированной информации для всего по­­следующего формирования психики свидетельствуют не только классические эксперименты на животных, но и ­известные сведения о детях, воспитанных дикими жи­вотными и утратившими возможность включения в человеческое общество. Из этого следует, что «духовное» персистентно, т.е. высшие психические функции фор­мируются как результат ранней социализации (или зоосоциализации) путем наблюдения поведения дру гих особей, не обязательно своего вида. Утенок, вылупившийся из яйца, мгновенно развивает устойчивую реакцию следования за искусственным движущимся объектом и впоследствии уже не приобретает естественного для этого вида поведения - следования за уткой. Фотографии, на которых маленькая обезьянка прижимается к теплому искусственому каркасу, пренебрегая своей «естественной» матерью, о6ошли весь мир.

Таким образом, семантические элементы уже в своей взаимосвязи как-бы «персистируют» при ранней детской социализации от других (взрослых) особей к новорожденным и закладываются в память вместе с наблюдаемыми при обучении связями с другими семантическими элементами. При нарушении естественных условий такой передачи (замена или отсутствие естественного для ­данного вида объекта импринтинга) формируется неадекватная для данного вида матрица психики со всеми вытекающими последствиями. Далее мы коснемся вопроса о возможном участии дефектов ранней детской социализации в генезе психосемантических растройств у человека.

Импринтинг как форма научения отличается от ­других видов научения только тем, что отсутствует достаточный для формирования ассоциативных связей предшествующий опыт, - семантическая память чиста («tabula rasa»). Любая воспринятая после иимпринтинга информация уже так или иначе может быть соотнесена с имеющимися в памяти семантическими элементами и при первом же предъявлении приобретает смысл, т. е. ассоциируется с другими семантическими элементами.

Из этого следует, что любая воспринятая информация является семантической, поскольку у взрослой особи предшествующий опыт неизбежно приводит к установлению связей между психосемантическим эквивалентом этой инфо­рмации и какими-либо элементами опыта. Следо­вательно, можно рассматривать память биообъекта как совокупность семантических элементов и связей между ними.

Ясно, что, располагая соответствующими средствами исследования, можно установить наличие в памяти определенных семантических элементов и изучить характер связей этих элементов с другими. Наиболее универсальным средством психосемантического исследования является наблюдение поведения биообъекта в его­ ­ес­тественной или искусственно созданной среде. Применительно к человеку это означает общение с ним на том или ином уровне, одним из которых является вербальный.

Традиционные для исследования психики методы наблюдения, в том числе активные методы, связанные с предъявлением различных тестовых задач, анализом динамики научения, расспросом, являются недостаточно эффективными прежде всего потому, что на пути между исследователем и памятью субъекта стоит сознание, которое опосредует всю поступающую и исходящую информацию и при этом вносит в нее свои коррективы. Высшие животные, если и обладают элементами соз­нания, то явно недостаточными человеку для экспериментального изучения их семантической памяти посредством общения. Поэтому при исследовании психической деятельности приходится использовать методы, которые либо изменяют состояние или поведение, либо предполагают искусственное изме­нение среды деятельности или обитания. В случаях экс­периментирования на животных это предполагает опять-таки дальнейшее наблюдение поведения, а в исследованиях психики человека - наблюдение результатов воздействия, опосредованного сознанием.

Для целей психиатрии, психологии, психобиологии, зоопсихологии, социологии и для решения множества прикладных задач необходимы методы, которые позволили бы, не влияя на поведение субъекта или объекта исследования, изучать его психические функции без участия сознания человека, а на животных - не ограничиваясь наблюдением за их вынужденным поведением.

К числу таких методов относятся все методы, основанные на принципе функциональной пробы. В этом случае всегда предъявляют эталонный тестирующий стимул и ­оценивают результат его действия по изменению спе­цифичес­кой функции. Применительно к психической деятельности человека в полном смысле функцио­нальными пробами являются метод ассоциативного эксперимента, сопряженная моторная методика А.Р. Лурия, метод О.С. Виноградовой и другие, ставшие классическими.

Эти методы позволяют достаточно хорошо изучать семантическую память, но сознание субъекта все же может оказывать влияние на результат и искажать его.

Наибольшие перспективы как направление исследований психического имеет направление, использующее методы неосознаваемого предъявления тестирующей информации. Широко известны в этой области работы Э.А. Костандова, N.Dixon, H. Shevrin и других. На основе этих работ строятся концепуальные модели, конкурирующие с традиционными психоаналитическими постулатами по эффективности своих практических применений.

Перспективным является также направление, использующее измененные состояния сознания для исследования семантической памяти (S.Grof, Д.Л. Спивак и др.).

К настоящему времени в науках о психическом созрели все условия для появления таких методов исследования, которые по­зволили бы исследователю получать ис­­тин­­н­ую, объ­­ек­­­тив­но характеризуемую информацию, не ­ис­ка­­жен­ную сознанием субъекта и не ограниченную ис­кус­ственными условиями эксперимента. Такие методы дадут возможность исследования неосознаваемых психических процессов инструментальными средствами. Следовательно, возникнет новый взгляд на природу и ­механизмы психических процессов, в том числе патологических. Это даст возможность создания новых средств модификации памяти и поведения, столь необходимых как фундаментальной науке, так и ее практическим приложениям.

Одним из наиболее перспективных построений на этом пути является теория конструктов Келли, на основе которой возник метод психосемантического исследования - репертуарные решетки. К числу других употребляемых в настоящее время психосемантических методов относятся методы основанные на принципе семантического дифференциала Осгуда, метод незавершенных действий и др. Психосемантический подход, заключающийся в анализе психической деятельности с точки зрения конструкции смыслов в ней, предоставляет исследователю возможность рассматривать расстройства связей и, следовательно, значений отдельных семантических элементов психики и как следствие, и как возможную причину психических нарушений.

В 1988 году вышла фундаментальная работа Петренко В.Ф. "Психосемантика сознания" в которой, все же мы не нашли ответа на наши вопросы:

1. Можно ли создать такие инструментальные психосемантические методы, которые могли бы полностью удовлетворять принципу функциональной пробы, и что они могут дать для исследования механизмов психической деятельности и их нарушений?

2. Если принять за основу исследований психосе­мантический подход, то можно ли рассматривать психо­семантические расстройства как типовой психологический процесс?

3. Если психосемантические расстройства являются для психических нарушений типовым патологичеким процессом, то можно ли, воздействуя семантическими факторами на психосемантические расстройства, получить терапевтический (корректирующий) эффект?

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Добавить в свой блог или на сайт

Похожие:

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных iconИнформационно-методический портал по инклюзивному и специальному образованию
Белопольская Н. Л. Проблемы психологической диагностики и коррекции нарушений поведения у детей. В сб. Коррекция и профилактика нарушений...

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных iconМинистерство образования и науки российской федерации государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
Формирование профессиональных компетенций в области дифференциальной диагностики различных нарушений в развитии, а также в выбора...

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных iconОбоснование способов хирургической коррекции нарушений углеводного обмена (клинико-экспериментальное исследование)
Московский областной научно-исследовательский клинический институт им. М. Ф. Владимирского (моники)

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных iconКомплексный подход к коррекции нервно-психических нарушений у ребенка раннего возраста в службе ранней помощи
Полное наименование образовательного учреждения, организации: Муниципальное образовательное учреждение дпо «Ресурсный центр» Служба...

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных iconФизиологические аспекты пищеварения и питания
Во все предыдущие периоды жизни человека ученые рекомендовали в качестве наиболее эффективных и безопасных средств поддержания здоровья...

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных iconМетодические указания для самостоятельной работы студентов Тема: Патофизиология красной крови
Цель: Усвоение основных причин и механизмов развития патологии красной крови, а также качественных и количественных нарушений красных...

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных icon: 618. 5 Влияние психотерапевтической коррекции на течение прелиминарного периода
Актуальным остается вопрос о взаимосвязи психоэмоциональных нарушений и специфической патологии беременности, а также влиянии психоэмоциональных...

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных icon1. Категория «фактора» в нейропсихологии
В качестве ведущего исследовательского метода в нейропсихологии используется синдромный анализ нарушений высших психических функций,...

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных icon«коррекция фонематических нарушений у дошкольников с онр»
I. теоретические вопросы коррекции фонематических нарушений у дошкольников с онр

Изучение механизмов нарушений высшей нервной деятельности и поиск эффективных способов диагностики и коррекции этих нарушений являются одними из центральных iconОпределение наиболее эффективных стимулов в работе с персоналом
В связи с этим возрастает вклад каждого работника в конечные результаты деятельности предприятия. Одна из главных задач для предприятий...


Разместите кнопку на своём сайте:
lib.convdocs.org


База данных защищена авторским правом ©lib.convdocs.org 2012
обратиться к администрации
lib.convdocs.org
Главная страница